Странный роман Евросоюза с Турцией становится, как говорила кэрролловская Алиса в переводе Владимира Набокова, «чем дальнее – тем страньше». С одной стороны – заверения официальных лиц в том, что совместными усилиями проблема беженцев вот-вот будет решена, а Турция получит безвизовый въезд и прочие преференции со стороны ЕС. С другой – резкие высказывания европейских чиновников о турецком законодательстве, а турецких – о недопустимом давлении со стороны Европы.
У нас есть пословица – «начать как турок, закончить как немец». Здесь как раз все наоборот
Абсурдность ситуации лучше всего иллюстрируют даже не всплывающие в ходе переговоров системные противоречия, а события, им сопутствующие. Так, в Анкаре глава делегации Евросоюза Хансйорг Хабер был вызван в министерство иностранных дел после своего ответа на вопрос о том, как продвигается решение вопроса о безвизовом режиме. А заявил он буквально следующее: «У нас есть пословица – «начать как турок, закончить как немец». Здесь как раз все наоборот».
Турки оскорбились и объявили Хаберу, что его комментарии вызвали «возмущение» и однозначно осуждаются турецким правительством. А министр Турции по делам ЕС Волкан Бозкыр выпустил следующее заявление: «Этот немецкий посол в ЕС должен объяснить турецкому народу, что он имеет в виду, произнося слова «как немец», «как турок». Ни один дипломат, а тем более посол не может обращаться с такими словами к президенту той страны, где он исполняет свой долг. У него нет на это права. Это первое правило дипломатии. Отношения Турции с ЕС переживают критический период в связи с грубейшими дипломатическими ошибками и неприемлемыми взглядами на Турцию свысока. Я жду, чтобы глава представительства ЕС в Турции Хансйорг Хабер, который хвалится, что он немец, сделал необходимые заявления по этому поводу».
#{smallinfographicleft=766021}Впрочем, если Хабер оскорбил турок по неосторожности или недомыслию, то бывший мэр Лондона Борис Джонсон – преднамеренно. Более того, он получил за это оскорбление тысячу фунтов стерлингов (более 90 тысяч рублей). В посвященном Эрдогану лимерике авторства Джонсона говорится о «парне из Анкары», который был «неутомимым онанистом». Дословный перевод смысла не имеет, но если кто-то из читателей владеет современным британским сленгом в достаточной мере, он может попытаться сделать собственную литературную версию на русском.
Официальной реакции Анкары на этот конкурс и на поэтическое творчество Джонсона пока не последовало, впрочем, вряд ли она будет серьезно отличаться от реакции на стихотворение немецкого телеведущего Яна Бемермана. Но, в отличие от немецких коллег, британская прокуратура вряд ли возбудит уголовное дело против бывшего мэра столицы, а если и возбудит, то не из-за стихотворных экзерсисов.
Напомним, что в самой Турции уголовные дела за оскорбление президента уже возбуждены против 1845 граждан. По турецким законам за это предусматривается денежный штраф или тюремное заключение на срок от одного года до четырех лет.
Таким образом, можно констатировать, что у Эрдогана последовательно не задаются отношения с иностранными государствами. Дружба с Россией была принесена в жертву призрачным интересам в Сирии, а дружба с Евросоюзом изначально выглядела настолько вынужденной и нежеланной (причем обеими сторонами), что ее разрыв казался неизбежным. Впрочем, как пел Виктор Цой, «я знал, что будет плохо, но не знал, что так скоро»: разрыв между Евросоюзом и Турцией, похоже, произойдет раньше, чем стороны успеют выполнить хотя бы один пункт из ранее одобренного соглашения по беженцам.
В этом отношении особенно интересна реакция государств и обществ на ссору с Турцией. Россия после сбитого самолета и отказа извиниться резко сократила экономические связи, отменила безвизовый режим для граждан Турции и свела к минимуму все остальные контакты. Евросоюз, с одной стороны, продолжает заведомо бессмысленные переговоры, с другой – бывшие и действующие политики (напомним, что помимо Бориса Джонсона оскорбительные стихи про Эрдогана также прочел председатель Пиратской партии Германии Бруно Крамм) регулярно употребляют в адрес турецкого президента обсценную лексику. Уровень если не песочницы, то средней школы.
В связи с происходящим вспоминается давний советский анекдот о том, как американец говорит русскому: «Мы – самая свободная страна. Я могу выйти к Белому дому и крикнуть, что Рейган – дурак, и мне за это ничего не будет». На что русский отвечает: «Подумаешь, я тоже могу выйти на Красную площадь и крикнуть, что Рейган – дурак, мне тоже за это ничего не будет».
Почему-то немецкие телеведущие и британские отставники не оскорбляют собственных лидеров, а пишут и декламируют гадости про иностранных. Разумеется, и в Германии, и в Британии человека, оскорбившего канцлера, премьер-министра и даже королеву, не отправят в тюрьму и даже, скорее всего, не оштрафуют, но воспринято это будет негативно. А оскорбить турка – что в этом такого?
Российские либералы регулярно возмущаются по поводу народного творчества, посвященного Бараку Обаме, или неприличной картинки «можем повторить», которую иногда размещают на своих средствах передвижения владельцы недорогих авто. Но представить условного Юрия Лужкова или любого другого бывшего мэра крупного города, обзывающего иностранного президента «неутомимым онанистом», или телеведущего, поющего песню на схожую тему, проблематично. В России это не принято.
Но поскольку европейские политики не могут прямо заявить «мы не хотим сотрудничать с непредсказуемым турецким руководством, запятнавшим себя сотрудничеством с ИГ», они умело эксплуатируют обидчивость своих турецких «партнеров».
В итоге остается два вопроса. Первый – к кому после этого обратится Турция? Пойдет ли она по кругу, попытавшись нормализовать связи с США, испорченные незадолго до обострения отношений с Россией, или попытается обратиться к Ирану, Китаю или какому-то другому новому партнеру?