Внимание к событиям войны в Сирии переключается от одной части фронта к другой, в зависимости от скорости развития событий. И сейчас за быстротечностью изменений в Алеппо события в Латакии отошли на второй план – несмотря на то, что они ничуть не менее важны. А в чем-то они и более значимы – и для внутриполитического положения в Сирии, и для взаимоотношений с Турцией. Новость о том, что сирийская правительственная армия установила контроль над одним из последних оплотов боевиков в Латакии, точно не стоит недооценивать.
Система снабжения боевиков из Турции сведена к минимуму
Для понимания того, насколько важно происходящее в Латакии, нужно напомнить историю сирийской гражданской войны.
Анкара еще с началом протестного движения в Сирии стала активно вмешиваться в политическую жизнь провинции Латакия, особенно ее северной, приграничной части. Поддерживаемые Турцией боевики еще весной 2011 года предприняли попытку поднять восстание, как в Кесабе, но правительственные войска, полиция и местные отряды самообороны мятеж быстро подавили. Боевики были очевидно пришлые, поскольку большинство жителей северо-запада солидарно выступили против них. Даже туркоманы выступили на стороне правительства, а не только местные алавиты.
Летом того же года протурецкие боевики отступили восточнее и организовали мятеж в городе Джиср-эш-Шугур – в одном из ключевых узлов автомобильных дорог, опираясь на который можно контролировать стратегические районы севера и запада Сирии. Север, северо-запад и запад Сирии – самая густонаселенная часть страны, практически все остальное – голая пустыня с редкими городами-оазисами. Это же и самая плодородная часть, на побережье кипит бурная жизнь. И сейчас побережье с портами Тартус и Латакия, через которые идет вся торговля Сирии, а также поступает гуманитарная и военная помощь, – основа и опора правительственной власти. И бои за и вокруг Алеппо хоть и важны стратегически, но все-таки не так существенны, как оборона провинции Латакия. Потеря прибрежной зоны была бы окончательным поражением правительства Башара Асада. Отчасти этим, кстати, был предопределен и выбор базы Хмеймим для базирования российских ВКС.
Бои в провинции Латакия всегда носили очень упорный и кровопролитный, но медийно «незаметный» характер. От побережья на северо-восток к турецкой границе плодородные земли постепенно сменяются холмами, а затем и горами, густо покрытыми лесами. Протурецкие и джихадистские силы годами здесь укреплялись, и вести наступление в такой местности и таком климате крайне сложно. Потому, например, так долго длились бои за Сальму. А сражение в этом районе было ключевым не только для локального фронта, но, по сути, для всей Сирии. Если бы террористические группы сохранили контроль за районом Сальма – Кесаб – Гмам, то они могли впоследствии развивать наступление с гор на прибрежную равнину прямо на город Латакия и трассу М1. Для Турции это был план смертельного удара, который правительство Башара Асада не пережило бы. Ставка делалась на местное туркоманское население, под предлогом защиты которого в регион закачивалось турецкое оружие и прочая «гуманитарная помощь». При этом большинство населения региона на момент начала гражданской воны в этом регионе составляли алавиты, на которых джихадисты и протурецкие группы начали настоящую охоту. А сейчас уже сложно понять национальный и религиозный состав населения, поскольку целые населенные пункты были стерты с лица земли, а жители либо были убиты, либо стали беженцами.
И когда летом 2011 года Дамаск понял, чем может грозить победа мятежников в этой части провинции Латакия, на подавление мятежа в Джиср-эш-Шугуре были брошены даже боевые вертолеты. Трехдневный штурм этого года стал самым кровопролитным за начальный период гражданской войны. Несколько тысяч беженцев тогда перешло турецкую границу, а некоторые части правительственной армии перешли на сторону джихадистов и протурецких сил. Город был взят и зачищен.
После этого при посредничестве ООН между правительством Башара Асада и оппозицией было подписано перемирие, которым воспользовались в основном оппозиционеры, получив дополнительное вооружение и восстановив силы. Правительственные же войска уже тогда испытывали серьезную нехватку личного состава и техники, и после подписания перемирия значительная часть наиболее испытанных частей была выведена из северной Латакии на другие, ставшие более опасными, участки фронтов.
После окончания перемирия отдохнувшие и хорошо вооруженные протурецкие отряды двинулись сразу по трем направлениям: на Кесаб, на Сальму в обход Джиср-эш-Шугура и напрямик на Джиср-эш-Шугур. Бои превратились в бойню, поскольку даже при непосредственном участии турецких военных советников не удалось с наскока взять Кесаб и Сальму. Взять последнюю боевики смогли только через год, после чего джихадисты превратили ее в настоящую крепость. Кесаб несколько раз переходил из рук в руки, причем однажды протурецкие части смогли захватить город и за сутки учинили там резню немусульманского или не совсем мусульманского населения – в основном армян и алавитов. Правительственные войска выбили их из Кесаба через сутки и обнаружили горы трупов.
В конечном итоге джихадистам удалось занять стратегические позиции, но попытка развить наступление в направлении побережья провалилась. Ситуация висела на волоске. Турецкая авиация неоднократно напрямую бомбила позиции правительственных войск Сирии. Давление оказывалось по всему фронту в предгорьях Латакии. Протурецкие силы вышли в пригороды Гмама, и к осени 2015 года обстановка стала критической. Можно было сколько угодно героически удерживать развалины Кесаба, цепляться за пару высот вокруг Сальмы, но падение побережья было лишь вопросом времени и умения турецких военных инструкторов. Двигаясь с опорой на шоссе М4, джихадисты и туркоманы занимали Латакию.
Туркоманские части оказались наименее боеспособными, и в результате Анкара закрепила за ними лишь номинальные функции. Опираться же на «ан-Нусру» было занятием сомнительным, и потому Турция развернула на «латакийском фронте» бригаду «Серых волков», а также проверенные отряды, в том числе из выходцев с Северного Кавказа и из Средней Азии.
При этом на других участках фронта оппозиционные и джихадистские силы сидели тихо, как бы наблюдая, как разваливается сирийское государство. Даже ИГИЛ* после захвата Пальмиры остановилось, переводя дух.
Именно в этот момент правительство Сирии обратилось к России за военной помощью. Перед турецким наступлением в провинции Латакия – до этого самым перспективным и удачным – закрылся занавес. В первый месяц участия российских ВКС именно эта провинция была основным местом их боевого применения. Также именно на этом фронте впервые появились поставленные из РФ образцы современного оружия и бронетехники, в том числе РЗСО «Смерч» и «Ураган», реактивные огнеметы ТОС-1А, гаубицы «Мста-Б». Уже через месяц наступление «ан-Нусры» и турок выдохлось, и они перешли к позиционной обороне по линии Сальма – Рабия – Кабир. Но и правительственные войска еще не чувствовали себя в силах сходу сбить противника с высот в условиях сложного рельефа местности. Бои приняли ожесточенный характер и затянулись на несколько месяцев. За это время внимание переключилось на другие участки фронта, а о боях в провинции Латакия подзабыли – несмотря на то, что именно там решалась судьба войны.
Но в турецком руководстве о боях в Латакии не забывали. Протурецкие силы продолжали цепляться за каждую высоту, несмотря на то, что под ударами ВКС РФ они постепенно были вынуждены отходить к турецкой границе. Турция на глазах теряла контроль над ситуацией на «латакийском фронте» и уже больше не претендовала на быстрое наступление к побережью. И именно в этот критический момент турецкий истребитель сбивает российский бомбардировщик, а оказавшиеся в нужное время в нужном месте туркоманы убивают летчика.
Однако Россия только усилила давление на противника, и правительственные силы вскоре окончательно отбили Сальму. После этого фронт «ан-Нусры» и протурецких сил развалился, бригады наемников побежали, и правительственные войска без боя продвинулись на разных участках фронта на тридцать километров.
Сейчас бои в провинции Латакия также «затемнены» событиями вокруг Алеппо и информационной войной вокруг турецкого давления на курдов в том же регионе. Между тем правительственные войска при поддержке ВКС РФ уже готовы вновь отбить у противника Джиср-эш-Шукур и окончательно запереть протурецкие силы у границы. Нагорье Джебель-аль-Туркоман практически занято, а что не занято, то окружено. Система снабжения боевиков из Турции сведена к минимуму. А если Турция потеряет и вторую подчиненную ей группировку на территории Сирии вслед за Алеппо, ни о каком влиянии Анкары на происходящее уже говорить не придется.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ