Отношение россиян к смыслу такого праздника, как Первомай, остается парадоксальным, считают во Всероссийском центре изучения общественного мнения (ВЦИОМ). «Доминантной является точка зрения, что 1 Мая – это именно День солидарности трудящихся, а не праздник весны и не просто выходной день, который можно провести в кругу семьи или на даче, – сообщил руководитель практики политического анализа ВЦИОМ Михаил Мамонов. – При этом лишь явное меньшинство намерено посещать какие-то первомайские акции или митинги».
Социолог поделился своими выводами на круглом столе «Труд и капитал в XXI веке», который состоялся в четверг на площадке Экспертного института социальных исследований (ЭИСИ). Мамонов подкрепил выводы цифрами, полученными в последнюю неделю апреля в ходе опроса: Днем солидарности рабочих Первомай считают 41%, а «просто выходным» – 29%. На шашлыки и огороды поедут 38%, однако на митинги солидарности готовы пойти лишь три процента.
Второй парадокс, по словам Мамонова, таков: 17% респондентов признали, что за последние пять лет сталкивались с нарушениями своих прав на работе. При этом мизерная доля – всего 1% – решали свои проблемы через профсоюзы или советы трудовых коллективов (хотя 10% сообщили, что состоят в профорганизациях).
На первом месте в способах решения проблем с начальством – это обращение к самому начальству, на втором – смена места работы.
«Казалось бы, профсоюзы – ключевой институт по части защиты прав. Но респонденты либо говорили о том, что у них на предприятиях просто нет профсоюзной организации, либо заявляли о неверии в способность профактивистов решать проблемы. О неспособности профсоюзов защитить их права сказали 53% граждан», – констатировал Мамонов.
«Официально работник может попросить помощи у профсоюзов, но зачастую эти структуры бывают бюрократическим придатком администрации предприятия, – отметил президент Центра социальных и политических исследований «Аспект» Георгий Федоров. – Возможность организовать профсоюз на своем предприятии у нас, к сожалению, не развита. Создание новых профсоюзных организаций просто в штыки воспринимается работодателем. Происходит дискриминация и увольнение активистов таких профсоюзов – и даже их разгром. Причем такое случается во многих сферах экономики». По мнению политолога, назрели изменения трудовых отношений, причем нужно не только расширять полномочия контролирующих ведомств, но и совершенствовать само законодательство в этой сфере.
Вообще в последние годы защищать права трудящихся стало сложнее, добавляет Федоров, во время пандемии ситуация ухудшилась. «Сегодня, по данным РАНХиГС, 33 миллиона россиян получают зарплату «в серую». И это явление с каждым годом расширяется. А «серая занятость» предполагает, что человека легко уволить, легко обмануть по зарплате», – сказал Федоров.
«Есть реальность «бумажная», а есть реальность фактическая, в которой огромное количество россиян по сути бесправны, их может уволить начальник по любому надуманному поводу, – дополнил его мысль директор Фонда прогрессивной политики Олег Бондаренко. – В Сербии, где я долго жил, на любом крупном предприятии существует от трех до пяти профсоюзов. Эти профсоюзы пережили Тито, Милошевича. Там сохранился мощный институт, который – извините за непарламентскую лексику – «вписывается» за права трудящихся».
Все же, если сравнить с тем, как обстоит дело за рубежом (даже в развитых государствах – США, Австралии, в Западной Европе), то Россия выглядит достойно, а по некоторым показателям опережает Запад, указала модератор круглого стола, руководитель департамента стратегических исследований и прогнозирования ЭИСИ Екатерина Соколова. Она сослалась на Глобальный индекс трудовых прав за 2020 год, который составила Международная конфедерация профсоюзов, а также на данные одного из подразделений ООН – Международной организации труда (МОТ).
«Обращу внимание, что это недружественные России организации, – подчеркнула Соколова. – Но судя по Индексу трудовых прав, Россия относится к категории стран «разумной доступности достойного труда», по многим показателям обойдя такие страны, как США, Великобританию, Францию и Австралию. При составлении этого индекса учитывались: справедливая оплата труда, защита работника, лучшая защита семьи и материнства, регулирование рабочего времени, пенсионное и социальное обеспечение по мировым стандартам.
«В России высокая по сравнению с другими странами компенсация за сверхурочную ночную работу. Средний испытательный срок при приеме на работу у нас меньше, чем в 40 странах мира, – перечислила Соколова. – В России есть государственные трудовые инспекции. Что касается защиты семьи, то у нас самый долгий оплачиваемый декретный отпуск, присутствует запрет на увольнение беременных». Подобный уровень гарантий работникам свойственен не только России, но и странам бывшего соцлагеря.
«Да, формально уволить человека не так-то просто – и на государственных, и на частных предприятиях, – соглашается Бондаренко. – Но фактически начальство легко может создать для сотрудника режим крайне сложного существования, и тогда он уволится «по собственному».
В случае конфликтов работники в России могут обратиться в трудовую инспекцию, в свою очередь заметил Федоров. «Это довольно-таки эффективный инструмент, если знать, как им пользоваться. Но надо признать и другое: инспекторы часто недорабатывают», – посетовал он.
Значительная проблема состоит в том, что за бортом оказывается огромная категория самозанятых, указал директор Института инструментов политического анализа Александр Шпунт. «Каждое пятое российское предприятие использует самозанятых, выяснил портал Superjob. В России уже до трех миллионов самозанятых», – указал эксперт. Руководитель лаборатории социальных исследований Института региональных проблем Петр Кирьян предложил вводить гарантии прав для самозанятых. «Политические партии по идее должны предлагать прописать в законодательстве новые формы и модели трудовых отношений», – считает Кирьян.
Согласно опросу ВЦИОМ, россияне не считают левые партии главными защитниками своих трудовых прав – на первом месте в рейтинге партий, которые больше других уделяют внимание проблемам людей труда, оказалась «Единая Россия». Ее назвали 17% опрошенных. КПРФ оказалась на втором месте с 12%, у ЛДПР – 6%, а у «Справедливой России – За правду» – 4%.
В целом же работники настроены патерналистски. «В первую очередь люди связывают надежду на защиту трудовых прав с государством – об этом сказали 51% опрошенных», – сообщил эксперт ВЦИОМ Мамонов. Определенное доверие к «Единой России» связано с ее восприятием как партии власти. Больше всего опрошенных (19%) полагают, что именно ЕР может помочь решить и проблему с созданием новых рабочих мест.
Проблемы на левом фланге и недостаточное внимание этих партий к теме защиты труда мешают улучшению уровня трудовых отношений, полагает Шпунт. «Разрушенность левого политического фланга, она крайне деструктивна и крайне опасна, потому что она абсолютно не позволяет России адекватно отреагировать на те новые формы труда, которые, судя по миллионам людей, уже реально существуют», – отметил эксперт.
Нельзя сказать, что программы партий левого толка, с которыми те идут на выборы в Госдуму, игнорируют проблематику прав работников, считает директор Центра политического анализа и социальных исследований Павел Данилин. «Точнее, много говорится о защите человека труда. Так, в программе КПРФ труд упоминается 45 раз – правда, исключительно с исторической точки зрения или философской. Из конкретики два предложения: сократить число чиновников и пересмотреть законы, «позволяющие растаскивать ресурсы страны». Конкретики мало. Неудивительно, что опрос ВЦИОМ поставил компартию на вторую позицию после «Единой России» по защите прав трудящихся», – заметил Данилин.
«Значимая часть у «Справедливой России», поскольку партия нацелена на социальную тематику. Хорошо продумана программа у партии «Родина», – перечислил эксперт. Данилин добавил, что в целом социальный раздел присутствует не только у левых, но и у «Новых людей», которые «серьезно подошли к этому вопросу», и ЛДПР, которая, правда, не обошлась без традиционного популизма.
«Надо учесть, что есть две стратегии в защите прав на труд. Большинство партий предпочитают пассивные стратегии (констатация положения дел, критика),
в то время как «Единая Россия» предлагает активную стратегию за счет создания рабочих мест», – указал Данилин.
«Наша страна оказалась главным мотором, который подарил миру стремление к социальному равенству. В планировании социального будущего нужно учитывать европейский опыт социального устройства и уровень оплаты труда, взяв за точку отсчета события 1917 года», – считает Бондаренко. Директор Фонда прогрессивной политики видит два основных направления в сфере защиты трудовых прав – это эффективная работа профсоюзов и повышение уровня оплаты труда.