Руководитель украинского министерства внутренних дел Арсен Аваков представил свою концепцию реформы ведомства. Помимо переименования милиции в полицию (как пояснил сам Аваков, лишь бы только не ассоциироваться с народной милицией Новороссии), она предполагает существенную концентрацию сил в подчинении у министра: если реформа пройдет, Аваков будет контролировать полицию, внутренние войска в виде Национальной гвардии, миграционную службу, службу по чрезвычайным ситуациям и то, что осталось от украинской пограничной службы.
Господин Порошенко наверняка понимает, что Аваков и люди, связанные с ним, – прямая угроза его власти
Реформирование силового органа Аваков мотивирует тем, что «милиция является рудиментом советской эпохи и означает вооруженное народное ополчение, а полиция – профессиональный государственный орган, призванный обеспечить правопорядок, избегая карательных функций».
Аваков предлагает ликвидировать управление по борьбе с организованной преступностью, транспортную и ветеринарную милицию и милицию по делам несовершеннолетних. Кроме того, в ходе реформы все спецподразделения МВД, в частности «Кобра», «Беркут», «Грифон», будут сведены в единую структуру по аналогии с американским S.W.A.T. Отметим, что S.W.A.T. – это не одно, о множество подразделений, существующих в департаментах полиции различных штатов, а также в структуре ФБР.
Весной в украинском обществе, имевшем, в отличие от российского, весьма смутное представление о том, что такое война, начался бурный патриотический подъем, а активисты Майдана тысячами начали записываться в Нацгвардию и различного рода «батальоны». Воевать рвались не только украинские националисты и сторонники украинского сепаратизма, но и идейные нацисты из разных стран. Из такого рода публики были сформированы несколько десятков вооруженных формирований, где им раздавали оружие и удостоверения. Некоторые оформили как спецбатальоны МВД, другие – как батальоны территориальной обороны, подчиняющиеся военному ведомству. Однако несмотря на то, начальником всех спецбатальонов МВД вроде бы считается Аваков, на деле все не так просто. Командир батальона «Шахтерск» Руслан Абальмаз рассказывал, что о создании этого формирования он договаривался в Днепропетровске с заместителем Коломойского Корбаном. Этот процесс занял около 10–20 минут.
В частной армии Коломойского есть и другие формирования. Точно сказать, кто в этой запутанной системе кому подчиняется, довольно затруднительно, но очевидно, что даже оперативное подчинение командованию «АТО» на фронте является иллюзорным: самовольное оставление позиций во время активных боевых действий было обычным делом. Батальон «Прикарпатье» в конце августа и вовсе сел в полном составе на автобусы и поехал с оружием домой.
На этом фоне решение Авакова создать единый «S.W.A.T.» и получить в свое распоряжение пограничников, очевидно, является попыткой укрепить свои позиции с перспективой на подчинение себе разношерстных «батальонов». «Пытаться-то он пытается, но не очень ему это удается. Там заповедник олигархов в полном расцвете сил, поэтому свои боевые отряды они вряд ли отдадут так просто», – сказал газете ВЗГЛЯД замдиректора Института стран СНГ Владимир Жарихин. Он отметил, что для того, чтобы полностью сконцентрировать вооруженные формирования МВД в своих руках, Авакову придется вступать конфликт с олигархами.
Политолог, член Общественной палаты России Максим Григорьев напоминает, что Аваков наряду с Ярошем и Парубием во времена Майдана был одним из руководителей боевиков, которые нападали на сотрудников правоохранительных органов и захватывали органы власти. «Собственно говоря, они и были главной действующей силой Майдана. Они не отказались от того, чтобы играть существенную роль в государстве. Сейчас руководителем и символом этой группы остался господин Аваков. И то, что он делает сейчас, показывает, что господину Порошенко не хватает рычагов влияния на ситуацию. Господин Аваков прямо позиционирует себя в качестве силы, которая не является подчиненной господину Порошенко. Именно под его началом находятся отряды самообороны Майдана, формальные и неформальные, именно он так или иначе пытается контролировать существенную часть процессов в государстве как лично ответственный за карательные операции на Юго-Востоке Украины. Господин Порошенко наверняка понимает, что Аваков и люди, связанные с ним, – прямая угроза его власти. А то, что Аваков проводит сейчас свою реформу, означает то, что Порошенко не может это контролировать, по всей видимости, Аваков замыкается на кого-то другого. И смысл реформы состоит в том, чтобы увеличить власть боевиков, ярким представителем которых является господин Аваков», – сказал он газете ВЗГЛЯД.
Отметим, что на фоне усиления структур МВД и вооруженных формирований с сомнительным статусом другие украинские ведомства также стараются не отставать. Руководитель налоговой службы Игорь Белоус заявил, что сформирует собственный батальон численностью до 200 человек и отправит его в зону «АТО». Аналогичное формирование, которое будет направлено на Юго-Восток, создается и в Управлении государственной охраны, которое должно охранять руководителей государства.
В 90-е годы на фоне сокращения аппарата бывшего КГБ в России создавались многочисленные структуры, сотрудники которых участвовали в том числе в боевых действиях в Чечне. Доходило до того, что спецназ Министерства юстиции (ныне в системе ФСИН), задача которого – подавлять бунты в тюрьмах, участвовал в общевойсковых операциях. И вооруженных налоговиков в России тоже помнят: в 90-е существовала целая налоговая полиция, у которой был свой спецназ. Его руководитель рассказывал, что злостные неплательщики налогов нанимают вооруженную до зубов охрану, поэтому без спецназа никак не обойтись. Налоговая полиция, на которую тратилось больше, чем она возвращала налогов в казну, была упразднена в 2003-м, ее кадры и материальная база стали основой для создания Госнаркоконтроля.
Появление многочисленных спецназов в России 90-х объясняли тем, что таким образом уменьшали влияние силовиков, заставляя их конкурировать друг с другом. Отчасти подобную ситуацию сейчас, спустя 20 лет, можно наблюдать на Украине – Аваков подгребает силы под себя, налоговики и охранники создают свои силы, – но на этом сходство заканчивается. «В России 90-х хотя бы было общее понимание каких-то вещей, не было попыток свергать парламент каждую неделю, не было случаев, когда представителей различных федеральных ведомств насильно отправляли в зону боевых действий. То, что там происходит, скорее похоже на времена махновщины, – отмечает Григорьев. – Происходит феодализация Украины. Каждое ведомство, каждый олигарх, каждый губернатор пытается создать свою армию. Между ними постоянно происходит борьба за танки, за гаубицы и прочее».