Штурм Берлина – столицы и последней твердыни Третьего рейха – является одной из значимых операций Красной армии в Великой Отечественной войне. Так как она имела историческое значение, описанию действий советских частей в научной, мемуарной и художественной литературе уделялось особое внимание. Благодаря этому нам хорошо известны детали штурма Берлина, в котором смогли отличиться разные рода войск.
Однако даже при таком освещении в Берлинской операции имеются нюансы, до сих пор остающиеся в тени. К ним можно отнести работу тыла и медицинское обеспечение, использование фугасных огнеметов, а также стрельба реактивными снарядами прямой наводкой, впервые примененная Красной армией именно в Берлине. Приподнять завесу неизвестности над упомянутым помогли документы 79-го стрелкового корпуса и гвардейских минометных частей, принимавших участие в штурме немецкой столицы.
Чудеса логистики
Работа тыловых служб во время наступления всегда была непростым делом. Тылы частей и соединений часто отставали от ушедших вперед боевых порядков и тогда последние не получали вовремя боеприпасы, продовольствие или даже горячую пищу. Во время наступления на Берлин советское командование постаралось учесть эти недостатки, что видно на действиях тыловой службы 79-го стрелкового корпуса из 3-й Ударной армии, сыгравшего важную роль в боях за немецкую столицу и взявшего Рейхстаг.
Еще перед началом Берлинской операции командование 3-й Ударной армии поставило перед своей службой тыла четкую задачу: «Дивизионные тылы должны были иметь 15 сутодач продфуража, в том числе две сутодачи сухого пайка, полтора боекомплекта боеприпасов, три заправки горючего в НЗ и две заправки текущего расхода». Армейский тыл выполнил приказ, подтянув свои полевые склады к передовой и разместив их за 20 км от расположения дивизий 79-го корпуса. Как видно на примере знаменитой 150-й стрелковой дивизии, на 16 апреля – день начала Берлинской операции – она была обеспечена продовольствием, боеприпасами и горючим по заявленной норме. Во время наступления и штурма города, чтобы насыщать войска всем необходимым, дивизионные склады перемещались за наступающими частями, держась от них на расстоянии всего в полтора-два километра.
Особенности работы тыла во время взятия Берлина заключались в том, что подвоз всех видов снаряжения происходил ночью. А так как вражеское сопротивление было сильным, у советской артиллерии возникал большой перерасход снарядов. Чтобы справиться с этим, тыловым службам за 16 суток операции пришлось проявлять чудеса логистики, перемещая свои склады за наступавшими войсками до 10 раз.
Обеспечивая четкую работу тыловиков во время наступления, командование 79-го корпуса пошло на неординарный шаг. В штурмовавшие Берлин дивизии были отправлены офицеры штаба и тыла корпуса с задачей «поддержания регулярной связи между тылом дивизий и штабом и тыла корпуса, наблюдения за своевременным подтягиванием тылов, подвоза боеприпасов, подачи пищи на передний край». Это мероприятие целиком себя оправдало, так как командование имело своевременные данные о состоянии снабжения войск. В результате проделанной работы части 79-го корпуса штурмовали Берлин, не зная ни в чем нужды, вплоть до его капитуляции.
Как спасали раненых
Говоря о штурме Берлина, редко вспоминают такую важную часть операции, как медицинское обеспечение войск. Между тем медслужба Красной армии сыграла в ней важную роль, как это видно на примере 79-го корпуса. Перед началом наступления его части сосредоточились на Кюстринском плацдарме. Так как он был забит войсками и техникой, на западном берегу Одера удалось развернуть всего два медсанбата, когда другие остались за рекой. Но их «скученность» на плацдарме и близость к войскам сказались положительно на работе медиков, бесперебойно принимавших раненых и затем отправлявших их в госпитали.
Когда советские войска двинулись к Берлину, для медсанбатов настало время перемещения вслед за ними. Во время наступления на столицу рейха они старались не отставать от двигавшейся на запад линии фронта. Когда боевые порядки частей удалялись на 18-20 км, медсанбаты сразу меняли позицию, размещаясь в восьми километрах от передовой. Если же вдруг возникала задержка, то они выбрасывали вперед посты санитарного транспорта для быстрой доставки раненых.
А во время боев в самом Берлине исключительное значение приобрел пикетаж – опознавательные знаки, указывавшие путь к пунктам медпомощи и медсанбатам. Их установка облегчала санитарному транспорту ориентирование в большом городе, что сделало связь медсанбатов с санитарными ротами полков непрерывной.
Таким образом, когда советские части штурмовали Берлин, сжимая кольцо вокруг Рейхстага, за их боевыми порядками сновали десятки машин подвоза и санитарного транспорта. Последние работали в трудных условиях, часто ночью, без света и с максимальной нагрузкой. Но это позволило советским штурмовым группам действовать без задержек и спасло жизни многим раненым красноармейцам.
Про «Катюшу» и «Андрюшу»
Во время войны гвардейские реактивные минометы «Катюша» прославились как смертоносное оружие. Они применялись Красной армией в разных операциях, включая и Берлинскую. Так, во время штурма немецкой столицы в нем участвовали «Андрюши» – минометы БМ-31-12. В отличие от легендарных «Катюш», «Андрюши» использовали реактивные снаряды М-31, обладавшие большей разрушительной силой. И любопытно, что минометчики нашли им оригинальное применение во время городских боев.
Сражение за Берлин отличались сложностью, так как в нем было много старинных толстостенных каменных домов, имевших исключительную прочность. Используя их как опорные пункты, немецкая пехота могла не бояться даже огня советских пушек прямой наводкой. Для их разрушения требовались более мощные снаряды. Но применение гвардейских минометов в городе не только не решало проблемы, но и подвергало их опасности нападения немецких фаустпатронщиков. И все же минометчики нашли выход из положения. Раз навесной залп «Андрюши» не гарантировал точности попадания и разрушения конкретного объекта, то стрельба одиночными реактивными снарядами прямой наводкой дала прекрасный результат.
Чтобы М-31 летел прямо, перед залпом его помещали в специальную укупорку – деревянный ящик размером со снаряд, который устанавливался на подоконнике, столе или стуле, если стрельба велась из здания, или прямо с земли, если стреляли по завалу или баррикаде. Выстрел производился путем активации М-31 электрическим разрядом, для чего к снаряду был прикреплен длинный провод с подрывной станцией. Правда, перед его пуском минометчики прятались в укрытие, так как при выстреле М-31 давал сильную струю раскаленных газов.
Как отмечало командование минометных частей, такой способ стрельбы реактивными снарядами отлично себя зарекомендовал. Так как выстрел производился с расстояния до 100 метров, М-31 не успевал изменить траекторию полета и поражал цель. А уж эффективность действия снарядов «Андрюши» оказалась исключительной. Достаточно было одного-двух прямых попаданий в баррикаду или завал, чтобы сделать в них проход для советских танков. Для разрушения здания требовалось три-пять попаданий, после которых, как правило, оно полностью разрушалось, хороня под своими обломками немецкий гарнизон.
Но имелись и минусы. М-31 был весьма тяжелым, поэтому его было трудно таскать в зданиях, поднимая на этажи. В результате во время штурма Берлина они расходовались только на хорошо укрепленные точки немецкой обороны. К примеру, шесть М-31 было выпущено по зданию гестапо.
Огнеметы, сжегшие Рейхстаг
Советские фугасные огнеметы ФОГ и ФОГ-2 долгое время считались лишь оборонительным средством, бесполезным в наступлении. Они представляли собой тяжелые баллоны, способные выбрасывать огненную струю до 50 метров. Обычно перед залпом их закапывали в землю на участке, где ожидалась вражеская атака. Если противник наступал, то огнеметчики «подрывали» ФОГи, обрушивая на него огненный «дождь». Однако шанс использовать огнеметы выпадал нечасто, поэтому бойцы огнеметных рот и батальонов чаще копали землю, чем стреляли.
Звездный час фугасных огнеметов настал во время уличных боев в Берлине. Там огнеметчики нашли им достойное применение, придумав для ФОГов специальную тележку, позволившую перемещать тяжелые «огненные» баллоны по немецким улицам. Бойцы катали их от дома к дому, поднимая на этажи и пуская огненные струи в подвалы или в окна зданий, занятых немцами.
Нужно отметить, что огнеметчики оказали большую помощь частям 79-го стрелкового корпуса при взятии Рейхстага. В его штурме принял участие 10-й отдельный огнеметный батальон, роты которого были отданы в распоряжение наступавших дивизий. Вместе с атакующей советской пехотой огнеметчикам удалось ворваться в здание Рейхстага, где они произвели несколько очень эффективных залпов фугасными огнеметами ФОГ-2.
К примеру, рано утром 2 мая 1945-го большая часть немцев, оборонявших Рейхстаг, была выбита с верхних этажей и засела в подвале, готовясь к отражению советской атаки. Несомненно его штурм был бы кровопролитным, если бы не фугасные огнеметы. После того, как огнеметчики выпустили в подвал струи огня, распространившееся по помещениям пламя вынудило немцев сдаться. Оценивая действия 10-го огнеметного батальона, начальник химической службы 79-го корпуса майор Мельниченок писал, что «в операции по взятию Рейхстага большую роль сыграли ФОГ-2».
Впрочем, фугасные огнеметы имели ту же проблему в использовании, что и реактивные снаряды. Тяжелые баллоны было непросто перемещать под вражеским огнем. Да и их установка перед «подрывом» требовала времени. Однако, как и в случае с М-31, если ФОГ-2 давал удачный залп, от врага практически ничего не оставалось, так как эффект от пламени в помещениях был очень высоким.
* * *
В завершение рассказа о малоизвестных фактах штурма Берлина стоит отметить важную деталь. Берлинская операция стала совокупностью боевого опыта, накопленного Красной армией в течение войны. Это хорошо видно из действий тыловых и медицинских служб, работа которых была эффективной, потому что советское командование учло недостатки предыдущих наступательных операций, постаравшись их избежать. Нестандартное же применение таких видов оружия, как фугасные огнеметы и реактивные снаряды, свидетельствует о том же. Используя такой подход при штурме Берлина, советские части внесли в тактику городских боев новые способы уничтожения противника, избегая при этом лишних потерь.