Прокурор Марселя Брис Робен, возглавляющий расследование катастрофы А320 на юге Франции, собрал в четверг пресс-конференцию, на которой раскрыл данные расшифровки бортовых самописцев.
В кабине была абсолютная тишина, ни слова
По его словам, первые 20 минут полета оба пилота вели обычные переговоры. Через какое-то время командир воздушного судна вышел из кабины, возможно, в туалет, но попасть обратно уже не смог. Двери, ведущие в кабину экипажа, оборудованы кодовыми замками, но те, кто находится в кабине, могут полностью заблокировать двери. Именно это, по словам Робена, и сделал второй пилот, после чего начал снижение. Делать это без разрешения диспетчера запрещено, но на вызовы с земли пилот не реагировал. Как заявил прокурор, второй пилот не произнес ни слова, хотя на записи слышно его дыхание. Кроме этого, на записи слышны попытки выломать дверь и вызовы диспетчера.
Пассажиры не осознавали, что происходит, и только в последние мгновения перед катастрофой слышны их крики. «В кабине была абсолютная тишина, ни слова», – приводит заявление прокурора Focus. По его словам, в кабине, кроме второго пилота, никого не было.
Основной вывод, к которому на данный момент пришли чиновники, – второй пилот намеренно уничтожил самолет.
Эти заявления шокировали многих, начиная с родственников погибших, заканчивая руководителями государств (премьер Испании заявил, что потрясен услышанным) и руководством компании Lufthansa. В компании пока отказываются принимать версию о том, что их пилот хотел намеренно погубить пассажиров. «Мы исходим из того, что крушение было спровоцировано», – заявил руководитель авиаперевозчика.
Приняв за правду заявление Робена, можно предположить две версии, объясняющие его поведение: помрачение рассудка пилота, в результате которого он занялся самоуничтожением, либо его вербовка террористами в качестве смертника для осуществления теракта. Последнее, однако, марсельский прокурор исключил, заявив, что «нет никаких свидетельств, что это был теракт». Кроме того, по данным силовых структур Германии, нет никаких свидетельств о его связях с террористами.
Теперь внимание мировой прессы сосредоточено на личности пилота. Известно пока немного. Андреас Гюнтер Лубиц, 28 лет, по национальности немец, гражданин ФРГ, жил с родителями в городке Монтабаур (12 тыс. жителей), райцентре Вестервальда федеральной земли Рейнланд-Пфальц на юго-западе Германии. Имел также жилье в Дюссельдорфе. Налет 630 часов, что, по мнению специалистов, вполне позволяет доверить на несколько минут самолет, летящий в штатном режиме. В компании Germanwings с сентября 2013-го после окончания курса обучения в центре подготовки Lufthansa в Бремене. По данным телеканала N24, сослуживцы характеризуют Лубица как нормального, спокойного, ничем не выделяющегося человека.
Полиция прибыла к дому, где жил Андреас Лубиц (фото: Ralph Orlowski/Reuters) |
Генеральный директор Lufthansa заявил, что работа пилота была безупречной, пишет The Independent. Он также вспомнил, что, когда Лубиц проходил обучение шесть лет назад, он делал трехмесячный перерыв в обучении, не объяснив, зачем. Корреспондент журнала Spiegel Маттиас Гебауер пишет со ссылкой на друзей погибшего пилота, что перерыв мог понадобиться в связи с синдромом эмоционального выгорания или депрессии.
Лубиц был членом местного аэроклуба Luftsportclub Westerwald, на сайте которого в среду появилось сообщение с соболезнованиями родственникам пилота и всех жертв трагедии. В нем говорится, что Андреас стал членом клуба в юности, чтобы осуществить свою мечту. «Он смог осуществить свою мечту, мечту, за которую он так дорого заплатил своей жизнью», – говорится в сообщении. После того как марсельский прокурор сделал в четверг свое заявление, сайт клуба не выдержал и в настоящее время не работает.
В четверг в дом Лубица пришли полицейские для проведения следственных мероприятий.
Имя командира экипажа разбившегося самолета официально пока не названо, он фигурирует как Patrick S. Европейские СМИ предполагают, что это Патрик Зонденхеймер. Его бывший коллега, которого канал Europe 1 представил как Дитера, охарактеризовал Зонденхеймера как хорошего, доброго человека с хорошим чувством юмора. По его словам, это был один из лучших пилотов Lufthansa, он работал в Germanwings около десяти лет и имел налет свыше 6300 часов.
В качестве наиболее вероятной сейчас обсуждается версия о намеренном уничтожении вторым пилотом себя вместе с самолетом. Прокурор Марселя заявил на пресс-конференции, что назвать это самоубийством у него язык не поворачивается. В то же время Washington Post отмечает, что, по данным Федерального управления гражданской авиации США, за последние два десятка лет самоубийства с помощью самолетов совершили 24 пилота.
Президент Фонда «Партнер гражданской авиации» заслуженный пилот СССР Олег Смирнов сказал газете ВЗГЛЯД, что ему трудно поверить в полный отказ инстинкта самосохранения у пилота, который не снизил скорость и не попытался сманеврировать перед столкновением со скалой. Никаких свидетельств о том, что накануне крушения кто-то заметил что-то необычное в поведении Лубица, нет. Кроме того, пилоты регулярно проходят медицинские осмотры. По мнению Смирнова, то, что на записи слышно дыхание Лубица, еще надо доказать, проведя экспертизу. Кроме того, специальная аппаратура может установить по голосу пилота особенности его психологического состояния. Эксперт не исключает и другие версии, в частности то, что в кабине был кто-то еще. Кроме того, по его мнению, есть небольшая вероятность, что произошла разгерметизация кабины, в результате которой пилот сразу потерял дееспособность.
В целом, признался Смирнов, заявления марсельского прокурора у него большого доверия не вызывают. А некоторые авиационные эксперты в разговоре с корреспондентом газеты ВЗГЛЯД даже отказались комментировать ситуацию под своим именем, мотивируя это тем, что не могут всерьез воспринимать заявления французского чиновника-неспециалиста, сделанные через несколько дней после трагедии.
Российские пользователи соцсетей обсуждают еще одну – конспирологическую – версию, согласно которой катастрофа была организована сторонними силами, чтобы нанести удар по европейской авиастроительной промышленности и европейским перевозчикам. По мнению Олега Смирнова, смеяться над ней не стоит: современный самолет, по его словам, представляет собой сложную компьютерную систему, и при определенных обстоятельствах над ней можно перехватить контроль, находясь на земле.