Истоки ситуации, сложившейся в латвийской медицине, нужно искать в 2009 году, когда латышское государство, испытав на себе первый удар мирового финансового кризиса, принялось срочно резать расходы на социальные нужды, в том числе на медицину. Сокращение финансирования отрасли составило в том году 62% от имевшегося уровня и скатилось ко временам 2005 года. Положение усугубилось тем, что финансирование больниц резко уменьшили как раз в тот период, когда из-за роста НДС подорожали коммунальные услуги, медицинские материалы и инструменты. Все это обернулось тем, что некоторые лечебные учреждения лишились даже возможности проводить плановые хирургические операции, не связанные с оказанием неотложной помощи. Неудивительно, что в течение полугода после этого число пациентов латвийских стационаров уменьшилось на 15–20%.
Великий исход
В Германии и во Франции врач в государственной клинике получает в месяц минимум 7–10 тыс. евро, в Латвии – 1,1–2 тыс. евро
В Латгалии – восточной провинции Латвии, чуть менее чем наполовину заселенной русскими – медицина в те дни сама напоминала тяжело больного пациента, дышащего на ладан. Началось свертывание деятельности лечебниц, а пациентов решено было свозить в Даугавпилс. В сущности, на всю Латгалию с ее 330 тысячами жителей остались лишь три полноценные многопрофильные больницы – в Даугавпилсе, Резекне и Прейли. Зачастую, чтобы доставить находящегося в тяжелом состоянии пациента до места, где ему могли оказать полноценную помощь, скорой помощи приходится преодолевать свыше сотни километров. Но даже в Даугавпилсе (а это, между прочим, второй по значению город Латвии) катастрофическая нехватка медиков наблюдается до сих пор, и ради даже самых несложных операций многим приходится путешествовать в столицу (около четырех часов езды в один конец).
Ситуация в других регионах республики немногим лучше – квалифицированный медперсонал буквально бежал из маленького государства, и бегство продолжается до сих пор. «За последние четыре с половиной года клинике, которой я руковожу, пришлось расстаться более чем с двадцатью медсестрами высокой квалификации. Уехали лучшие, с самым большим опытом. Качество услуг напрямую связано с тем, насколько люди довольны условиями и оплатой своего труда. Но беда в том, что, чтобы заработать достаточное для содержания семьи количество денег, люди вынуждены трудиться сразу на нескольких работах», – жалуется глава одной из рижских клиник.
Президент латвийского Общества врачей Петерис Апинис подтверждает диагноз: «Мы теряем много медсестер из-за того, что у нас все время ведется активная вербовка. Ежедневно к ним на почту приходят различные письма с предложениями выучить иностранный язык за полгода – например, норвежский – и уехать работать в другую страну. Богатые страны неохотно вкладывают деньги в обучение молодых специалистов. Они просто покупают готовый продукт. К сожалению, здесь все не так, как в футболе, когда мы можем натренировать молодого нападающего и продать его Англии за миллион. Здесь наоборот: наших специалистов мы отдаем бесплатно».
#{ussr}И удивляться нечему, если вспомнить, что, например, в Германии или во Франции медсестра в государственной клинике получает в месяц порядка 3–5 тыс. евро (в Латвии – 350–550), а врач как минимум 7–10 тыс. евро (в Латвии – 1,1–2 тыс.). Свидетельствует пациент латвийской больницы: «Ситуация в палатах сейчас напоминает военное время, когда ходячие ухаживали за лежачими, сестричек не дозовешься». Сегодня одна сестра нередко обслуживает по 60 человек вместо положенных законом восьми. И то, что медицинский персонал сталкивается с подобной перегрузкой, разумеется, серьезно сказывается на качестве его работы.
В приоритете – Россия
Семейный врач Андрис Бауманис считает, что дальше будет только хуже: «Уже сейчас из 1370 латвийских семейных врачей свыше 200 говорят, что они не будут работать в этом бардаке. Они просто уйдут на пенсию, потому что каждый пятый врач у нас пенсионного возраста. Часть уедет за границу. А оставшимся придется распределять между собой освободившихся пациентов. Количество же выпускающихся врачей у нас очень маленькое, и при этом половина из них покидает государство в течение шести месяцев после получения диплома. И еще 25% – в течение года».
К примеру, за последние 25 лет в больнице Краславы не появилось ни одного нового специалиста. «За период независимости, с 1991 года, на работу в Краславскую больницу не приехал ни один врач», – рассказал в телеэфире главврач больницы и вице-мэр Краславы Александр Евтушок. Член правления муниципального ООО «Резекненская больница» Марита Гейде жалуется прессе, что магнитного резонанса пациенты ждут в среднем по 145 дней (в очереди сейчас более тысячи человек), компьютерной томографии – 140 дней, исследования кровеносной системы – полгода. В провинции остро не хватает лоров, хирургов, урологов, гинекологов, инфектологов, травматологов, ортодонтов, педиатров, акушеров, неврологов. В результате растет количество несчастных случаев, увеличивается число безвременно скончавшихся от инсульта.
Директор Екабпилсской больницы Иварc Звидриньш признается, что многие горожане просто не рискуют томиться в очередях по два–три месяца и выбирают платные визиты. И недавно екабпилсские врачи выдвинули благородную инициативу: в течение недели самые бедные горожане имели возможность обследоваться и получить консультацию бесплатно. Жаль только, что услуги медиков требуются людям не в течение одной недели, а постоянно.
Даугавпилсской региональной больнице пришлось объявить, что она больше не помогает людям с заболеваниями уха, горла и носа – из-за полного отсутствия отоларингологов. Также не осталось специалистов по челюстной хирургии, способных оказывать круглосуточную помощь (в силу чего автору этих строк вправляли сломанную носовую перегородку в Риге), а лечить острые травмы глаза удается только на протяжении стандартного рабочего времени. Местная пресса периодически публикует тоскливые истории о мытарствах пациентов, которым приходится выстаивать в длинных очередях, но в итоге все равно ехать в Екабпилс или Ригу. В том же Даугавпилсе настоящей знаменитостью стал Леонид Крумплевский – вполне возможно, что он достоин занесения в Книгу рекордов Гиннесса как самый пожилой практикующий отоларинголог: ему 84 года. Леонид Казимирович с удовольствием ушел бы на покой, но не позволяет чувство долга – других лоров в городе нет.
Правительство Латвии объясняет, что сейчас самые крупные средства нужно вкладывать в армию: за восточными рубежами находится «агрессивная Россия», которая, не ровен час, нападет. В связи с этим экс-директор ДРБ Инта Вайводе заявила газете ВЗГЛЯД: «Конечно, оборона важна, но и внимание к проблемам здравоохранения должно входить в число основных приоритетов государственной власти. Я хочу сослаться на красноречивый пример: зачастую людям с подозрением на онкологические заболевания приходится месяцами выстаивать в очереди на бесплатное обследование. Мы могли бы проводить компьютерную томографию очень быстро, но государство просто не выделяет нам для этого достаточного количества квот! Абсурд! Недавно я была в Нидерландах, так там годовое финансирование больницы, сопоставимой по масштабу деятельности с нашей, составляет 480 млн евро. Тогда как у нас государство на всю медицину выделяет в год 700 млн. Из этих денег наша больница получает около 18 млн – вот и сравнивайте».
«Мне кажется, – соглашается даугавпилсский депутат Юрий Зайцев, состоящий в думской бюджетной комиссии, – что государство у нас рассматривает медицину сугубо под финансовым углом. Дай им волю, они бы вообще постарались закрыть большинство медучреждений, чтобы сократить «лишние» траты. Но так как с политической точки зрения это очень сложно, то просто стараются давать как можно меньше денег. При разделе министерских портфелей всякий раз оказывается, что никто не хочет связываться с минздравом. У нас с удовольствием дают на оборону, на культуру, но не на здравоохранение. Так, может, «там» чуть-чуть отрезать и «сюда» добавить? У нас же люди умирают... От коллег из Прейли я знаю, что у них стоит вопрос о возможном закрытии родильного отделения. Это что же, женщины начнут теперь снова рожать, как в старину, в банях? Единственный выход – возить рожениц либо в Резекне, либо к нам в Даугавпилс».
Врачи доброй неволи
В прошлом году Латвию всколыхнул скандал – правоохранительные органы начали уголовный процесс в отношении сорокапятилетнего мужчины, угрожавшего открыть стрельбу в здании минздрава. История этого человека во многом типична – за исключением того, что он, в отличие от многих других, решил пойти на крайние меры. Его дочь, нуждавшуюся в помощи, последовательно «отфутболили» сначала в елгавской больнице, а затем и в рижской клинике «Гайльэзерс». Последнее учреждение незадолго до того «отличилось» дополнительно – там отказались госпитализировать пациента-сердечника с воспалением легких и высокой температурой, история попала в СМИ.
Представитель уголовной полиции позже рассказал в телеэфире: «С направлением от семейного врача дочь отправилась прямо в «Гайльэзерс». Там несколько часов никто ею не занимался, даже обругали, отправляли обратно в Елгавy. Она связалась с отцом». После этого в бюро главы минздрава Гунтиса Белевича раздался звонок – звонивший сообщил, что у него есть оружие с оптическим прицелом и он собирается пустить его в ход против чиновников учреждения. Пока бойцы батальона спецназа спешили, дабы взять минздрав под охрану, полиция развила лихорадочную деятельность по розыску звонившего, и два часа спустя его задержали в городке Вангажи. Никакого оружия у него не нашли, более того, до того момента этот человек был абсолютно законопослушным. Полицейским мужчина рассказал, что позвонил в министерство от отчаяния. Рассказывают, что в той же больнице «Гайльэзерс» спустя несколько часов после открытия записи на различные обследования закончились все оплаченные государством квоты на месяц. Медики жаловались, что бывали моменты, когда в регистратуру одновременно пытались дозвониться 400 пациентов и в системе возникали сбои. Тем же, кто пытался получить медицинскую помощь в режиме живой очереди, нужно было оказался в первых рядах, чтобы оной дождаться.
Конечно, если деньги есть, подобные вопросы можно решать быстрее (так, компьютерная томография мозга обошлась корреспонденту газеты ВЗГЛЯД в 42 евро, бесплатную альтернативу пришлось бы ждать два месяца). Но как быть тем, у кого нет необходимой суммы, а таких немало, ведь Латвия – небогатая страна? Тем более если речь идет о жизни и смерти, а счет идет на дни, а то и на часы?
На решение насущных проблем медицинской отрасли за счет увеличения бюджетного дефицита государством было дополнительно выделено 34 млн евро. Эти деньги обещают потратить на сокращение очередей, ускорение диагностики онкологических болезней и доступность компенсированных лекарств. Медики, впрочем, особого энтузиазма не проявляют, называя эту меру «очередным латанием дыр».
Стоит добавить, что плачевная ситуация с медобслуживанием сложилась не только в Латвии, но и в соседней Литве. До такой степени плачевная, что ответственный за здравоохранение и продовольственную безопасность еврокомиссар Витянис Повилас Андрюкайтис (бывший министр здравоохранения Литвы) предложил ввести для медиков, получивших высшее образование за государственный счет, обязанность отработки в провинции. «Поступающим с самого первого курса должны быть предложены такие контракты, что если ты обучаешься на средства всех налогоплательщиков, то они вправе знать, что и в Рокишкисе, и в Нямунелё-Радвилишкисе, и в Виштитисе иногда нужны доктора», – считает Андрюкайтис. Надо полагать, что рано или поздно к идее насильственного распределения медиков придут и в Латвии.