Представитель тегеранской прокуратуры Гази Шахриари заявил во вторник, что результаты комиссии по расследованию причин крушения самолета Ту-154М в Иране в 2009 году свидетельствуют, что в трагедии виновна в том числе российская компания-проектировщик.
По сути, они говорят, что самолет или его деталь спроектированы ненадлежащим образом
«На основании переданного Организации гражданской авиации ИРИ сообщения комиссии, занимавшейся в то время расследованием этого инцидента, причиной крушения самолета стали неполадки в клапане компрессора давления. В конечном счете российская компания-проектировщик, а также персонал, ответственный за обслуживание рейса, объявлены виновными», – цитирует Шахриари телеканал IRINN.
Он отметил также, что повторно созданная комиссия займется расследованием по делу о халатности экс-руководства авиакомпании при приобретении и эксплуатации самолета, передает РИА «Новости».
Самолет Ту-154М иранской авиакомпании Caspian Airlines разбился 16 июля 2009 года неподалеку от иранского города Казвин в 200 километрах от Тегерана. Все находившиеся на борту 168 человек, в том числе 15 членов экипажа, погибли. Самолет выполнял рейс Тегеран – Ереван.
В конце августа 2009 года пресс-секретарь Главного управления гражданской авиации (ГУГА) Армении Нелли Черчинян сообщила, что иранская комиссия, расследующая крушение ТУ-154М, выяснила, что двигатель самолета неожиданно отказал в воздухе. При этом она заявила, что, по данным представителей комиссии, «самолет за 24 дня до полета прошел технический осмотр, неполадок обнаружено не было».
Главный редактор портала Avia.ru Роман Гусаров в комментарии газете ВЗГЛЯД отметил, что, в принципе, выяснение причин катастрофы не имеет сроков давности. Похожего мнения придерживается и российский пилот, вице-президент Профсоюза летного состава России Олег Приходько. Сроки расследования могут продлеваться бесконечно долго, никаких ограничений на это не существует. При этом специалист отметил, что одной причиной катастрофа чаще всего не ограничивается.
«Как правило, причин много, до десятка или больше. Одна может быть только тогда, если в самолет попала ракета... И тут уже ни на какие неисправности не спишешь. В данном случае я не исключаю, что упомянутый клапан компрессора, который мог заедать или что-то такое, действительно был одной из причин. Однако сложно говорить о том, что во всем виноваты конструктивно-производственные недостатки самолета и даже, скорее всего, двигателя. Мы можем говорить лишь о том, что могло негативно сказаться на происшествии, что было одним из сопутствующих обстоятельств», – пояснил он газете ВЗГЛЯД.
Что касается компетентности иранской стороны, есть вопросы. Так, Роман Гусаров полагает, что Тегеран не может судить о том, о чем заявляет. «По сути, они говорят, что самолет или его деталь спроектированы ненадлежащим образом. Безусловно, иранцы имеют право делать любые заявления, но для того, чтобы установить недоработку проектировщика, надо как минимум иметь столь же компетентных специалистов, как те, кто создавал эти детали. При всем уважении, я не думаю, что Иран является державой, способной судить об этом. У них нет ни своих сертификационных центров, ни своей школы самолетостроения», – перечислил он.
Гусаров оговорился, что не оспаривает выводов иранской комиссии самих по себе, но отмечает, что для серьезного их рассмотрения нужна будет более серьезная доказательная база и более серьезные институты, которые ее представят.
«Вот на территории Российской Федерации все причины катастроф всегда разбирает МАК – Межгосударственный авиационный комитет, – напомнил специалист. – МАК признан мировым сообществом, с его оценкой, в том числе выявленными недостатками, соглашаются все внутри страны, в Европе, Америке. Словом, вопросов пока больше, чем ответов, и выводы иранской стороны мне кажутся пока голословными».
Гусаров даже сравнил нынешнюю ситуацию с историей вокруг крушения другого Ту-154М – под Смоленском, в 2010 году. «Там тоже было много публикаций и разных заявлений, особенно со стороны политиков, не имеющих никакого отношения к летному делу. Вина польской стороной время от времени возлагалась то на российских диспетчеров, то на нашу технику, то на происки ФСБ. Но и в том и в этом случае я думаю, что речь идет не более чем о шумихе в прессе», – поделился он.
В свою очередь Олег Приходько добавил, что национальная комиссия по расследованию авиационного происшествия сама по себе не может возложить вину на кого бы то ни было, то есть не может осудить за ошибку. Она может огласить только свои выводы. А потом эти выводы должен рассмотреть суд.
Кстати, в Иране в 2010 году потерпел крушение еще один Ту-154М. При посадке под Мешхедом управлявшийся российским экипажем лайнер, на борту которого находились 156 человек, получил существенные разрушения. Среди находящихся на борту людей были пострадавшие, но никто не погиб.
В 2011 году после перечисленных инцидентов эксплуатация 17 самолетов этого типа в Иране была запрещена.