В середине февраля информационные агентства облетела новость: писатель Захар Прилепин собрал в ДНР свой батальон и получил от лидера республики Александра Захарченко погоны майора. Сам Прилепин сообщил, что он служит в должности замкомбата по работе с личным составом – проще говоря, «замполита» или «политрука».
Захар Прилепин хотел все-таки устроить, чтобы те, кто восстал в Донбассе в 2014 году, оставались, никуда не уехали
Помимо одобрения неординарного поступка писателя, звучали и обвинения в желании привлечь к себе излишнее внимание. Недоброжелатели из числа коллег по перу желали ему скорой и бесславной гибели, а Служба безопасности Украины открыла уголовное производство по статьям «участие в деятельности террористической организации» и «финансирование терроризма».
О том, как знаменитый литератор оказался в рядах Вооруженных сил ДНР и в чем состоит его роль в подразделении, газета ВЗГЛЯД расспросила его непосредственного командира Сергея Фомченкова, известного под позывным «Фомич».
ВЗГЛЯД: Как формировался данный батальон? Какие у него задачи?
Сергей Фомченков: Я в 2014-м создал движение «Интербригады» для помощи добровольцам, которые хотели попасть в Донбасс. Тогда еще граница была под контролем украинской власти, и люди, которые хотели помочь восставшему Донбассу, пробирались сюда из России с большим трудом. Через какое-то время я понял, что раз я помогаю людям проехать сюда – я должен сам участвовать в происходящем. И я в июне 2014 года поехал служить в Луганск. Дослужился до начальника штаба артиллерии 2-й бригады Вооруженных сил ЛНР. Когда был дебальцевский котел, как раз я командовал артиллерией...
Понятно, мы подчиняемся в военном плане приказам о перемирии. Но как люди мы стремимся добиться той справедливости, ради которой мы начинали всем этим заниматься. И поэтому Захар Прилепин хотел все-таки устроить, чтобы те, кто восстал в Донбассе в 2014 году, оставались, никуда не уехали – чтобы показать, что война еще продолжается, надо воевать. Речь и о добровольцах, которые приехали сюда из России, и о тех местных, которые взяли в руки автомат в 2014 году. И я тоже хотел собрать в одном батальоне идейных и вдохновленных ребят, которые пришли воевать не за страх, а за совесть. Идея совпала. И Захар летом 2016 года предложил создать батальон. Бросили клич по тем людям, которых мы знаем. Брали только по рекомендации. И уже с осени, где-то с октября месяца, батальон начал приступать к выполнению боевых задач.
ВЗГЛЯД: Как вы познакомились с Прилепиным?
С. Ф.: Я часто пересекался с Захаром во время своего пребывания в Донбассе. Знакомы были с ним давно, еще до войны. А сюда, в Донбасс, он с первых месяцев конфликта приезжал, помогал. Он очень много помощи ополчению принес. Гуманитарной помощи прежде всего. Много у нас людей в Луганске было одето благодаря Захару Прилепину. А также помогал нам тем, что освещал события, которые здесь происходили – показывал в нужном ракурсе, потому что информационная война очень важна.
ВЗГЛЯД: Из кого состоит ваш батальон и чем он занимается?
С. Ф.: У нас разведывательно-штурмовой батальон. Наша задача – взять какой-либо участок местности, захватить, удержать... Мы во многих операциях поучаствовали, но специфика подразделения не позволяет говорить подробней.
Ребята у нас достойные, в основном имеющие подготовку, с 2014 года прошедшие фронты ЛНР, ДНР. Много добровольцев из России, многие из них уже почувствовали себя жителями Донбасса, сейчас как местные уже стали. Не могут они отсюда уехать, пока Донбасс не будет полностью освобожден. А у жителей ДНР и ЛНР, которых у нас много тоже в батальоне, есть семьи, они взрослые мужики, почти у всех есть дети – они не могут бросить все и пойти заняться мирной жизнью. Война не окончена, и люди, которые пришли к нам в батальон, готовы идти до конца.
Вот недавно в Донецке в мирную часть города, в районе Мотеля, прилетел снаряд. У меня в подразделении служит боец, у которого разнесло квартиру. У него жена с дочкой, 15 минут – и они должны были оказаться дома. Если б они оказались дома – семья бы погибла. Вот куда этим людям податься – сложить оружие или уехать за границу работать? Они не могут. Для таких людей это громадная поддержка, что мы создали такой батальон. Мы даем им надежду, что война не окончена, мы должны продолжать.
ВЗГЛЯД: Где сейчас воюет ваш батальон?
С. Ф.: Часть из нас находится в Коминтерново – одно из самых острых направлений в Донецкой народной республике. Это направление на Мариуполь, куда сейчас ВСУ и нацгвардия подтянули очень много сил. Там идут постоянные бои. Что интересно, в Коминтерново живут люди до сих пор. В 500 метрах от линии фронта работает магазин. Совсем недавно там дети ходили в школу. В октябре где-то прилетела туда мина, и после этого только детей эвакуировали. У меня там боец, у которого дочка ходила в эту школу...
ВЗГЛЯД: А какова роль Захара Прилепина внутри батальона? Какие задачи он выполняет?
С. Ф.: Захар олицетворяет Русский мир. Не просто где-то в Москве сидит и говорит: «Да, ребята, хорошо, я поддерживаю Донбасс, классные вы ребята». Он делом доказывает, причем для него это большой риск. Он у нас замполит, как в советской армии замполит – человек, который находится с личным составом, общается, вдохновляет их... Очень много ходило слухов: «Москва нас бросила!», «Нас предали!», «Нас сливают!»... А тут приезжает известный представитель Русского мира, приходит и говорит: «Ребята, я с вами в батальоне буду вместе!»
Он участвует в повседневной жизни батальона, находится в штабе, делает свою работу, когда есть возможность, конечно, т. к. у него есть еще какое-то количество своих дел. Но со времени активной фазы деятельности батальона Захар большую часть времени уделяет батальону. Я даже не знаю, когда он находит время на все остальные свои дела, потому что я вижу, что он там и выступает где-то, и пишет.
Очень сильно заметно, как появление батальона задело «укропов». Там, где мы сейчас находимся, ловятся по телевизору новости «укропские». Они там успокоиться не могут! Я думаю, мы попали в правильную точку. Всегда они говорили: быдло, ватники, они всех быдлом называли, погибших командиров... А тут: бах! – приезжает писатель, интеллектуал и говорит: «Ребята, я буду с вами воевать!» Присутствие Прилепина показывает, что воюют интеллектуалы, не «быдло», не «ватники» какие-то. Не такие, которым пропаганда «мозги промыла».
ВЗГЛЯД: Как бойцы приняли Прилепина?
С. Ф.: Для них стала очень показательной история, когда Захар приехал в Коминтерново. Коминтерново сносили накануне ураганным огнем. Там каждая точка простреливается. И когда вот в такую обстановку приезжает писатель, которого люди видят только по телевизору, людей это вдохновляет. Он спокойный, не боится: сам служил, в Чечне был в командировках.
ВЗГЛЯД: Как вы оцениваете перспективы войны в Донбассе?
С. Ф.: Война продолжится. Война же должна справедливость установить. Мы не можем простить то, что оккупированы наши земли, часть донецкой и большая часть луганской территории. У меня есть бойцы, у которых семьи там, мать, отец, жена на той стороне, и они не могут к ним попасть. Те бойцы, которые начинали еще в 2014-м со Славянска, Краматорска – они первым делом хотят освободить те земли, которые оккупированы. Там прошли референдумы, люди поддержали создание Донецкой народной республики, а Киев захватил эти земли и удерживает их силой. Людей сажают, убивают, пытают. Эти проблемы все равно надо решать. Даже бытовые – вроде той, что Донецк без воды регулярно остается, электричество отключается, потому что инфраструктура завязана на те территории, которые еще подконтрольны киевской хунте.
Если брать киевскую сторону, то им война нужна еще больше. Весь режим Порошенко держится на том, что в 2014 году жителям Украины было сказано: «Смотрите, есть вот страшные русские, которые на нас напали. Поддерживайте нашу власть – и тогда они у нас не задержатся». Если война не будет продолжаться, не будет этого мифа о российской угрозе, власть в Киеве падет.
«Укропы» хотят утопить Донбасс в крови. Они накапливают силы: подводят технику, вооружение. Если брать южное направление, напротив подразделений республики у них пятикратный перевес в живой силе и технике. Они в одном месте много сил сосредоточивают, чтоб ударить клином. Один из таких клиньев – под Мариуполем. Они хотят при первой же возможности нарушить минские соглашения. Они, собственно, никогда их не соблюдали: и техника у них всегда стояла, и танки на линии разграничения.
Но если наши требования справедливы, то их мотивы вести войну – грязные, мотивы личного выживания, а не забота о народе Украины, о народе Донбасса. Они думают только о том, как удержать власть.
ВЗГЛЯД: Как вы и бойцы вашего батальона видят будущее Донбасса?
С. Ф.: Все хотят, конечно, освобождения всех земель Новороссии. Это те земли, где говорят по-русски, думают по-русски, которые не хотят жить под какими-то идейными принципами, привнесенными с Западной Украины. Пусть они там на Западной Украине живут как хотят, портрет Бандеры вешают... Для Восточной Украины это совсем нетипично. Мы всегда считали себя русскими. Эта территория в 1991 году была отделена от большой России, и 25 лет шла пропаганда, что мы украинцы, в России плохо... Но люди на этой территории все равно остались прорусски настроены. Все земли Новороссии должны быть освобождены, иначе зачем было столько жертв? У нас есть люди из Одессы и Харькова, у которых душа болит за свои родные земли. Им же пишут оттуда родственники, что у них происходит.