В зоне СВО российскими военными активно применяется легкая мототехника – мотоциклы и квадроциклы. Ранее сообщалось, что у мотоштурмовиков есть особая тактика, которая отлично зарекомендовала себя при стремительном освобождении Урожайного и Старомайорского.
ВСУ уже традиционно жалуются – даже с помощью дрона сложно попасть по мотоциклисту. Беспилотники противника не в состоянии догнать и нанести точный удар по маневренной технике, которая разгоняется до 80 и более километров в час.
О том, какие именно мотоциклы оказались более приспособленными к условиям современных боев, как работают штурмовики на байках и почему они стали головной болью для противника, газете ВЗГЛЯД рассказал командир штурмовой мотогруппы бригады «Эспаньола» Михаил Турканов с позывным «Питбуль».
Михаил Турканов («Питбуль»). Фото: кадр из видео
ВЗГЛЯД: Как возникла идея использовать мотоциклы?
Михаил Турканов: Во-первых, данный вид техники применялся еще во времена Великой Отечественной войны. Во-вторых, представим ситуацию: на утро назначено наступление, за ночь бойцу надо выдвинуться на позицию. Но за время пути пешком солдат может просто обессилеть. О каком штурме тогда может идти речь? К тому же бойцу в полной экипировке понадобится полдня, чтобы преодолеть 15 км.
Поэтому мы прыгаем на наших железных коней и довольно быстро добираемся до нужного пункта. При этом надо понимать – дело это нелегкое. Например, я на байке катался только в молодости в деревне. В итоге мы наняли инструктора, который за месяц сделал из нас «кавалеристов».
При этом я сам не привык отсиживаться в окопе или штабе. Лично хожу во главе своей группы, вытаскиваю «трехсотых» и «двухсотых». Наш командир с позывным «Испанец» тоже придерживается этой позиции. Его на квадроцикле нередко можно встретить на передовой: там, где жестко бомбят. За таким человеком и хочется идти.
Говорят, плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Так и есть. Но генерал – это не просто должность, генерал – это усовершенствованный солдат.
ВЗГЛЯД: Вы упомянули квадроцикл. В вашем отряде целый набор разной легкой мототехники?
М. Т.: Конечно. На квадроциклах мы работаем уже давно, а вот мотоциклы появились относительно недавно. Когда мы их только приобрели, это не афишировалось. Применяли для доставки провизии, про «штурмовку» речь изначально не шла. Но потом в ходе общения с «Испанцем» решили, а почему бы и нет.
Что касается байков, они ничем не отличаются от обычных гражданских. Однако мы их перекрашиваем, чтобы те не были слишком заметными, совершенствуем некоторые детали. Но глобальных изменений вносить не имеет смысла, потому что в данном случае техника – расходный материал.
Мы понимаем, что когда «летим», то обратно будем возвращаться пешком. При первом штурме мы преодолели километров 13, далее наши мотоциклы сожгли FPV-дроны, так что оставшуюся дистанцию преодолели пешком. Было много предложений по дополнительной защите байка, но это только утяжеляет мотоцикл.
ВЗГЛЯД: Вы сказали, что обратно возвращались без мотоциклов. Не слишком ли это дорогое удовольствие – одноразовая машина?
М. Т.: Да, но тот путь, который мы преодолеваем, у врага уже пристрелянный. Там постоянно работает артиллерия и FPV. Преодолеть такое расстояние безопасно не получится. Постоянно приходится прятаться где-то, что занимает очень много времени. Другими словами, овчинка стоит выделки. Наш командир всегда говорит: «Фиг с ней – с техникой, главное, чтобы бойцы были живы». Средства передвижения – это всего лишь расходный материал.
При этом мы единственный отряд, который полностью живет за счет «гуманитарки». Есть спонсоры, которые покупают нам оборудование. Собираем, что называется, с миру по нитке. Используем чаще всего более простые китайские модели. По ремонту и обслуживанию они более доступны, чем другие аналоги. В целом китайская техника среднего уровня периодически выходит из строя. И ее, конечно, надо чинить. Поэтому набираем парней, которые в этом шарят. При этом инструктор учит каждого бойца элементарным вещам – почистить цепь, поменять масло. У нас существует взаимозаменяемость.
ВЗГЛЯД: На данный момент в России производятся только трехколесные мотоциклы «Урал». Насколько широко они используются?
М. Т.: Старые советские «Ижи», «Уралы», «Явы» применяются, но не для штурма, а для передвижения личного состава. За годы СВО уже много раз встречал разные модели. Нам тоже привозили такие, и мы их используем. Любую технику, которая поступает, нужно использовать. Рациональность есть в любом случае.
ВЗГЛЯД: Сколько времени в среднем служит один мотоцикл?
М. Т.: Однозначного ответа нет. Есть техника, которая живет условно три недели. А некоторые аппараты выдерживают несколько месяцев. Все зависит от ситуации, в которую попадает боец. Одна из самых слабых частей мотоцикла – это руль, который гнется при падении. Мы заменяем их на усиленные. Лапки КПП тоже имеют свойство ломаться, как и задний тормоз.
ВЗГЛЯД: Есть особые приемы использования мотоциклов при штурме, кроме скорости?
М. Т.: Мотоцикл в первую очередь за счет маневренности и минимального пятна контакта с дорогой имеет возможность проехать там, где не может даже квадроцикл. Мы успешно ездим на боевые задачи по лесным тропинкам, байк свободно переезжает через небольшое лежачее дерево, например. Такой уровень маневренности – огромный плюс. Кроме того,
мотоциклы дают возможность штурмовой группе атаковать противника с неожиданных направлений. Неожиданность – главный тактический прием мотоштурмовика.
В целом наша работа выглядит следующим образом: есть направление, на котором мы работаем, есть непосредственно объекты, опорники, лесопосадки, которые мы штурмуем. Соответственно, нам ставят задачу, а дальше принимается решение, как ее решать – идти пешком или ехать на мотоцикле. Многое зависит от дороги, расстояния, интенсивности обстрела данного участка. Если огонь очень плотный, то легче преодолеть его на байках, нежели пешком.
ВЗГЛЯД: Есть не самые положительные отзывы об использовании мотоциклов. Приведу цитату: «Лезть в атаку на этом – это просто самоубийство. Проблема, с которой сталкивается такой штурмовик, абсолютно та же, что и у парней, сидящих на корпусе БТРа, а не внутри. Любое осколочное поражение может стать фатальным». Что бы вы на это ответили?
М. Т.: Ответ заложен в вопросе. Ходить в атаку в принципе опасно – и не имеет значения, на чем ты передвигаешься: на мотоцикле, на БТР, пешком, хоть в танке. Если в тебя прилетит, то мало не покажется. Полгода назад на передовой в своем пикапе УАЗ «Патриот» я поехал со штурмовым медиком с позывным «Валькирия» и еще одним нашим бойцом вытаскивать тяжелых «трехсотых». В пикап прилетел FPV, четко ударил сзади в подлокотник. В итоге машина сгорела, но мы отделались легкой контузией. Если ты назвался груздем – полезай в короб. Если ты назвался штурмовиком – выполняй свою работу так, как говорят тебе твои адекватные и грамотные командиры.
ВЗГЛЯД: Вы считаете себя везучим человеком?
М. Т.: Я использую по жизни два основных принципа: всему свое время и чему быть, того не миновать. Знаю на 100%, что двум смертям не бывать, гибель моя придет тогда, когда это суждено. От нас ничего не зависит. Я доказывал это на собственном примере неоднократно. По мне стрелял танк, артиллерия, FPV, минометы, но я до сих пор жив.