Как известно, Трамп внешнеполитически начал свое президентство с целенаправленного резкого обострения в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), в первую очередь на Корейском полуострове. В последние месяцы эскалация, казалось, пошла на спад, несмотря на то, что Пхеньян продолжал демонстративные пуски ракет и весьма воинственную риторику.
Мун Чже Ин до самого недавнего времени являлся последовательным и жестким противником размещения ПРО THAAD в Южной Корее
Похоже, недолгая передышка подошла к концу. Последние сутки ознаменовались резким обострением ситуации.
Накануне КНДР выполнила очередной ракетный пуск. Чтобы усилить эффект, северокорейский лидер Ким Чен Ын заявил, что результаты пуска доказали: территория США уже находится в пределах досягаемости ракет.
Раньше США и соседи Северной Кореи обычно подчеркивали неудачный характер таких пусков, но на этот раз ситуация обратная. Япония сообщила, что ракета поднялась на высоту 3 тыс. километров, летела 45 минут и упала в море в исключительной экономической зоне Японии. А Пентагон добавил, что межконтинентальная ракета пролетела 1 тыс. километров.
Примечательно, что российское Министерство обороны опровергло данную информацию, заявив, что ракета поднялась на высоту всего 681 километр и пролетела значительно меньше 1 тыс. километров.
Самой стандартной реакцией на пуск стало обсуждение Штатами и Южной Кореей возможности военного ответа Северной Корее, а также учебные пуски собственных баллистических ракет. Также вполне ожидаемым стало заявление Вашингтона, возложившего «особую ответственность» за действия Пхеньяна на Москву и Пекин.
Однако самым интересным – и в некотором смысле даже забавным – стало, пожалуй, то, что президент Южной Кореи тотчас после пуска ракеты северянами анонсировал размещение у себя в стране новых установок ПРО THAAD. А ведь Мун Чже Ин до самого недавнего времени считался последовательным противником размещения THAAD. Так, в мае, вскоре после получения президентского поста, он устроил скандал, когда выяснил, что в страну были завезены «лишние» установки ПРО без уведомления государственного руководства. И в целом Мун победил на выборах в немалой степени благодаря своей репутации сторонника суверенитета Кореи, большей независимости от Штатов и поиска общего языка с северным соседом.
Нельзя не отдать должное Штатам в умении работать с союзниками-сателлитами. Им потребовалось меньше трех месяцев, чтобы загнать свежеизбранного президента в «стойло», предуготовленное любому южнокорейскому лидеру. При всем раздражении общества и значительной части элиты Южной Кореи полуколониальным статусом своей страны и внешнеполитической зависимостью от США им никак не удается избавиться от наброшенной на страну уже много десятилетий «узды».
Резкая реакция Пекина, который в субботу выступил категорически против размещения новых установок ПРО THAAD в Южной Корее, обнажила подоплеку событий. Впрочем, избыточно тревожные сообщения японских военных и Пентагона, не подтверждаемые российскими военными, также на это прозрачно намекали.
Новый ракетный пуск КНДР оказался удобным поводом для США решить сразу несколько проблем:
– преодолеть сопротивление Сеула на размещение дополнительных установок ПРО THAAD;
– вновь сместить фокус внимания общества на АТР, причем с прозрачным усилением давления на Пекин;
– компенсировать в публичном поле очередное сомнительное достижение в отношениях с Россией, когда новая атака на нее обернулась ответными санкциями Москвы по дипломатической линии, что вновь продемонстрировало миру: Кремль на давление не поддается, ничего, похоже, не боится и готов к ответным действиям. А это, разумеется, недопустимо подрывает репутацию мирового гегемона.
В результате Вашингтон предпочел организовать себе «победу» по другому направлению. Впрочем, если так пойдет и далее, нельзя исключать, что Дональд Трамп добьется своего и Сеулу еще и самому придется доплатить Штатам за «защиту».