«Простые коммерческие квадрокоптеры китайского производства произвели настоящую революцию в применении традиционной ствольной и реактивной артиллерии, практически полностью разрешив вековую для нее проблему разведки, целеуказания и корректировки артогня». Эти слова принадлежат не кому-нибудь, а бывшему руководителю Генштаба ВС РФ Юрию Балуевскому. Как сообщается, он сделал данное заявление в предисловии к одной из только что вышедших книг по военному делу.
Как отметил генерал, при корректировке с помощью постоянно висящего над районом цели беспилотника стало возможным применение артиллерии с обычными снарядами с точностью и эффективностью, сопоставимой со стрельбой высокоточными боеприпасами. В том числе резко снизилось требуемое для поражения число снарядов и орудий.
Можно сказать, что перед нами редкое для современных российских военачальников признание – хотя и сделанное человеком, уже находящимся на пенсии. «Нет сомнений, что интеграция БЛА с высокоточными средствами поражения еще не исчерпала возможности», – заверил экс-начальник Генштаба. В настоящее время ВС РФ уделяют большое внимание развитию современных беспилотников (БЛА), однако официальными лицами также публично заявлялось, что наша страна, к сожалению, к числу лидеров в разработке и применении данных аппаратов не относится.
Чтобы понять, как БЛА на наших глазах совершают революцию в военном деле, и что нас ждет в этом смысле далее, стоит, прежде всего, вспомнить, с чего все начиналось.
Эволюция БЛА, краткий обзор
С конца 1950-х – начала 1960-х работы по созданию беспилотников начинаются и в США, и в СССР. В 1959 году у американцев взлетает первый беспилотный вертолет Gyrodyne QH-50 DASH, предназначенный для поиска советских подлодок. Он оказался удачным и служил до 1970-х, причем во время войны во Вьетнаме применялся для корректировки артиллерийского огня по берегу.
В СССР с 1960-х годов массово применялись реактивные беспилотные разведчики Ла-17Р, Ту-123 «Ястреб», Ту-141 «Стриж» и Ту-143 «Рейс», и Ту-243. Для своего времени это были весьма совершенные машины.
Новую эру в развитии беспилотных ЛА открыл Израиль в 1970-х годах. В отличие от СССР и США, израильтяне сосредоточились на небольших тихоходных и очень дешевых дронах, которые, однако, были частью разведывательно-ударной системы, в которой вся информация о силах противника передавалась ударным силам (тогда это была авиация) практически сразу. Фактически именно в Израиле был придуман наиболее распространенный тип БЛА – малогабаритный легкомоторный разведчик.
В СССР эти уроки учли, и с начала 1980-х пытались создать свой легкий беспилотник. В 1983 году появился «Шмель-1», а в 1986-м – «Пчела-1Т», внешне от него не отличимая. Увы, но массового легкого беспилотника ВС СССР не получили.
Отсутствие в ВС России беспилотников в войсках остро ощутили уже во время пятидневной войны с Грузией в 2008 году. Вот что рассказывал «Красной Звезде» (Беспилотник для командира роты. Виктор Пятков, Андрей Лунев, «Красная звезда». 8 августа 2009 г.) будущий герой специальной военной операции, а тогда начштаба 20-й армии, генерал-полковник (тогда полковник) М. Ю. Теплинский: «О необходимости вооружения подразделений сил общего назначения беспилотными комплексами и в первую очередь – малогабаритными ручными моделями, которые унесешь в рюкзаке во время пешего горного рейда, можно даже не говорить – она очевидна. Такие комплексы должны быть просты в обращении, надежны, способны показывать координаты целей и ни в коем случае не зависеть от американской навигационной системы...»
Теплинский оказался пророком – в ходе специальной военной операции именно переносные китайские «Мавики», купленные волонтерами на собранные в народе деньги, стали олицетворением разницы между победой и поражением, между потерей одного-двух человек и многих десятков. Связка «Мавика» с минометом калибра 120 мм оказалась поистине смертоносной комбинацией. Именно об этом сегодня и заявляет экс-глава Генштаба Юрий Балуевский.
Как сегодня выглядит применение беспилотников?
Революцию в беспилотной авиации породили три вещи. Первая – космические навигационные системы. Без них БЛА вынужден был ориентироваться по инерциальной навигационной системе, а они не бывают достаточно точными.
Вторая – развитие микроэлектроники. Невозможно представить себе современные беспилотники с элементной базой хотя бы начала 1990-х, они будут технически нереализуемы по массогабаритным характеристикам.
Третьей составляющей беспилотной революции стало, как ни странно, коммерческое телевидение. Все технологии удержания кадра на каком-то конкретном объекте, съемки в движении, стабилизации камеры на быстро движущемся носителе пришли оттуда и обкатывались изначально на таких вещах, как трансляция спортивных соревнований. Без технологий с ТВ операторам приходилось смотреть на мир через дрожащую камеру, прикрученную к маленькому самолету, с немалыми вибрациями и тряской летящему со скоростью более ста километров в час. Технологии с телевидения сделали наблюдение простым и комфортным.
Совокупно все это позволило беспилотной авиации достичь высочайшего уровня. Сегодня ни одна армия мира, претендующая на то, чтобы не быть пушечным мясом, не воюет без беспилотной авиации. Разведка, наведение на цель артиллерии или авиации, контроль результатов удара – это базовые задачи, которые такие средства выполняют везде – от Пакистана до Польши.
Самый маленький дрон, который серийно производится для западных армий, это Black Hornet Nano – вертолет длиной (с несущим винтом) 16 сантиметров и массой 18 граммов. Он запускается с удержания пальцами рук, несет видеокамеру и может лететь со скоростью до 21 километра в час в течение 25 минут, или это же это время висеть. Картинка с камеры дрона передается на планшет солдата с полутора километров. На сегодня около 3 тысяч таких беспилотников переданы войскам стран НАТО, сейчас в производстве находится второе поколение, с ночным оптическим каналом.
Эти дроны используются на уровне пехотного отделения и взвода при штурмах, зачистках, разведке и других мероприятиях, когда надо «заглядывать за угол». Их ценность невозможно преувеличить. Солдаты незападной армии, ведущие разведку в комплексе зданий, вынуждены будут долго наблюдать за ними, пытаясь увидеть следы человеческого присутствия, а потом идти вперед, зная, что в любом дверном проеме можно напороться на автоматную очередь в упор. Американцы или англичане, как и их союзники, если есть возможность, пошлют перед собой маленький вертолетик, который даст им картинку того, что происходит впереди по маршруту, за углом, за дверным проемом и так далее – по меркам уличных боев просто волшебное средство.
На уровне роты применяются системы побольше. В США, например, это RQ-11 Raven – БЛА самолетной схемы массой 1,9 килограмма, запускаемый с руки. Этот беспилотник обеспечивает «ситуационную осведомленность» командиров рот, он может действовать на дальность до 10 километров и находиться в воздухе 1–1,5 часа. На сегодня США и их союзники получили 19 тысяч таких «птичек».
Уровни «батальон – бригада» заполняют более крупные машины, запускаемые с катапульты, как российский «Орлан-10», входящие в состав отдельных подразделений и частей, придаваемых батальонам и бригадам. Такие подразделения в США оснащены дронами массой в десятки килограммов и размахом крыла в несколько метров. С помощью этих БЛА можно корректировать огонь минометов и артиллерии.
Уровнями выше приходит очередь беспилотников побольше – MQ-1C Gray Eagle, например, массой 1,6 тонны, способный находиться в воздухе 25 часов. Эта модель уже несет оружие на четырех точках подвески. Но для ударных задач американцы применяют более чем вдвое тяжелую машину – MQ-9 Reaper.
В принципе, в США закрыты все ниши для беспилотников. Для глобальной разведки есть RQ-4 Global Hawk и похожий военно-морской Triton. Для скрытного проникновения в чужое воздушное пространство – реактивный «стелс» RQ-180, настолько секретная машина, что нет даже ее официальных фотографий.
Всего в мире 65 стран производят беспилотники. Безусловный лидер – США. Следом идет Китай, имеющий некоторые уникальные возможности. Следующий «эшелон» – Турция, Израиль, Иран. «В затылок» лидерам дышит Пакистан. В таких странах, как Бразилия, Индия, Германия, Австралия также ведутся масштабные работы. Россия производит немало различных беспилотников, но наша ситуация требует отдельного разбора.
Отдельно необходимо упомянуть так называемые дроны-убийцы – они же барражирующие боеприпасы. Самым знаменитым некоторое время назад был израильский Harop, но вообще такие дроны проще, чем разведывательные или «многоразовые» ударные, и сегодня они есть много у кого.
Боевое применение
Самое главное, для чего применяются БЛА, – разведка. Есть впереди противник или нет? Чаще всего это можно увидеть только сверху. И как воевать, если противник видит тебя и может прицельно стрелять издалека, а ты его не видишь вообще?
Именно беспилотники обеспечивают разницу между «прицельно стрелять» и «никак». Горе той стороне, у которой их нет. Бой подразделения с БЛА против того, которое их не имеет, – это избиение слепого зрячим. Разведка оказывается намного важнее, чем любые ударные операции.
Отдельно взятый беспилотник способен обеспечить применение точно по цели крупных сил артиллерии или даже оперативно-тактических ракет. Его огневая мощь равна огневой мощи всех войск, которые могут «достать» обнаруженную с его помощью цель. А при попытке атаковать своим оружием он может быть легко потерян. Именно этим объясняются огромные потери «Байрактаров» на Украине, этим же обусловлено то, что оставшиеся российские «Орионы», способные нести оружие, также «переведены» в разведчики. Но это не значит, что ударные задачи вообще не должны возлагаться на БЛА.
Барражирующие боеприпасы позволяют делать то, что невозможно добиться с помощью любых других средств. Например, поразить цель, реальное положение которой должно быть доразведано перед атакой.
Еще больший эффект имеют совместные действия дрона-разведчика и одноразового убийцы. Первый за счет хорошей оптики и длительного времени патрулирования находит цель, второй – примитивный и недорогой, ее поражает.
Обстановка может потребовать выполнения задач в ударно-разведывательном варианте. Например, если противник имеет вблизи линии фронта опасные системы оружия, то вполне логично, чтобы брошенный на его обнаружение беспилотник имел оружие, чтобы атаковать цель сразу, а не ждать, пока по ней будет нанесен ракетный удар.
Рой
Есть один вид БЛА, который сейчас успешно проходит испытания, но пока не применялся в военных действиях. Это автономные (действующие без оператора) барражирующие боеприпасы под управлением искусственного интеллекта, способные на групповые атаки. Дрон атакует цель с учетом того, что делают другие дроны (например, если его опередили с уничтожением цели, то он переключается на другую, а если их не осталось, то ищет новую, в том числе перелетая в другое место – и все остальные дроны в группе действуют так же).
Атака таких беспилотников напоминает нападение роя пчел – ведомые инстинктом насекомые наваливаются на цель, не коммуницируя друг с другом.
РЭБ против таких дронов бесполезна, они управляют сами собой, коммуникаций, которые надо давить, просто нет. Средств ПВО, способных сбить тридцать-сорок микродронов, летящих, как стая птиц, на малой высоте, нет ни у кого, кроме Германии, да и там они экспериментальные. Вне пределов НАТО даже вопрос о разработке таких систем не поставлен.
Сейчас американцы уже добились работоспособности роя БЛА. Его сбрасывают из подвесных контейнеров пары самолетов-истребителей, «птички» ударного роя переходят из падения в управляемый полет, строятся в боевой порядок, ищут цели, уничтожают их, ищут новые, и все это сами, без оператора. Как скоро такие средства появятся на вооружении? Точно неизвестно, но технически это может случиться скоро. И тогда поле боя навсегда и необратимо изменится.
Будущее рядом
Беспилотники с нами навсегда, они теперь будут до тех пор, пока будут войны. И потому, что их можно производить в любых количествах, не завися от возможностей по подготовке пилотов, и потому, что в будущем ими будет управлять искусственный интеллект, а не оператор. И потому, что они позволяют то, что больше не позволяет никакое средство вообще – видеть противника, который прячется, и разыгрывать бой зрячего со слепым. Они позволяют планировать атаки, которые больше не выполнить ничем.
Боевая пилотируемая авиация – крайне дорогостоящее удовольствие, позволить себе содержать ВВС может далеко не каждая страна. Однако беспилотники – и в разработке, и в применении – обходятся гораздо дешевле, совершенствуются гораздо быстрее. Нас ждет появление беспилотников в армиях таких стран, которые раньше и мечтать не могли о военно-воздушной мощи. А это в свою очередь способно повлиять даже на политическую карту мира.
БЛА, с высокой вероятностью, радикально изменят тактику применения артиллерии – возможно, артиллерия будет применять только высокоточные боеприпасы, наводимые с помощью беспилотников. Легкой добычей БЛА станут танки, и их применение тоже придется пересматривать.
Все эти перемены потребуют колоссальных изменений в военной теории, военной практике, военном образовании. Офицеры, от лейтенантов до генералов, должны будут уметь пользоваться этим новым видом оружия, каждый на своем уровне.
При потере дрона не гибнет человек – и это особо важно. А еще беспилотники, в большинстве своем, дешевле зенитных ракет, и попытки защищаться от них силами зенитно-ракетных систем (ЗРС) разорят любую страну. Средства радиоэлектронной борьбы (РЭБ), которые могли легко посадить любой американский БЛА где-нибудь в 2011-м, уже в Карабахе оказались бесполезны – связь подавить не удавалось.
Новая эра в военном деле уже наступила. Заявление экс-главы Генштаба говорит именно об этом – и дает надежду, что и наша страна уже учитывает это в своем военном планировании.