В последние сутки ВС РФ продолжили успешные наступательные действия в пространстве вокруг Соледара и Артемовска (Бахмута). К северу от Соледара были заняты небольшие поселки им. Сакко и Ванцетти и Николаевка, в результате чего фронт продвинулся в направлении Северска.
Это, казалось бы, небольшое движение привело к тому, что ВСУ сами оставили населенный пункт Белогоровка на окраине Северского лесничества. Это совсем иное направление: украинская группировка там выдвинута на несколько десятков километров вперед в виде уступа в направлении Кременная – Лисичанск.
Киев несколько месяцев наращивал там силы с целью организации наступления на Лисичанск – Северодонецк вглубь ЛНР. Сейчас этот план сорван. ВСУ при дальнейшем продвижении российских частей к Северску придется срочно эвакуироваться с выступа. Это к вопросу о том, насколько важны «локальные» операции в селах, названия которых ранее никому ничего не говорили.
Вокруг Артемовска (Бахмута) ситуация более сложная. Бои в городской черте идут на северо-востоке и юго-востоке города. Передовые штурмовые части заняли часть многоквартирных домов на улице Ватутина и начали продвигаться по соседним улицам, которые в основном застроены частными домами. Промзона заводов шампанских вин и мясокомбината в целом пройдена.
Но основные события развиваются не в самом Артемовске, а вокруг него.
К юго-западу от города российские штурмовые части заняли гряду высоких холмов, прошли через лесополосу за ними в направлении поселка Ивановское (Красное), который находится на трассе Артемовск – Константиновка. До трассы осталось два километра по прямой, она под огневым контролем, и снабжение по ней гарнизона ВСУ в городе более невозможно.
За Ивановским (Красным) уже Часов Яр – основная позиция для снабжения Артемовска и будущая передовая оборонительная позиция ВСУ после оставления ими города. Часов Яр расположен на холме за руслом канала. В последние два-три дня в Часовом Яре создана новая тактическая группа «Карпаты» для самостоятельной обороны этой позиции. Но и Ивановское сильно укреплено (село в целом небольшое) и на данный момент прочно удерживается ВСУ.
Недавно туда прибыл 214-й отдельный батальон «Опфор» ВСУ. Это англоязычная аббревиатура (от opposing force). В мирных условиях они создаются для того, чтобы на учениях играть роль потенциального противника. В текущих украинских условиях 214-й отбат – это спецназ, подготовленный американцами, но обученный по российским методикам. Ранее он находился под Донецком, но с потерями отступил и после переформирования отправлен в Ивановское (Красное). Туда же предположительно должны прибыть части теробороны из Харькова.
С северо-восточной части Артемовска уже две недели идут бои за два пригорода: Красная Гора и Парасковиевка. Часть Красной Горы занята, есть перспективы в целом в этом направлении. ВСУ регулярно перебрасывают туда подкрепления, выводя в тыл части с большими потерями. Это направление считается критическим для обороны Артемовска, поскольку занятие Красной Горы и Парасковиевки приведет к огневому контролю за последней дорогой, ведущей из города в Часов Яр.
Сейчас оперативного окружения Артемовска однозначно нет. Существует как раз вот эта дорога на Часов Яр, по которой ведется снабжение полуокруженного гарнизона и доставляются подкрепления. Но движение возможно и в обратном направлении: по ней ВСУ могут попробовать эвакуировать часть окруженного гарнизона.
Пока остается возможность эвакуации на Часов Яр и будут вестись разговоры о том, что ВСУ мечутся между альтернативой: оборонять Артемовск до последнего солдата с целью потянуть время до получения западной бронетехники или, наоборот, эвакуировать гарнизон с мифической целью «сохранить армию для весеннего контрнаступления». Но никаких признаков системного отступления из города нет. Если через пару дней российские штурмовые части займут Парасковиевку и продвинутся на юг вдоль железной дороги до станции Ступки, то все эти рассуждения (выводить – не выводить) потеряют смысл. Вывести гарнизон будет уже невозможно.
Сейчас плотность обороны ВСУ в Артемовске превышает все разумные пределы. Оценочно где-то три взвода на километр оборонительной линии в плотной городской застройке. При этом это очень разнородная публика. По мере ослабления обороны она будет фрагментироваться и, следовательно, распадаться.
Падение Артемовска в любом виде (эвакуация или штурм) означает для ВСУ крах линии фронта. Причем не только на этой оборонительной линии (она уже фрагментирована), но, по сути, по всей системе ВСУ на северной части фронта.
Выше мы показали, что даже небольшое продвижение сейчас в сторону Северска привело к началу отступления ВСУ с выступа у Лисичанска. А там получается «бутылочное горлышко»: отвести долго собиравшиеся там части ВСУ можно только через Северск. Нет Северска – «котел», за которым последует возвращение Красного Лимана и даже, возможно, Изюма.
Добавляют страсти и данные о том, что, учитывая темпы продвижения ВС РФ, противник не успевает создать требуемый оборонительный район вокруг агломерации Славянск – Краматорск – Константиновка. Это удивительно, но факт: сейчас там ведутся усиленные строительные работы, а Краматорск, в котором годами концентрировались армейские штабы и склады снабжения, оказался открытым с восточного направления.
Что значит сейчас для ВСУ «сохранить армию для наступления»?
Оставить в Артемовске отряд смертников в арьергарде по центральным улицам и с оркестром выводить весь 30-тысячный гарнизон по единственной простреливаемой дороге? А затем аналогичным образом отступать через Северск от Лисичанска? Параллельно теряется Угледар и начинается движение ВС РФ на север на Курахово и далее на Красноармейск (Покровск). Оперативных резервов у ВСУ уже нет, есть только формируемые на Западной Украине новые номерные бригады из мобилизованных последней волны, то есть отловленных на улицах мужчин от 45 до 60 лет.
Пока ближайшая перспектива для ВСУ выглядит так: Артемовск будет окружен, фронт ВСУ рухнет, просто эвакуировать уже будет некого и некуда. Спешное создание новых линий обороны у Часова Яра и у Краматорска тому свидетельство. То, что ВС РФ начинали как относительно локальную операцию, в итоге превращается в возможность создания по-настоящему переломного момента для боевых действий в Донбассе. Киеву и Пентагону не удалось это вовремя понять, и теперь у них остался крайне узкий диапазон принятия решений: от плохого к худшему. От спешной эвакуации до разгрома.