Знаменитые военные теоретики и полководцы прошлого утверждали, что война – это искусство обмана. Эта утверждение было справедливо и для Великой Отечественной войны. Во время нее Красной армии противостоял немецкий вермахт – опытный противник, прекрасно владевший военными хитростями. Но уже в начале боевых действий немецкое командование отмечало «коварство русских», призывая своих солдат к осторожности. Нужно сказать, что призыв был своевременный.
Хотя советские войска изначально не могли сравниться с противником в хитростях, но они учились удивлять немцев. Четыре года войны стали хорошей школой для бойцов и командиров Красной армии. Они овладели разными стезями военной премудрости, приведшими их к победе.
Новое – забытое старое
Внезапное начало войны вскрыло в Красной армии много недостатков, включая и игнорирование советскими командирами военных хитростей. Этот факт не остался незамеченным для советского командования. К примеру, в конце августа 1941-го Военный Совет 5-й армии отмечал, что опыт двухмесячных боев показал, что ее части, зачастую забывая простейшие уставные истины, совершенно игнорируют известные военные хитрости, ведущие к введению противника в заблуждение и его дезинформации.
Стараясь побудить свои войска к мероприятиям по обману врага, командование 5-й армии напомнило им о следующих хитрых методах ведения войны. Пехоте рекомендовалось наряду с созданием окопов для размещения живой силы и пулеметов также широко практиковать устройство ложных позиций. При этом с них необходимо было время от времени вести стрельбу, выставив там чучела.
То же самое касалось и артиллеристов. Им рекомендовалось менять огневые позиции, оставляя на старых огневых точках ложные батареи. А изображать последние должны были «кочующие» орудия, перетаскиваемые с места на место быстроходными тракторами. Дивизионам ПВО следовало располагать среднекалиберную зенитную артиллерию побатарейно, а мелкокалиберную – поорудийно, меняя огневые позиции в ночное время после двух-трех отражений налетов вражеской авиации, но не реже одного раза в течение двух суток. На каждую действующую огневую позицию зенитчики должны были создать одну ложную.
Кроме того, чтобы вводить врага в заблуждение, советским частям рекомендовалось широко практиковать создание ложных наблюдательных пунктов, ставя подобие стереотруб и чучела наблюдателей. И конечно, использовать дымовые завесы на ложных направлениях атаки, при выходе из боя и ложных участках перегруппировки войск, особенно на рассвете.
Хитрости под Москвой
Усилия советского командования не прошли даром. Постепенно Красная армия овладевала наукой обмана противника.
Так, уже в декабре 1941-го, во время битвы за Москву, советские части стали применять различные военные хитрости. К примеру, чтобы создать у немцев неверное представление о группировках советских танков, из досок, брезента и фанеры создавались макеты бронетехники на полозьях, которые возили за собой грузовики по дорогам. Чтобы убить двух зайцев разом, командование использовало эти макеты как транспортные сани для доставки грузов.
Одновременно практиковались хитрости и с немецким языком. Во-первых, командиры получили распоряжение научить бойцов нескольким немецким фразам, в том числе и знаменитой «Хенде хох!», чтобы выкрикивать их в любой подходящей ситуации, действуя на нервы отступавшему врагу. Во-вторых, в ближайшем немецком тылу вермахт путали уже советские войсковые разведчики. Уходя в рейд, они брали с собой указатели с немецкими надписями для установки их на поворотах и перекрестках дорог, чтобы сбить врага с толку географически.
Любопытно, что во время контрнаступления под Москвой советская сторона пыталась использовать специально подготовленных разведчиков-телефонистов для подключения к немецким линиям связи и передачи ложных приказов об отходе на Смоленск. Для этой задачи телефонисты заучивали слова приказов и тренировались произносить их с акцентом.
Хитрость, пришедшая с боями
Накапливая боевой опыт, Красная армия на протяжении войны все дальше уходила от своего состояния в ее начале. И чем дальше на запад двигалась линия фронта, тем хитрее были действия советских войск. Теперь уже красноармейцы сами проявляли инициативу в применении военных хитростей.
Советское командование старалось распространять удачный опыт, ставя его в пример другим частям. Так, в июне 1944-го командир 159-го укрепрайона полковник Виноградов приказал своим подразделениям хитрить так же, как это делал 500-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон, а именно:
в плохо просматриваемых местах протянуть веревки с колокольчиками, чтобы мешать вражеской разведке незаметно подходить к переднему краю обороны; создавать на отдельных участках обороны ложные передвижения живой силы, топить печи в стороне от своих позиций, чтобы вызывать туда огонь вражеских батарей и засекать их местонахождение; периодически обстреливать врага с ложных позиций, чтобы вызвать его ответный огонь и выявлять немецкие огневые точки.
Таким образом, во время войны красноармейцы учились различным военным хитростям, стараясь с их помощью дезинформировать противника. Но как это выглядело в его глазах? Ответ на этот вопрос могут дать немецкие военные документы.
«Коварные большевики»
Уже в начале войны с СССР вермахт сразу столкнулся с тем, что Красная армия вела ее не по правилам. Немецкие генералы отмечали, что русские малопредсказуемы и очень коварны. Свидетельством тому служат слова командира 331-й пехотной дивизии вермахта Франца Бейера, писавшего в декабре 1941-го следующее: «Большевики – самый упорный и коварный из всех противников, с которыми нам пришлось столкнуться в этой войне».
Разумеется, командование вермахта старалось изучить и понять своего противника. Оно даже издало специальную памятку «о своеобразии русской тактики», предназначавшуюся для немецких частей на Восточном фронте. Помимо различных описаний сути действий родов войск Красной армии, памятка содержала раздел о применении русскими различных хитростей. Немецкие стратеги писали о них так:
«Во всех видах боя применяются ложные сооружения, стрельба для введения противника в заблуждение (из всех видов оружия) и засады. Возможна всякая внезапность. Широко распространены следующие приемы: раненые притворялись убитыми, выстрел в спину, изображение аварии танка с целью уничтожения подошедшего противника в ближнем бою. Прыжки сверху и сзади в лесном бою и т. д. Само собой разумеется, что слабые силы (…) пропускаются, чтобы затем напасть на идущие вслед главные силы.
Особое значение придается также «богатой хитростями разведке» для выявления огня: например, путем применения ложных фигур (…) или трещоток в проволочном заграждении противника и т. д. Изобретательность в таких вещах большая».
Одновременно в вермахте отмечали, что для дезориентации противника относительно своих намерений русские нарочно оставляли документы с фиктивными планами продвижения и ложными данными о вооружении и количестве своих войск. Также, по мнению немцев, коварные красноармейцы позволяли бежать немецким пленным в населенные пункты, занятые вермахтом, а сами скрытно следовали за ними, чтобы затем захватить гарнизоны врасплох.
И наконец, немецкое командование признавало советских саперов мастерами по устройству всяческих взрывающихся ловушек. Поэтому оно предупреждало своих солдат, что в России может взорваться все что угодно, включая наручные часы, карандаши, патефоны и даже гармошки. Таким образом, советские мины и взрывные устройства быстро получили у немцев заслуженное признание.
Неправильная танковая атака
Однако советская военная мысль не стояла на месте. Начав наступление на запад, Красная армия продолжала удивлять своего противника – теперь вермахту пришлось столкнуться с новыми видами ее тактики. Например, во время прорыва обороны советскими танками, немецкие войска познакомились еще с одной военной хитростью русских.
В январе 1945-го в руки разведки Красной армии попало немецкое наставление об отражении советских танковых атак, изданное верховным командованием сухопутных сил Германии. В нем говорилось, что теперь русские практикуют их без предварительной, сильной артподготовки. Сначала, умело используя местность, они подтягивали к немецкому переднему краю большие силы пехоты вместе со снайперами. А когда танки шли вперед, снайперы не давали немцам поднять голову, убивая всех, кто высовывался из окопов.
Расстреливая огневые точки, советские танкисты спокойно пересекали вражескую линию обороны, не встречая противодействия немецкой пехоты. А когда танки оказывались позади немецких позиций, они разворачивались и давили гусеницами все, что уцелело. При этом советские танкисты еще и забрасывали немцев гранатами, высунувшись из люков. С помощью такой хитрости бронетехника пробивала брешь в немецкой обороне, сквозь которую затем в прорыв уходили крупные силы советских танков и пехоты.
Однако к концу войны Красная армия демонстрировала военную хитрость не только в тактическом, но и стратегическом плане, как это произошло во время Сандомирско-Силезской операции.
Тогда в январе 1945-го немецкое командование правильно ожидало наступления советских войск с Сандомирского плацдарма. Однако в первый день операции его бдительность была усыплена первичным советским артобстрелом, который немцы приняли лишь за подготовку к разведке боем. Но когда вскоре началась основная артподготовка, а затем 1-й Украинский фронт перешел в наступление, они поняли свою ошибку, но уже не успели предпринять эффективных мер к его отражению. В итоге это привело к разгрому группировки вермахта в южной Польше и выходу советских танковых армий к реке Одер.
В завершение рассказа о военных хитростях в Великую Отечественную стоит отметить, что путь овладения военной наукой был для Красной армии тернист. Прошло немало боев, прежде чем советские командиры и военачальники научились обманывать своих оппонентов из вермахта. Каждый день войны был для них уроком, который им нужно было усвоить. Но, как говорил Макиавелли, военачальник, побеждающий противника обманом, получает не меньшие почести, чем тот, кто побеждает силой. Эти слова можно отнести и насчет Красной армии, которая пришла к победе в том числе и с помощью военных хитростей.