Головокружительная карьера выпускника Ленинградского военно-механического института (ныне Балтийский государственный технический университет имени Устинова) началась во второй половине 1930-х – начале 1940-х годов. Он из простого инженера-конструктора завода «Арсенал» за год поднялся до директора предприятия, сделав в 1939-м отстающий завод орденоносным (да и сам стал кавалером ордена Ленина – своего первого из одиннадцати), а уже летом 1941 года возглавил наркомат вооружения.
Назначением наркомом вооружения Устинов обязан Лаврентию Павловичу – именно Берия, как утверждает его сын Серго, порекомендовал Сталину молодого директора завода «Арсенал». «Для того чтобы победить, нам нужны три вещи: вооружение, вооружение и еще раз вооружение», – неустанно повторял Сталин, и, поручив Устинову один из самых ответственных участков оборонного комплекса, глава государства в своем выборе не ошибся. Так в тридцать два с небольшим Устинов становится одним из сталинских «железных наркомов», ковавших оружие Победы. Среди них, например, нарком тяжелого машиностроения и танковой промышленности В. А. Малышев и нарком авиационной промышленности А. И. Шахурин.
Позднее Устинов вспоминал, как в ЦК ВКП(б) на Старой площади его огорошили предложением возглавить народный комиссариат вооружения. «Хорошенько подумайте, до утра есть время», – сказал на прощание секретарь ЦК Маленков. «Смогу или нет, – ночь напролет думал Устинов, – ведь и административно-производственного опыта еще маловато, да и возрастом вроде бы не вышел – всего-то 32 года, а тут целым наркоматом руководить предстоит». Утром купил «Правду», пробежался по газетным страницам... Взгляд остановился на указе Президиума Верховного Совета СССР: назначить народным комиссаром вооружения... и его фамилия. Так 9 июня 1941 года Дмитрий Устинов стал самым молодым сталинским наркомом (этот эпитет будет сопровождать его и после смерти).
Хозяйство досталось хлопотное. Предшественник Б. Л. Ванников был арестован и находился в застенках Лубянки (правда, через некоторое время с него снимут все обвинения и Борис Львович станет заместителем Устинова, а затем и наркомом боеприпасов). Основу продукции наркомата вооружения составляли артиллерийские системы, и ими снабжалась не только действующая армия, но и смежные отрасли – танковая, авиационная, судостроительная. Сталин лично контролировал деятельность наркомата, придавая огромное значение артиллерии – «богу войны».
В воздухе пахло грозой...
Пока же Устинову приходилось исправлять просчеты военного руководства. Например, начальник Главного артиллерийского управления (ГАУ) наркомата обороны маршал Кулик вдруг решил прекратить выпуск 45-мм противотанковой пушки под предлогом ее замены более совершенным орудием. В итоге и новые пушки Красная армия не получила, и проверенное временем артиллерийское вооружение производить перестали. Производство «сорокапятки» удалось восстановить уже после начала Великой Отечественной, когда добавилась и другая проблема – эвакуация на восток оборонных предприятий.
За неделю Устинов с подчиненным аппаратом подготовил и представил правительству четкий алгоритм дальнейших действий – мобилизационный план на третий квартал 1941 года. Сталин, обычно придирчивый к подобным документам, не изменил в предложениях молодого наркома ни слова.
В общей сложности за первые полгода войны на Урал, в Западную и Восточную Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию перебросили более 1360 крупных предприятий, десятки тысяч единиц оборудования и миллионы людей. Зачастую оборудование и станки разгружались в чистом поле. Быстро сооружался фундамент, подводились коммуникации и через месяц-полтора заводы начинали давать продукцию.
К декабрю 1941-го удалось остановить падение производства боеприпасов, а уже 1942 год увенчался невиданным ростом производства, темпы которого не снижались затем всю войну. В сжатые сроки разрабатывали и начинали выпуск новейших образцов оружия. В войска стали поступать улучшенные и новые артиллерийские системы и зенитные установки, противотанковые пушки, качественно новое стрелковое оружие. Особое развитие получили самоходные артиллерийские установки, разворачивался массовый выпуск реактивных систем залпового огня – «катюш».
«На посту наркома вооружения Устинов показал себя великолепным инженером, глубоким знатоком и умелым организатором производства, – вспоминал маршал артиллерии Н. Д. Яковлев (в годы войны – начальник Главного артиллерийского управления). – Он был сторонником быстрых и смелых решений, досконально разбирался в сложнейших технических проблемах. Не знаю, когда он спал, но создавалось впечатление, что Дмитрий Федорович всегда на ногах».
За долгий путь к Победе предприятия наркомата вооружения выдали Красной армии 19,75 млн стрелкового оружия, 38,4 тыс. зенитных орудий, 138,4 тыс. единиц полевой и противотанковой артиллерии, около 110 тыс. стволов для танков, не считая авиационных пушек и артиллерии ВМФ. В этом есть и огромная заслуга наркома Устинова.
О его исключительной работоспособности вспоминал В. Н. Новиков, который в годы войны был замом Устинова и долго работал с ним в послевоенное время: «Дмитрий Федорович показался мне человеком широкого кругозора, технически очень подкованным, волевым и решительным. Это мнение со временем не прошло и даже окрепло, когда мы уже создавали новую боевую технику».
Да, Устинов и после войны продолжал руководить «оборонкой», его министерство теперь так и называлось – оборонной промышленности (оно появилось 15 марта 1953 года, когда объединили два министерства – вооружения и авиационной промышленности). Но еще раньше увидело свет постановление Совета Министров СССР от 13 мая 1946 года № 1017-419сс под названием «Вопросы реактивного вооружения». Этим историческим документом создавалась советская ракетно-космическая отрасль, у истоков которой стоял Устинов. Его назначили заместителем председателя Специального комитета по реактивной технике при Совмине СССР.
Конечно, сразу вспоминается работа наших специалистов в поверженной Германии, где они занимались поиском и доработкой немецкой ракетной техники. Создание советской баллистической ракеты дальнего действия Р-1, ее испытания на созданном с нуля полигоне Капустин Яр и серийное производство на бывшем Днепропетровском автозаводе, преобразованном при непосредственном участии Устинова в ракетный завод № 586, где стали изготовлять «автомобили вертикального взлета». Потом были и Р-5М с ядерным боеприпасом, и знаменитая королевская «семерка», и первый искусственный спутник Земли, и полет человека в космос – за его подготовку Устинов получил свою вторую Золотую Звезду Героя Социалистического труда (первой его наградили в 1942-м за организацию производства вооружения в эвакуации).
Не обходили его и должностями. В декабре 1957 года он стал зампредом Совета Министров СССР, председателем комиссии Президиума Совмина по военно-промышленным вопросам. В марте 1963 года – первый зампред Совмина и председатель Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) СССР. С марта 1965-го и до октября 1976 года – секретарь ЦК КПСС, курирующий «оборонку». Все эти годы Устинов горой стоял за свое ведомство и отстаивал его интересы, невзирая ни на чьи авторитеты.
Впрочем, и сам Дмитрий Федорович, стоявший во главе оборонной отрасли, был уже достаточно авторитетным и властным. К его мнению прислушивалось руководство партии и государства. Следует отметить, что Устинов – единственный государственный деятель, который занимал ключевые посты в оборонном комплексе при пяти руководителях страны: И. В. Сталине, Н. С. Хрущеве, Л. И. Брежневе, Ю. В. Андропове и К. У. Черненко. Не зря его называют одним из главных творцов оборонно-промышленного комплекса Советского Союза.
Его мир – ВПК
Оценивая советское прошлое в сфере расходования государственных средств, нельзя недооценивать значение проделанного в оборонной промышленности. На огромные народные деньги был создан надежный щит и грозный меч страны, вооружены армия и флот.
«Без преувеличения можно сказать, что Устинов внес поистине гигантский вклад в создание ракетно-ядерного щита СССР, который и поныне надежно защищает Россию, – говорил знаменитый конструктор ракетного вооружения С. П. Непобедимый. – С полной уверенностью могу сказать, что Дмитрий Федорович отличался от многих руководителей того времени высокой требовательностью к себе и подчиненным, проявлял поистине выдающиеся организаторские способности».
Академик Непобедимый, давший Устинову столь лестную характеристику, в своих высказываниях не одинок.
«Дмитрий Федорович не просто министр и глава важнейшего государственного ведомства, но и незаурядная личность, образованнейший человек, настоящий технократ и руководитель высшего ранга, – вспоминал бывший директор Государственного союзного завода № 586 Л. В. Смирнов (в марте 1963 года он стал преемником Устинова на посту зампреда Совета Министров СССР – председателя Военно-промышленной комиссии). – Он первым по достоинству оценил возможности и перспективы ракетной техники».
Думается, немного найдется современных военачальников или государственных деятелей, о ком потом смогут сказать так, как говорили об Устинове.
Профессионал в военно-промышленной сфере Устинов поднял советский ВПК к вершинам могущества. К его заслугам можно отнести и создание ракетно-ядерного комплекса СССР, и перевооружение всех видов войск ракетно-ядерным оружием. Дмитрий Федорович, как утверждали многие его соратники, обладал невероятной интуицией и мог из всех представленных на утверждение проектов выбрать оптимальный.
Во времена Устинова у Советской армии появилось огромное количество новых образцов вооружения. Стал на рельсы боевой железнодорожный ракетный комплекс «Молодец» с твердотопливной межконтинентальной баллистической ракетой (МБР), которому нет в мире аналогов. Американцы торжествовали, когда последний «ракетный поезд» встал на прикол (сегодня аналогичный проект «Баргузин» притормозили из-за нехватки финансирования).
Именно при Устинове встали на боевое дежурство МБР Р-36М2 «Воевода» и ее модификации, грунтовой ракетный комплекс средней дальности «Пионер» (тот самый SS-20, так напугавший натовских генералов и всю Западную Европу). Были созданы и запущены в серийное производство оперативно-тактические комплексы «Точка» и «Ока», противотанковые комплексы «Шмель» и «Малютка», ПЗРК «Стрела-2» и «Игла». Началось производство танков Т-80, боевых машин пехоты БМП-2, самолетов Су-27 и МиГ-29, стратегических ракетоносцев Ту-160 и подводных атомных субмарин.
Вспомним, ребята, мы Афганистан
Большинство россиян помнят Устинова как министра обороны СССР, при котором в Афганистан ввели ограниченный контингент советских войск.
В последний период жизни Л. И. Брежнева членов Политбюро Устинова, Андропова и Громыко называли правящим триумвиратом. Именно эта могучая тройка согласовывала и решала основные вопросы обороны, безопасности страны, внешнеполитической деятельности. У них сочетались и дружеские отношения, и общая забота о судьбе Отечества.
В декабре 1979 года, на совещании так называемого малого Политбюро, генеральный секретарь ЦК КПСС Брежнев, глава Минобороны Устинов, председатель КГБ Андропов и министр иностранных дел Громыко приняли решение ввести советские войска в Афганистан. Причем в этой четверке Устинов был наиболее решительным сторонником такого опасного шага, последствия которого оказались для СССР весьма тяжелыми. И, возможно, до сих пор в адрес Дмитрия Федоровича несутся проклятья вдов и осиротевших детей, потерявших на той войны своих мужей и отцов.
Устинов воспринимал Афганистан как технократ. Для него южный сосед являлся не местом, где рекой льется кровь советских солдат и офицеров, а военно-техническим полигоном мирового масштаба для испытания новейших систем оружия. И перспектива потери такого полигона волновала его больше всего. Об этом говорил генерал армии А. М. Майоров, который в 1980–1981 годах являлся главным военным советником в ДРА.
СССР Дмитрия Устинова давно нет. Сменилась эпоха. Пришло новое поколение с другими идеями и видением обустройства России. Но осталась общая цель и задача – сберечь нашу страну от внешних угроз, а поэтому щит России должен быть надежным и прочным. И в этом направлении нам предстоит сделать качественный шаг вперед.
Оборонная отрасль СССР при Устинове была масштабной, всеобъемлющей и достаточно эффективной, а еще излишне сложной и закрытой. ОПК всегда оставался ядром научно-технического потенциала страны. Даже в конце ХХ столетия свыше 600 разработок ОПК в области высоких технологий имели мировой приоритет, большая часть из них – так называемого двойного назначения. «Оборонка», бесспорно, была важнейшей промышленной базой, где производилось до 70% всей гражданской продукции.
Много разработок оружия и военной техники советского ОПК устиновского периода и сейчас обеспечивают мощь Вооруженных сил России. Уместно вспомнить подвижный стратегический ракетный комплекс «Тополь» Александра Надирадзе, межконтинентальную стратегическую ракету «Воевода» Виктора Уткина, оперативно-тактический комплекс «Точка» Сергея Непобедимого, да и тот самый автомат Калашникова...
Во времена Горбачева и после распада СССР отечественную «оборонку» стали представлять в виде «монстра, пожирающего все больше и больше». Самый мощный удар по ОПК нанесли в середине 1990-х годов при первом президенте России Б. Н. Ельцине. Именно тогда практически полностью прекратили и без того мизерную оплату оборонных заказов, дезорганизовав работу «оборонки», разрушив многие кооперационные связи и технологические цепочки.
По мнению академика С. П. Непобедимого, «мощным нокаутирующим ударом явилась ликвидация Министерства оборонной промышленности. И примерно тогда ОПК России практически перестал существовать как единая система. Дореформенный ОПК был отлаженным механизмом, состоящим из тысяч оборонных предприятий, НИИ, КБ и полигонов». И тот запас прочности помог нашей «оборонке» пережить кризис середины 1990-х годов, когда почти полностью прекратилось государственное финансирование ОПК. Можно вспомнить, с каким трудом академик Ю. С. Соломонов пробивал в верхах свое детище – знаменитый комплекс «Тополь-М», который не особо стремились принимать на вооружение и запускать в серийное производство.
Сегодня руководство страны вновь уделяет повышенное внимание оборонной промышленности, выделив ее в качестве одного из приоритетных направлений с точки зрения поддержки со стороны государства. Об этом постоянно говорит президент Владимир Путин в своих ежегодных посланиях и в ходе совещаний, где обсуждаются насущные проблемы модернизации отечественной «оборонки».
Россия должна быть надежно защищена от внешних посягательств, а армию необходимо оснащать новейшим вооружением и военной техникой, создаваемой ВПК, который должен поддерживаться государством. И надо помнить слова Сергея Павловича Непобедимого, одного из выдающихся конструкторов ракетных систем эпохи Устинова: «Без ВПК нет армии, а без армии нет страны!»