В Финляндии гремит скандал – обнародована информация о том, что управляющий сетью магазинов Kärkkäinen Юха Кярккяйнен поддерживает связи с неонацистами. Теперь поставщики готовы разорвать связи с опозорившейся компанией, а сам Кярккяйнен отчаянно оправдывается, обвиняя прессу в «систематической и беспрецедентной травле» фирмы, в которой трудятся сотни финнов.
Это далеко не первый скандал с нацистским подтекстом – и вряд ли последний. Социологи Финляндии фиксируют устойчивый рост сторонников праворадикальных идей, что обусловлено прежде всего миграционным потоком. Только за последние два года в страну прибыли свыше 38 тыс. беженцев, из них около 20 тыс. – из Ирака. Нелегалов стараются выявлять: в 2016-м на родину были депортированы 6,7 тыс. человек, что в два раза превышает показатель 2015-го. В то же время представители властей в своих публичных выступлениях заявляют о готовности расширить прием гостей. Параллельно в правительстве много говорят об «интеграции», однако, как свидетельствует практика, соответствующие программы не очень-то и работают.
По данным Helsingin Sanomat (к слову, крупнейшей газеты страны), в Финляндии около 65–70% всех работников рынка сексуальных услуг – это иностранцы, в основном нелегалы и беженцы. Правозащитники считают, что на подобный шаг их толкают материальные трудности, а альтернатива «панели» – работа в теневой экономике за несколько евро в час.
Но проституция – не самая большая проблема в республике. Опасения обывателей основательно подогрел августовский теракт в городе Турку, где восемнадцатилетний марокканец, которому отказали в убежище, напал с ножом на прохожих. Прежде чем его успели обезвредить, он зарезал двоих прохожих насмерть, а еще десяти нанес ранения. Не нужно удивляться, что это увеличило «правый призыв».
Финны в поисках истины
Спектр правых организаций Финляндии охватывает объединения самого разного толка – от явных маргиналов до почти респектабельных партий. Начнем с последних.
Минувшим летом страна пережила раскол правящей коалиции и тяжелый правительственный кризис, едва не приведший к отставке кабмина. Ряд партий отказались сотрудничать с националистами из «Истинных финнов» после того, как партию возглавил идеолог антииммиграционного крыла» Юсси Халла-ахо. Пять лет назад суд обязал Халла-ахо выплатить штраф и убрать из своего блога записи о мусульманах: тот писал, что «ислам – это педофильская религия» и что «грабеж и жизнь за счет средств налогоплательщиков» – национальное и чуть ли не генетическое свойство сомалийцев.
В итоге, помимо главы МИДа Тимо Сойни, министра обороны Юсси Ниинисте и еще трех министров, верхушку «Истинных финнов» покинули все члены политсовета этой партии. Их сменили «верные халловцы» – члены парламента, критикующие «соглашательскую политику» Хельсинки в вопросах отношений с ЕС и «провалы» в миграционной политике. Как пишет финский политический обозреватель Леонид Лааксо, таким образом партия, по сути, вернулась к своим корням, ведь еще более двадцати лет назад ее основатель Тимо Сойни выступал против ЕС и притока иностранцев в Финляндию.
Впоследствии Сойни отступился от провозглашенных им же самим принципов и, заняв пост главы МИДа, участвовал в принятии решений по организации приема беженцев в Финляндию. Это привело к существенному падению популярности «Истинных финнов» в среде простых избирателей, но краеугольным камнем кризиса стала команда, которую привел за собой Халла-ахо. «Если сам он интеллигентный доктор наук в области древнецерковной славянской словесности, то новые замы относятся к категории крутых противников ЕС, требующих выхода из зоны евро, с антимиграционными взглядами, близкими к расизму. А таких людей лидеры финского государства не хотят допускать к высшему органу практического управления страной, так как они могут не только негативно повлиять на имидж Финляндии, но и нанести урон в продвижении вперед правительственной программы (приема мигрантов – прим. ВЗГЛЯД)», – подчеркивает Лааксо.
Те парламентарии, кто был не согласен с новым курсом (включая и Тимо Сойни), объявили о выходе из «истинных финнов», о создании собственной фракции «Новая альтернатива» под руководством Симона Эло и о готовности сотрудничать с Государственным советом премьера Юхи Сипиля (так в Финляндии называют правительство). Оставшихся «истинных финнов» возглавила депутат Леена Мери. Она известна тем, что предлагала беженцам уехать к себе на родину, если им что-то не нравится в Финляндии, за что ее осудило прежнее руководство партии.
В конечном итоге правительство устояло лишь чудом, а «Истинных финнов» начали усиленно шельмовать в прессе. В частности, прозвучали не подтвердившиеся впоследствии обвинения в том, что партийцы приветствовали своего главу характерным нацистским жестом. Примечательно, что кампания ненависти к «ксенофобу и расисту» Халла-ахо совпала по времени с введением экстренных мер, направленных на предотвращение новых терактов.
«Я поднимаю жалюзи, и на меня смотрит мусульманин»
Системные ультраправые политики – это только верхушка финского айсберга. С неонацистской «пехотой» из Финляндии жители бывшего СССР имели возможность ознакомиться в начале прошлого года. Тогда в Эстонии появились представители финской праворадикальной группировки «Воины Одина», решившие пополнить свои ряды за счет местных жителей.
Глава этой группировки – Даниель Пуудер, ранее осужденный за сбыт наркотиков и избиение сокамерников, сообщил, что его люди намерены организовать у соседей патрулирование районов и улиц, где будут заселяться беженцы. «Главная угроза безопасности действительно исходит от мусульман – просителей убежища. В то же время мы, конечно же, не оставим без внимания и другие нарушения, вне зависимости от национальности, расы или религии нарушителя», – заявил он в одном из интервью.
Для вступления в группировку необходимо соответствовать ряду условий: быть старше 18 лет и не быть «пустозвоном, диванным воином и мусульманином». Есть и такое условие: «Ты не должен иметь судимость, которая связана с насилием в отношении семьи или женщин/детей!».
Если судить по общению радикалов в их группе в «Фейсбуке», их призывали «вести себя разумно» и не разглагольствовать о том, как, где и кого они побили.
14 февраля 2016-го в одном из баров Старого города в Таллине прошел сбор «Воинов Одина», объявленный «учредительным собранием». Один из участников данного сборища торжествующе сообщил, что «воины» официально зарегистрировались в качестве НКО. Правда, развернуться во всю ширь в Эстонии финским неонацистам не дали – местные спецслужбы и правоохранительные органы быстро донесли до них необходимость сидеть очень тихо и не высовываться. Особенную озабоченность местных властей вызвало то, что в ряды «Воинов Одина» успели вступить некоторые военнослужащие эстонской армии, что, как подчеркнул министр обороны Ханнес Хансо, недопустимо.
В родной Финляндии «Воинов Одина», по собственному признанию, больше всего волнуют те мигранты, которые отираются около магазинов и торговых центров. «С восьми до четырех в торговом центре Helsinki Idakeskus белого человека не увидишь. Беженцы сидят там и мешают людям. Я своими глазами видел, как лапали девочку двенадцати-четырнадцати лет. Об устных высказываниях и не говорю вообще – это тут уже обычное дело. Я не собираюсь смотреть на такое сложа руки, дабы остаться политкорректным», – рассказал помощник Пуудера Индрек Ольм.
Его шеф, впрочем, уверяет, что «Воины Одина» именно на мигрантской преступности не специализируются. «Я поднимаю жалюзи, и на меня смотрит мусульманин. Я не готов за себя поручиться, если с моей женщиной и ребенком что-то произойдет. Но мы не против непосредственно мусульман, темнокожих или белых. Если мы увидим, что эстонец или финн что-либо нарушает – мы тоже вмешаемся», – уверяет Пуудер. Но если «Воины Одина» «вмешаются», они «готовы идти до конца».
Четвертый рейх
Что же касается управляющего сетью Kärkkäinen, его подозревают в связях не с «Воинами Одина», а с «Движением сопротивления северных стран». Это разветвленная организация, провозглашающая своей целью создание единой национал-социалистической республики, в состав которой войдут Швеция, Финляндия, Норвегия, Дания, Исландия и – возможно – государства Прибалтики.
Неонацисты любят подчеркивать, что блюдут «исторические традиции». Так, в июне 2015-го «сопротивленцы» провели митинг в Порвоо у памятника Евгению (Эйгену) Шауману – чиновнику, убившему в 1904 году генерал-губернатора Финляндии Николая Бобрикова. Тут нужно понимать: их ненависть направлена не только на мигрантов-мусульман, но и на русских тоже.
На данный момент организация включает в себя «Шведское движение сопротивления», «Финское движение сопротивления», «Норвежское движение сопротивления» и «Датское движение сопротивления». «Ни один человек не может стать членом движения сопротивления, если он не готов силой защищать себя, организацию или своих товарищей... Трусам и терпилам у нас нет места. Никто не избежит своего мужского долга», – заявляют участники движения.
Финские «сопротивленцы» принесли властям своей страны немало неприятностей. Откровенный страх у многих вызывает их способность выводить на улицы значительное (по меркам Финляндии) количество сторонников и устраивать столкновения с полицией.
В настоящее время уездный суд Центральной Финляндии все еще рассматривает дело неонацистов, которые в августе 2015-го устроили демонстрацию на улицах города Ювяскюля, закончившуюся погромами. По данным обвинения, 40 членов «Финского сопротивления» преднамеренно устроили беспорядки. У них нашли ножи, газовые баллончики и огнестрельное оружие.
Не так давно Национальный полицейский совет обратился в суд с предложением запретить в Финляндии всякую деятельность «Движения сопротивления северных стран». «Акции насильственных и открыто расистских организаций не должны пользоваться защитой финского общества», – подчеркнул комиссар Сеппо Колемайнен. Окружной суд региона Пирканмаа начал рассмотрение этого предложения лишь в конце прошлой недели.
Если суд объявит ультраправых вне закона, им запретят проводить акции протеста, собирать пожертвования, вербовать членов и распространять свои материалы. Но подобными методами затушить пожар вряд ли удастся. Огонь будет тлеть еще долго, чтобы в какой-то момент выплеснуться взрывом.