Накануне председатель Национального антитеррористического комитета (НАК), директор ФСБ Александр Бортников рассказал об агрессивных попытках украинских спецслужб и их западных кураторов вовлекать на фоне СВО российскую молодежь в диверсионно-террористическую и экстремистскую деятельность.
Участники заседания НАК призвали уделять особое внимание противодействию идеологии терроризма и неонацизма в молодежной среде на территории новых регионов. По итогам мероприятия было принято заявление. В нем говорится, что в целях формирования антитеррористического мировоззрения в вузах и школах в ряд учебных дисциплин гуманитарного профиля должны «включаться вопросы профилактики терроризма».
По данным НАК, с февраля 2022 года – с момента начала СВО – в России предотвращено 118 террористических преступлений, исполнителями которых должны были стать молодые люди и подростки. «Не ослабевают усилия участников международных террористических организаций по дестабилизации обстановки на Северном Кавказе», – отметили в НАК.
О роли западных спецслужб, помогающих Украине в организации терактов на территории РФ, говорил в ходе заседания Совбеза на прошлой неделе президент России Владимир Путин. «Неонацисты и их пособники действуют не только на территории новых субъектов Федерации, но и совершают преступления в других регионах. Есть все основания утверждать, что в подготовке таких диверсий и терактов задействован потенциал третьих стран – западных спецслужб», – сказал глава государства.
Напомним, в начале апреля погиб военкор Владлен Татарский. По подозрению в совершении теракта была задержана Дарья Трепова, вручившая Татарскому статуэтку с бомбой. По данным НАК, девушка является активной сторонницей Фонда борьбы с коррупцией** (ФБК*) Алексея Навального (организация признана иностранным агентом и запрещена в России как экстремистская, Навальный включен в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга).
Как позже выяснили журналисты, у девушки были проблемы с законом из-за участия в несанкционированных митингах, также она перечисляла экстремистской организации добровольные пожертвования. В экспертной среде говорят, что сторонники ФБК** – это «база данных» для украинских и западных спецслужб. А многочисленные утечки их персональных данных позволяют с легкостью наладить коммуникацию с ними.
Несколько иной механизм спецслужбы противника используют на территории новых регионов России. Судя по данным самих завербованных, в своей работе украинская разведка любит использовать шантаж. Как рассказывали задержанные в Мелитополе украинские агенты, многие соглашаются идти на диверсии из-за нужды в деньгах или в том случае, если жизнь их родственников может быть в опасности.
Так произошло с Романом Зубаревым, который сотрудничал с Главным управлением разведки (ГУР) Минобороны Украины. «Я нуждался в деньгах, поэтому пошел [заниматься диверсиями]», – рассказывал Зубарев на допросе осенью прошлого года.
Другой завербованный – Артур Нестеренко – также отмечал, что ему угрожали расстрелом. «Они неоднократно намекали: «У тебя беременная жена, подумай все-таки об этом». Здесь они мне в дистанционном формате угрожали – мне действительно было страшно, они знали, где я живу, полностью обо мне все знали», – сообщил Нестеренко.
Также для вербовки потенциальных агентов спецслужбы противника часто используют базы данных еще украинских служб социальной защиты. Так им проще выявить людей, которые нуждаются в какой-либо поддержке: финансовой, медицинской, социальной. Затем им предлагается помощь в обмен на совершение тех или иных преступлений.
Самый распространенный вид противоправных действий – подкладывание взрывчатки.
Кроме того, молодежь часто вербуют в интернете. В начале года ФСБ задержала трех восьмиклассников из подмосковного Чехова. Через мессенджер Telegram они вступили в контакт с неизвестными, которые предложили им за деньги устроить диверсию на железнодорожных путях на перегоне Курского направления. По версии ФСБ, восьмиклассники повредили железнодорожные пути, сняв это на видео для получения денег.
Подполковник запаса МВД Олег Иванников считает, что украинские и западные спецслужбы, кроме всего прочего, активно анализируют данные пользователей крупных платформ, включая YouTube, а затем вступают с ними в диалог, обрабатывают и мотивируют на совершение преступлений.
Также в поиске возможных диверсантов часто используют родственные связи. «Формально чей-то родственник может уйти к террористам в «Азов», а затем приехать в Россию и заниматься вербовкой. Если его причастность к военным организациям неизвестна, тогда ему никто не запретит навестить родственников», – пояснил Александр Перенджиев, доцент кафедры политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Плеханова, член экспертного совета «Офицеров России».
Собеседник отмечает, что перед вербовкой выявляются слабые места человека, его потребности и стремления, после чего оказывается давление. «Сыграть может фактор любовной связи. В методах вербовки ничего нового не изобрели, такими же приемами пользуются международные террористы. Эти же методы использовали западные спецслужбы для вербовки советских граждан», – напомнил он.
Перенджиев особо отметил вербовку женщин, которые стоят за убийством Татарского и журналистки Дарьи Дугиной. «Украинские и западные спецслужбы почувствовали слабость нашего противодействия, которое не воспринимает молодых девушек в качестве источника угрозы», – подчеркнул эксперт.
Член Совета по внешней и оборонной политике генерал-майор ФСБ в запасе Александр Михайлов предлагает сформировать новый кадровый состав для работы в Донбассе, Приазовье и Причерноморье: «Работа в новых регионах требует новых навыков. Там пока нет таких технических возможностей разведки, которыми наши специалисты располагают в других регионах страны».
«Поэтому нам нужны оперативные работники с особым складом ума, которые по своим способностям и компетенциям будут сопоставимы с сотрудниками «СМЕРШа». Во-вторых, на территории новых регионов до сих пор остается множество испуганных людей, которые не вполне понимают, что их ждет завтра. Они растеряны, поэтому некоторые из них легко поддаются вербовке со стороны противника. Это тоже очень чувствительный момент», – указал эксперт.
Методы украинских спецслужб по вербовке Михайлов назвал циничными, потому что они зачастую давят на вопросы состояния здоровья родственников и сопутствующие финансовые расходы.
«Запугивание в обмен на сотрудничество – это то, в чем украинские спецслужбы принципиально сильны. Тревога за судьбу своих близких перевешивает какие-либо государственные интересы», – подчеркнул собеседник.
Претерпевают изменения и механизмы вербовки. «Если в годы холодной войны человека нужно было тщательно изучать, то сейчас потенциальных кандидатов находят в соцсетях. Привлечь человека к сотрудничеству несложно, тем более что украинские спецслужбы работают грубо, нагло и цинично – практически сразу делают предложение в лоб. Поэтому бороться с этим очень сложно, но пока наши спецслужбы действуют достаточно эффективно», – добавил эксперт.
Что касается возможных контрмер, то здесь эксперты предлагают сперва определить группы граждан, которые могут представлять интерес для спецслужб противника. Первая группа – это навальнисты. С ними необходимо проводить профилактические мероприятия, они должны находиться в поле зрения контрразведки.
Вторая группа – это граждане России, чьи родственники находятся на территории Украины. «Близких людей могут взять в заложники и тем самым мотивировать россиян идти на преступления. Эту технологию широко использовали террористы Шамиля Басаева в конце 1990-х. Наши спецслужбы знают эти методы, но здесь нужно сработать на опережение и также заниматься профилактикой», – считает Иванников.
Отдельного внимания заслуживает взаимодействие правоохранителей с гражданским обществом и особенно – молодежью. Иванников поддержал предложение НАК по формированию антитеррористического мировоззрения в вузах и школах. «Многое зависит от школьных учителей и педагогов, которые должны ежедневно проводить разъяснительную работу с учениками о возможных провокациях. В близлежащей перспективе это принесет вполне осязаемые результаты», – уверен Иванников.
Перенджиев в свою очередь предлагает «Росмолодежи» также заняться формированием антитеррористического дискурса. Схожей точки зрения придерживается Михайлов. «Мы должны были начать делать это с 2014 года. Может, после заявления Бортникова некоторые товарищи, которые должны заниматься этими вещами, зашевелятся», – надеется собеседник.
Он также напомнил, что после двух чеченских кампаний в России была выпущена масса материалов, брошюр, плакатов и социальной рекламы, которая «держала людей в тонусе» и давала им понимание основных принципов борьбы с террором. «Сейчас пора обновить эти материалы, актуализировать их. И эту работу нужно проводить серьезно, не для галочки, потому что на кону стоят жизни людей», – подытожил Михайлов.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ
** Некоммерческая организация, включенная в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента