Власть всегда тайна. Так называемые демократические страны, вроде Швеции или Англии, гордятся прозрачностью своих органов власти – вот парламент, вот публичные институты, вот премьер-министр на велосипеде едет, а вот уволили министра за подозрения во взятке. Фотографии детей и собак, трансляция личной жизни в Твиттере, а вот и друг министра, то бишь муж – ну и что, что одного с ним пола, у нас же все равны.
Но попробуйте разобраться в том, как, кем и почему принимаются реальные решения по принципиальным вопросам, и вы увидите, что люди с министерскими портфелями – это просто марионетки, причем очень часто в руках тех, кто даже не живет в их стране. Глобализация и создание наднациональных структур (как явных, так и незаметных) приводит к тому, что все большее количество стран обладают лишь формальным суверенитетом – не только из-за финансовой и оборонной зависимости, но и вследствие того, что их элиты вписаны в мировую элиту (конечно, не на правах полноправных членов клуба, а скорее официантов или поваров).
Молодой маршал уволил старого генерала – за два года, что Ким находится у власти, он просто перестал нуждаться в опекуне
Но формально открытость – полная, все нараспашку. Не только собственные граждане, но и зарубежные аналитики подробно обсуждают, кто и куда баллотируется, кто какой пост в итоге получит. Даже элиты таких полностью суверенных держав, как Россия или Китай, не свободны от присутствия людей, несамостоятельных в своих действиях. Но есть одна страна в мире, где ни один человек из элиты не вписан ни в какие наднациональные структуры. И где информация о движении руководящих кадров и их личной жизни настолько закрыта, что до момента официального объявления вовне не просачивается вообще ничего. Это Северная Корея.
На днях во власти КНДР, по некоторым данным, произошло важнейшее, с точки зрения иностранных наблюдателей, событие – племянник отстранил дядю. То есть высший руководитель Ким Чен Ын уволил своего заместителя по Государственному комитету обороны Чан Сон Тхэка. Пока что официального подтверждения этого нет – сообщения идут от южнокорейской разведки, но в этот раз, в отличие от многих других подобных слухов, мы имеем дело с информацией, очень похожей на правду.
Последний раз северокорейские агентства упоминали про Чана 6 ноября, когда он встречался с японской делегацией, а вместе с Ким Чен Ыном, регулярно совершающим инспекционные поездки по стране, его не видели уже почти два месяца. По информации южнокорейцев, в прошлом месяце среди расстрелянных за коррупцию были два чиновника из административного департамента (иначе говоря – орготдела) ЦК Трудовой партии Кореи, который возглавляет Чан.
Официальной информации об опале и отставке члена Политбюро ЦК ТПК пока не поступало, но если она появится, это действительно станет серьезнейшим изменением в северокорейской власти с 2011 года, когда умер любимый руководитель Ким Чен Ир – второй представитель династии Кимов – и руководство перешло к его 29-летнему сыну Ким Чен Ыну.
Династия Кимов, правящая Северной Кореей уже почти 70 лет, – уникальное явление в современном мире. Она сохранилась у власти, вопреки прогнозам аналитиков и тяжелейшим экономическим трудностям. Самим фактом своего существования она бросает вызов всем законам глобализации, ведь КНДР вовсе не Богом забытое место, до которого нет дела никому из мировых игроков: она расположена на стыке армий трех крупнейших мировых держав – с юга, на территории Южной Кореи, расположились войска США, а на севере – Китая и России (и именно Корею считают одним из самых вероятных мест военного конфликта США и КНР). Корея – последняя страна, разделенная в ходе противостояния США и СССР и так и не воссоединившаяся. Тот факт, что КНДР сумела сохранить свою полную самостоятельность – а даже в 60-70 годы она не была марионеткой ни КНР, ни СССР ни в идеологическом, ни в политическом смысле – заслуживает как минимум уважения. Бедность, которой тыкают в глаза северокорейцам все кому не лень, милитаризация и прочие «страшилки», вполне вероятно, окажутся на весах истории не самой большой ценой за сохранение тех национальных черт, которые стремительно утрачивают их гораздо более успешные в экономическом плане южные соседи.
Возникновение коммунистической монархии в Корее кажется странным лишь для иностранцев. Последнего корейского императора лишили его титула во время японской оккупации сто лет назад, а сама страна присоединена к Японии. И когда Север Кореи в 1945 году освободили советские войска, во главе страны встал бывший партизан 33-летний Ким Ир Сен. Несмотря на то, что у Кима было звание капитана советской армии, а наши советники помогали создавать институты власти и экономику, быть чьим-либо сателлитом Ким не хотел – жестокая японская колонизация лишь закалила стремление корейцев к восстановлению национальной власти, и Ким не для того воевал с японцами, чтобы допустить даже возможность советского или китайского идеологического или кадрового влияния. Всего за десять лет он сумел избавиться от преобладавших в руководстве представителей фракций «советских» и «китайских» корейцев. И начал строить социализм по-чучхейски – то есть с опорой на собственные силы.
Долгое время у него это хорошо получалось – настолько успешно, что КНДР даже стала одним из важных поставщиков оружия в страны Африки, в том числе и тем партизанам, что боролись за независимость. Хотя в 70-е годы КНДР стала отставать от Южной Кореи и по темпам развития и по уровню жизни, настоящие проблемы начались в 90-е годы. Крах СССР привел к свертыванию двусторонней торговли и поставок энергоресурсов, несколько неурожайных лет усугубили ситуацию. А тут еще и американцы, с которыми у КНДР никогда не было дипломатических отношений, развернули массированную кампанию давления на Пхеньян, требуя прекращения ядерной программы.
Но Ким Ир Сен не сдался – он уже видел, что происходит с Югославией, и понимал, что только ядерное оружие (особенно в условиях краха СССР и вовсю разворачивавшихся экономических реформ в Китае) способно гарантировать его стране будущее без американцев, которым в Пхеньяне никогда не простят того, что они помешали военным путем воссоединить Корею в 1950 году. Ким Ир Сен, умерший в 1994-м, незадолго до смерти встречался с Джимом Картером, бывшим американским президентом, приезжавшим в Пхеньян уламывать великого вождя отказаться от ядерной программы (кстати, КНДР вообще единственная страна в мире, чьи руководители никогда не были в США – при этом бывшие американские президенты приезжают «на поклон»: после Картера был еще и Клинтон, вызволявший нелегально проникших в Северную Корею «журналистов»).
Ким не уступил – и уже его сын, Ким Чен Ир, наблюдая за тем, как США громят Ирак и Афганистан, мог убедиться в том, насколько оправдана была политика ядерного суверенитета. Не говоря уже о том, что развитие ракетной программы позволило КНДР в прошлом году запустить свой спутник и стать десятой космической державой в мире.
Поэтому на все истерики, периодически устраиваемые американцами по проблеме корейской атомной бомбы, а также баллистических ракет, в Пхеньяне отвечают спокойно. А иногда даже и агрессивно, хотя недавний кризис, связанный с «объявлением войны», якобы прозвучавшим в адрес США из Пхеньяна, в реальности был просто демонстрацией серьезности намерения защищаться. Ведь поводом к нему стали американо-южнокорейские военные учения, которые трудно назвать чем-либо иным, кроме как провокацией против КНДР (причем практически одновременно с ними вышел голливудский фильм «Падение Олимпа», посвященный захвату Белого дома северокорейскими диверсантами – это тоже не надо сбрасывать со счетов).
Корейская элита при Киме-старшем сформировалась в основном из его соратников по партизанской борьбе и послевоенному подъему страны. Это около 100 семей, тесно переплетенных различными браками и родственными связями. Информации об их жизни у внешнего мира почти никакой – за все 70 лет был только один высокопоставленный перебежчик, а живущий в Китае старший брат Ким Чен Ына не рассказывает ничего о руководящих кадрах своей родины. Поэтому южнокорейская разведка собирает все слухи и сплетни, как раньше это делало ЦРУ в отношении руководителей СССР и КНР.
В 90-е годы официальным центром силы в стране стала армия – Государственный комитет обороны КНДР является по сути главным органом власти. Южнокорейские аналитики, естественно, обвиняют великовозрастных маршалов и генералов в консерватизме, но в реальности политическое и экономическое руководство КНДР просто ставило перед собой задачу выживания страны, находящейся в политической изоляции и полублокаде и стоявшей перед необходимостью проводить экономические реформы без потери национального суверенитета. Еще в нулевые Ким Чен Ир начал было создавать совместные предприятия с южнокорейцами, но опыт китайских реформ воспринимал осторожно.
Задолго до своей смерти в 2011 году Ким-средний стал готовить элиту, а потом и народ к передаче власти своему младшему сыну Ким Чен Ыну. Молодой человек, закончивший школу в Берне и университет в Пхеньяне, хотя и проработал несколько лет в госаппарате и Государственном комитете обороны, естественно, не был полностью готов к самостоятельному правлению. Поэтому иностранные наблюдатели сразу же решили, что его наставником будет его дядя – 65-летний Чан Сон Тхэк, заместитель председателя Государственного комитета обороны, кандидат в члены Политбюро и заведующий административным департаментом ЦК ТПК.
Чан был мужем Ким Гён Хи, родной сестры Ким Чен Ира и тетки нового руководителя. Хотя Чан и имел генеральское звание (как и большинство руководящих кадров КНДР), он был вполне гражданским лицом – 40 лет назад окончил МГУ и большую часть жизни занимался кадровыми вопросами. Все последние два года корееведы гадали по расстановке руководителей на трибуне о вероятном усилении Чана – хотя его и считали вторым по влиянию человеком в стране, он так и не вошел в Президиум Политбюро ЦК. Теперь его снятие рассматривают чуть ли не как переворот внутри северокорейской элиты. Но так ли это?
Учитывая, что в руководстве КНДР еще достаточно людей 80-летнего возраста, прекрасно помнящих годы войны с американцами и молодого тогда маршала Ким Ир Сена, их лояльность его внуку (к тому же чрезвычайно похожему на деда) не подлежит сомнению. Северокорейские генералы всячески поддерживали выдвижение Ким Чен Ира в 80-е годы, и само продолжение этой династии вполне отвечает как их интересам, так и строгому варианту корейского конфуцианства. Поклонение Ким Ир Сену – Солнцу нации и вечному президенту, от дня рождения которого начинается теперь корейское летоисчисление, является фундаментом всей жизни и политической системы КНДР.
Так что в нынешней отставке нет ничего экстраординарного – двухлетний период наставничества мог просто подойти к концу, новый руководитель уже готов действовать без подсказки, вот Чана и отправили отдохнуть. Молодой маршал уволил старого генерала – за два года, что Ким находится у власти, он просто перестал нуждаться в опекуне. Вопреки так любимым южнокорейской стороной байкам о кровавых казнях северокорейских чиновников, в реальности в КНДР довольно часто снятых с больших должностей руководителей просто отправляют в провинцию или домой, к личной жизни. Так, знаменитая советская кореянка Пак Ден Ай, получившая в свое время Сталинскую премию мира, пропала из корейского руководства в 60-е годы – и все западные аналитики писали о том, что она была репрессирована и расстреляна. Но в начале 90-х Пак как ни в чем не бывало снова стала появляться в президиумах торжественных собраний. А этой весной в кресло премьера был возвращен отставленный шесть лет назад Пак Пон Чжу, которого, как и ныне снятого дядюшку Чана, все иностранные эксперты считают реформатором.
При этом Ким Чен Ын в последнее время действительно идет на все большие экономические и общественные реформы – в промышленности, сельском хозяйстве, внешней торговле, да и просто в бытовой жизни корейцев (например, в Пхеньяне появилась сотовая связь). Нуждается ли он при этом в опеке родственников или нет – вопрос на самом деле абсолютно не принципиальный. Корейцы готовились к реформированию своей экономики все последние двадцать лет, постоянно изучая самый разный мировой опыт и периодически пробуя запускать локальные реформы. И если сейчас они сумеют запустить обширную и действительно продуманную новую экономическую политику, то у них будут большие шансы не только поднять свой уровень жизни, но и сохранить и династию Кимов, и свою независимость.