Некоторое затишье, наступившее после совместных заявлений России, Турции и правительства Сирии о провозглашении перемирия, в итоге все-таки было нарушено джихадистскими и т. н. умеренно оппозиционными в нескольких контролируемых ими анклавах в провинции Дамаск, а также под Дейр-эз-Зором.
Игиловцы в упор расстреляли из ПТУР прямо на летном поле два старых L-39 чешского производства. Не бог весть что, конечно, но по меркам сирийских ВВС – существенная утрата
Бои в двух анклавах под Дамаском – Восточной Гуте и долине Вади Барада – возобновились после того, как пресловутая «Джебхат ан-Нусра*» сорвала договоренности, по которым она не должна была препятствовать инженерным работам по восстановлению нормального водоснабжения сирийской столицы. Сперва джихадисты попросту не пустили инженеров на соответствующие сооружения, а затем зачем-то сожгли из гранатомета мирный сирийский трактор. И все это на фоне того, что другие группировки (в долине Вади Барада, например) еще в прошлом году подписали соглашение о капитуляции и тихо ждали автобусов в Идлиб согласно купленным билетам.
В ответ на выходку «ан-Нусры» правительственные войска заняли несколько холмов в северной части анклава в районе Дахрет Нахль. Под зачистку попали также старые блокпосты, которые оппозиция оставила по соглашению о капитуляции. После активного применения авиации и артиллерии джихадисты покинули еще несколько опорных пунктов, которые тут же заняла сирийская армия. Вообще «вади» – это высохшие русла бывших рек в пустыне, по сути – каньоны в песке, которые в силу особенностей местной геологии обрамляются относительно высокими холмами – дюнами. Это удобная естественная оборонительная позиция, но и ее ресурсы джихадисты и «умеренные» давно исчерпали. Все, кроме «ан-Нусры», которая последовательно демонстрирует редкостную упертость, уже давно готовы оставить Вади Барада в пользу комфортного Идлиба.
Шансов на выживание у этой группировки нет никаких. Если не напрягаться, на ее уничтожение уйдут одна–две недели. При этом тяжелых боев там, скорее всего, не будет, и все закончится традиционной поездкой в Идлиб.
В Восточной Гуте ситуация несколько сложнее. Там «упертых» заметно больше: помимо все той же «ан-Нусры», активно оперирует еще и «Джейш аль-Ислам», правда, тоже не во всем анклаве, а в восточной его части – квартале Ан-Нашабийя. Перемирие в Восточной Гуте не действует, оно даже не было там заявлено. При этом правительственные войска предпочитают атаковать позиции именно джихадистов, предоставляя всем прочим возможность выстроиться в очередь за билетами на север. Постепенно сирийская армия отрубает у анклава кусочек за кусочком – после Алеппо это стало обычной тактикой для ликвидации окруженных группировок. И эта тактика работает, несмотря на то, что местами интенсивность боев довольно высокая.
После того, как правительственные войска вернули под свой контроль все военные объекты вокруг анклава, включая несколько аэродромов и авиационных баз снабжения, судьба Восточной Гуты решена. Боевики, правда, пока отказываются сдаваться, но и это в Сирии уже неоднократно проходили: когда ситуация станет критической, они обязательно вспомнят о спасительных автобусах.
Другое дело, что провозиться с этим анклавом можно довольно долго, возможно, весь календарный год. А одно из ожидаемых событий ближайшего будущего – широко разрекламированное наступление ИГИЛ* на правительственные позиции в Дейр-эз-Зоре. Террористы относятся к гарнизону сирийской армии на Евфрате примерно так же, как Дамаск к окруженному противнику в Гуте или Вади Барада. Идея дожать стала навязчивой: боевики ИГИЛ регулярно атакуют гарнизон, который в целом удерживает позиции, но есть потери в их качестве – боевики смогли отбить несколько холмов у стратегической авиабазы, что стало полной неожиданностью для ВВС Сирии, которая даже не успела эвакуировать оттуда свои легкие истребители. В результате игиловцы в упор расстреляли из ПТУР прямо на летном поле два старых L-39 чешского производства. Не бог весть что, конечно, но по меркам сирийских ВВС – существенная утрата.
При этом гарнизон Дейр-эз-Зора снабжается довольно плохо и в подобной обстановке не может планировать какие-либо наступательные операции самостоятельно – ресурсов хватает только на поддержание обороны. Помочь может ожидаемое наступление правительственных сил на Пальмиру с дальнейшим выходом уже непосредственно к Дейр-эз-Зору или хотя бы к нефтяным полям у города. ИГИЛ, кстати, тоже не может рассчитывать на формирование достаточно крупной группировки для того, чтобы ликвидировать правительственный анклав одним ударом – силы террористов распылены. Однако ситуация сложилась неприятная.
Это очередное напоминание генеральному штабу в Дамаске о том, что не надо было чаи гонять прошлым летом, когда после освобождения Пальмиры дорога на Дейр-эз-Зор была практически открыта. Тогда сперва долго думали, смотрели на карту, а потом вдруг решили штурмовать Ракку со всеми вытекшими из этого неприятным последствиями. Потом началась битва за Алеппо, в ходе которой проспали контрнаступление на Пальмиру, и теперь придется начинать все заново.
При этом подготовка наступления на Пальмиру пока что ведется крайне вяло. Предположительно, в течение месяца закончится возня вокруг Вади Барада, и вовлеченная в нее группировка правительственных сил переключится на другой анклав – территорию вокруг местечка Бейт Джинн у Голанских высот, что невдалеке от знаменитой горы Хермон (Джебель аль-Шейх, Гора Шейха), на которой, по мнению ряда богословов, состоялось Преображение Господне. А это уже линия разграничения с Израилем.
Хермон считается самой высокой точкой Израиля, и для ее обороны в 1974 году было создано специальное подразделение (сейарет) альпинистов – ранее невиданный в израильской армии род войск. Тогда же сирийским коммандос удалось ненадолго отбить святую гору, но сейчас такой задачи перед ними не стоит. Скорее Израиль будет молчаливо содействовать ликвидации джихадистского анклава в непосредственной близости от одной из своих главных болевых точек – тех самых Голанских высот. Помимо решения военной задачи, освобождение окрестностей Хермона поможет и с решением чисто гуманитарных проблем, а именно: облегчит водоснабжение Дамаска и – попутно – провинции Дераа. Но нужно учитывать, что террористы из «Фатх аль-Шам» при обороне Бейт Джинна активно применяют смертников, так что легко не будет.
Постепенно оживают и некоторые другие участки фронтов, но поскольку джихадисты и «умеренные» еще не восстановили свои силы после тяжелых потерь, понесенных осенью прошлого года, их атаки больше напоминают привычные набеги на трассы снабжения. Опасной представляется ситуация вокруг населенного пункта Саламия, через который со стороны Хамы и Хомса ведется снабжение Алеппо. Один из крупнейших городов провинции Хомс ар-Растан (до войны там жило порядка 50 тысяч человек) тоже представляет собой джихадистский анклав со всеми атрибутами власти ИГИЛ, включая массовые казни и торжество шариатского правосудия. Ар-Растан превратился в источник джихадистской заразы даже несмотря на то, что практически полностью разрушен, так как несколько раз переходил из рук в руки. Для ИГИЛ «растанский котел» – это что-то вроде символа сопротивления неверным, и они несколько раз провозглашали начало стратегического наступления с целью деблокады города. Пока бои на этом участке носят позиционный характер, но сам факт его существования чрезвычайно раздражает и вносит сумятицу в снабжение Алеппо. И пока что правительственные войска не заявляли о каких-либо попытках ликвидации «растанского котла».
Что до российской авиации, прошлой ночью она нанесла первый с Нового года авиаудар по позициям группировки «Джейш аль-Фатх» к югу от Алеппо. Конкретно – по целям на трассе на Хан Туман. Этот удар подкреплял операцию правительственных войск и «Хезболлы» в направлении от квартала Рашидин в сторону населенного пункта Хан аль-Ассаль. «Джейш аль-Фатх» не входит в число группировок, связанных соглашением о прекращении огня, хотя, по некоторым источникам, их представители хотели бы пойти на переговоры. И тут, наверное, стоит подчеркнуть, что операция правительственных войск к югу от Алеппо носит именно тактический характер и не должна сказаться на политическом процессе в Сирии в целом.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ