История с возможным возникновением бурской колонии на Северном Кавказе на деле заметно сложнее, чем обещает средний хлесткий заголовок в СМИ.
Газета ВЗГЛЯД подробно описывала ситуацию вокруг закона о конфискации земель в ЮАР и чем именно он грозит белым фермерам (бурам). За прошедший месяц ситуация резко обострилась: нападения на белые фермы и убийства фермеров приняли системный характер. Среди погибших есть и пожилая пара (82 и 74 года от роду), и молодая семья, десятилетнего ребенка которой сварили в кипятке.
Риторика взаимных обвинений вплотную приблизилась к черте расовой войны. Буры быстро радикализуются, но по-прежнему разобщены по политическому и религиозному признакам. Выходы из ситуации предлагаются самые разные – от массовой эмиграции до вооруженного сопротивления.
Между тем, «северокавказский проект» бурского переселения родился не вчера. Ранее на Ставрополье переселилась семья Мартенсов из Германии и неплохо устроилась на новом месте. Теперь туда же прибыла с «ознакомительной поездкой» делегация буров из провинции Фрайстаат – бывшего Свободного государства со столицей в Блумфонтейне, главной житнице ЮАР. Там обрабатываемые бурами земли занимают 32 тысячи квадратных километров, пастбища – почти 90 тысяч, но доля бурского населения неуклонно сокращается. Основа местного чернокожего населения – сото, которые с белыми смешиваются редко, язык бытового общения – африкаанс, а английский мало распространен не только в быту, но и в бизнесе (собственно, в ЮАР это язык нескольких крупных городов и символ урбанизации; для сельского населения английский противоестественен).
Делегация состоит всего из трех человек: профессора теологии Университета Свободного государства и приглашенного профессора Университета Гронингена (Нидерланды) Яна Адриана Шлебуша, его бородатого сына Эдиша и англоговорящей невестки. Считать их официальными представителями какого-либо госинститута, конечно же, нельзя, как и выразителями воли всех буров Свободного государства.
|
Семья Шлебуш (фото: кадр из видео)
|
Профессор Шлебуш не столько ученый, сколько проповедник Голландской Реформатской церкви, идеология которой лежит в основе бурского менталитета и образа жизни. Ему принадлежит несколько фундаментальных трудов по картезианской этике голландских политиков и проповедников XIX века. При этом семья Шлебушей исторически владеет фермой Ватерброн близ Блумфонтейна. И еще в ноябре прошлого года на риелторских сайтах ЮАР появились объявления о ее продаже за 5 миллионов 300 тысяч рандов (примерно 24 с половиной миллиона рублей). Покупатель на 22 гектара орошаемой земли с традиционным бурским одноэтажным коттеджем (пять спален, два санузла, две кухни, игровые площадки) до сих пор не нашелся, а соседние фермы оцениваются втрое дешевле. В связи с известными событиями их стоимость неуклонно падает.
Глава семьи принадлежит к тому крылу буров, которые ради сохранения традиционного религиозного образа жизни готовы покинуть родные места. Внешне все это смахивает на небольшую секту с харизматичным проповедником. Таковы традиции африканеров, которые еще каких-то сто лет назад не мыслили своего существования вне религиозной общины, в которой проповедники становились и политиками, и военными лидерами одновременно. Сейчас к военному сопротивлению склоняется в основном молодежь, а значительная часть сельских общин морально готова к таким вот переселениям ради сохранения традиционного уклада.
Этим определен и сам характер визита буров на Ставрополье. Шлебуши посетили казачий музей, выставку «Моя Россия – моя история» и православный кафедральный собор. Активно общались не только с чиновниками, но и с духовенством, несмотря на всю разницу между радикально протестантским и православным взглядами на мироустройство.
«Нас вдохновило развитие России в последние годы. Мы христиане. Мы за традиционные ценности. И возрождение таких ценностей в России привлекает нас. Основная проблема Южной Африки – либерализм. И западные либеральные ценности. Именно либералы создали ситуацию, в которой мы оказались, так что мы бежим еще и от либерализма», – заявил Эдиш Шлебуш, сын профессора.
Особняком стоит финансовый вопрос. Речь идет о том, что каждая бурская семья привозит с собой (то есть инвестирует на новом месте жительства) по полмиллиона долларов. Это не проблема – люди они не бедные. За это буры просят аренду земли на 99 лет с правом выкупа и вид на жительство.
При этом первоначальные разговоры о создании некой обособленной колонии не подтверждаются. Вроде как речь идет о переселении примерно 15 тысяч буров не только в Ставропольский край, но также на Кубань, в национальные республики ЮФО и, что особенно интересно, в Крым. По данным местных властей, 30 семей готовы выехать из ЮАР в любой момент.
Другое дело, что свободную землю в таких объемах, к каким привыкли буры, на Северном Кавказе не найти. Это вызвало негативную реакцию в соцсетях и вал придурковатых предложений отправить переселенцев в Сибирь, где свободной земли навалом. Но буры поколениями живут исключительно в жарком климате, в Сибири они не выживут, а их овцы и буйволы в принципе не приспособлены к таким климатическим зонам (да, скот они завезут сами; белые фермы ЮАР, наравне с Австралией и Новой Зеландией, располагают одним из лучших племенных фондов).
Параллельно некоторые эксперты, явно незнакомые с ситуацией в ЮАР, принялись обвинять Шлебуша в пиаре и попытках «оказать давление на общественное мнение Европы, обращаясь к России, то есть действуя от обратного». Однако консервативный протестантский мыслитель из Блумфонтейна – не та фигура, которая может оказать серьезное давление на общественное мнение Запада.
В Нидерландах, Бельгии и Франции потомков религиозных беженцев и гугенотов никто никогда не ждал. Дело даже не в том, что там для их овечек земли давно не осталось. Эмиграция буров носит отчетливо выраженный расовый и религиозный характер, в Западной Европе такие общины не приживутся. Они, конечно, не амиши и вполне себе интегрированы в современность, но Ставрополье им как-то ближе Амстердама.
Пока еще не понятно, что из всего этого может вырасти. Особых бюрократических препон вроде бы нет, как нет и негатива со стороны местных органов власти, тем более что буры ничего особенного не просят. Это переселение черкесов из Косово в свое время стало затратным и политически не оправдавшим себя проектом, а тут – чистые инвестиции и трудолюбие, возведенное в принцип.
Однако в нашем мире возможно все или почти все, а политическая ситуация в ЮАР пока что балансирует на грани непредсказуемости. Апокалиптические настроения среди религиозной части буров очень сильны, и они требуют таких вот нестандартных решений по переселению. Но есть ведь и другая фракция – те, кто готов к вооруженному сопротивлению. И эту перспективу пока еще никто не изучал.