Губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков назвал «лучшим способом решения проблемы обстрелов» региона присоединение Харьковской области. Заявление это сделано неслучайно – в последнее время российский субъект крайне активно подвергается атакам со стороны ВСУ.
Так, по сообщениям издания Lenta.ru, жители города Шебекино в Белгородской области в понедельник заявили о сильнейшем с начала СВО обстреле. Прилеты фиксировались каждую минуту. По предварительным данным, вооруженные силы Украины вели атаку РСЗО «Град». В результате в промзоне начался пожар. Как написал Гладков в своем Telegram-канале, пострадали четыре человека – это сотрудники одного из предприятий.
Кроме того, накануне губернатор сообщал, что лишь за сутки в Белгородской области зарегистрировали 241 прилет украинских снарядов. Удары наносились по поселкам Лозовое, Журавлевка, Драгунское, по районам Борисовский, Волоконовский, Краснояружский, а также по Шебекинскому городскому округу. При обстреле города Шебекино погиб один человек, в опасности оказался и глава региона.
Еще одна проблема Белгородской области – это активизация деятельности диверсионно-разведывательных групп противника. Так, по словам Гладкова, с начала спецоперации в регион удалось проникнуть не менее пяти ДРГ. Самый крупный инцидент был зафиксирован неделю назад.
Тогда в области почти на сутки ввели режим КТО, в результате противостояния было уничтожено до 70 украинских террористов. От рук диверсантов пострадали восемь человек. Газета ВЗГЛЯД писала, что вылазка террористов была призвана «перебить» тему успеха российских военных в Артемовске.
К слову, в Кремле идею губернатора Гладкова о присоединении Харьковской области комментировать не стали. Однако в экспертном сообществе отмечают – для присоединения Харьковщины к России необходимо учитывать не только военные, но и общественно-политические задачи. Так, на повестке остро встанет вопрос общественных настроений в регионе.
«Заявления белгородского губернатора Гладкова – это констатация факта, на которую обратили внимание только тогда, когда об этом сказал глава региона. В экспертном сообществе об этом речь шла еще в прошлом году, когда принималось решение об отводе наших войск с территории Харьковской области», – рассказал военный аналитик Михаил Онуфриенко.
«Уже тогда было совершенно очевидно, что такая близость Белгородской области и территорий, подконтрольных ВСУ, грозит тем, что они будут обстреливать наш регион. Гладкова, конечно, волнуют вопросы безопасности вверенного ему субъекта, поэтому он говорит о необходимости присоединить Харьковскую область», – отметил он.
«Но мы понимаем, что точно так же губернатора Курской области волнует близость границы в районе Сумской области. А главу Брянщины – сопредельные с его регионом территории Черниговской области. По сути, это то, о чем в самом начале СВО говорил президент Путин: необходимость денацификации и демилитаризации всей территории, подконтрольной украинским властям. Пока этого не произойдет, обстрелы наших регионов не прекратятся», – полагает собеседник.
Вместе с тем, если говорить о теоретическом планировании подобных операций, то в первую очередь необходимо обратить внимание на настроения людей в регионе с поправкой на то, что наш противник полностью контролирует медиапространство Харьковщины.
«К сожалению, люди, которые родились, скажем, во времена первого Майдана 2004 года и учились в школе во времена Евромайдана 2014 года, сегодня воюют с оружием в руках. Уж что-что, а промывать мозги на Украине умеют, особенно с учетом медийной поддержки США и других стран НАТО. Как следствие – немалая доля местных жителей искренне верят, что они защищают свой регион. И эту проблему нам надо решать», – подчеркнул собеседник.
О преждевременности присоединения Харьковщины говорит и экс-посол ЛНР в России Родион Мирошник. «Одним из вариантов решения проблемы с обстрелами Белгородской области, которые сейчас происходят просто с ошеломляющей интенсивностью, может стать создание санитарного кордона. С учетом нынешних возможностей артиллерии и РСЗО, вполне реально выстроить демилитаризованную зону глубиной в 100–150 км. Это и позволит избежать в дальнейшем ухудшения ситуации в приграничных субъектах РФ», – пояснил он.
«ВСУ рассматривают любые точки соприкосновения с нашей страной как линию фронта. В связи с этим необходимо быть готовыми на любые провокации со стороны противника. Задача офиса Зеленского – максимально растянуть зону боевого соприкосновения. Для этой цели сейчас на Украине и проводятся мероприятия по насильственной мобилизации – хватают всех без разбора», – отмечает эксперт.
«Таким образом, создание как минимум санитарного кордона на территории Харьковской области – актуальная и важная для РФ задача. Это поможет отодвинуть линию боев и существенно обезопасить положение Белгородской области. Присоединять ли данный регион к России – другой вопрос, в рамках которого нужно подумать о политической целесообразности», – подчеркивает собеседник.
«Собственно, высказывание Гладкова также стоит рассматривать исключительно под призмой государственной безопасности. Решаются они банальным сдвигом линии боевого соприкосновения на юго-запад. Но важно понимать, что в Харьковской области нас не ждут с распростертыми объятиями. Люди напуганы, они не хотят войны, и это понятно», – полагает Мирошник.
«Исторически Харьковская область – это Слобожанщина, куда также входят территории Белгородской и части Сумской областей. Причем Слобожанщина появилась в составе России еще до Богдана Хмельницкого»,
– рассказала Лариса Шеслер, председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины. «Многие помнят, как в 2004 году, во времена первого Майдана политик Евгений Кушнарев говорил, что от Харькова до Белгорода всего 40 км, в то время как до Киева – все 500. Так он намекал киевской власти, что в случае необходимости или опасности регион «пойдет» в сторону России», – добавила она.
«В 2014 году, когда Киев охватили Евромайданом, в Харькове проходили масштабные антимайдановские митинги и акции протеста. Все помнят громкий случай с водружением российского флага на здание обладминистрации. И захватившие власть в Киеве не оставили это без внимания. Как следствие – многие пророссийские деятели были вынуждены либо замолчать, либо покинуть Украину», – продолжает правозащитница.
«И затем Харьков стали планомерно подвергать насильственной украинизации. Именно там появилась крупная база террористической организации «Азов», там же после 2014 года расположились серьезные воинские части ВСУ. На протяжении последних лет в регионе усиленно зачищали любое инакомыслие. Теперь там осталось выжженное поле», – уверяет собеседница.
«Именно в Харькове появилась печально известная тайная тюрьма СБУ, в которой людей фактически убивали без суда и следствия. В 2022 году ситуация осложнилась еще больше. Даже сам Михаил Добкин, бывший губернатор области и мэр Харькова, который еще сравнительно недавно говорил о том, что Харьков – это скорее Россия, осудил спецоперацию и ушел в украинскую тероборону», – отметила эксперт.
«С некоторыми оговорками, его можно понять, потому что люди, которые остаются на Украине, зачастую вынуждены принимать такие решения. Любой другой вариант их поведения повлечет за собой либо репрессии, либо физическое уничтожение. Но я не верю в то, что харьковчан и жителей региона удалось пропитать бандеровской идеологией. Это невозможно», – полагает она.
«Эти люди запуганы, они живут в концлагере. И обвинять их в том, что они молчат, абсурдно. Неправильно думать, что в Харькове Россию не ждут. Скорее, они просто боятся и не могут сказать, что хотят прихода России. Ведь те, кто имел смелость об этом заявить, на данный момент просто исчезли. Но и Москве нужно готовить операцию по воссоединению Слобожанщины соответствующим образом», – заключила Шеслер.