«В соответствии с решением Генштаба в военных округах создаются батальонные тактические группы со средствами усиления и стопроцентной укомплектованностью военнослужащими-контрактниками и солдатами, имеющими практический боевой опыт», – сказал источник, знакомый с ситуацией, передает «Интерфакс».
Если будет масштабное террористическое наступление, подобное тому, которое имеет место в той же Сирии, то батальоны ничего сделать не смогут
Батальоны создаются на основе мотострелковых и общевойсковых бригад постоянной боевой готовности, в которых большой некомплект личного состава и боевой техники.
«Эти батальоны создаются в округах из-за того, что мотострелковые и общевойсковые бригады постоянной боевой готовности фактически не отвечают своему статусу – в них некомплект личного состава составляет от 30 до 50%, а также большой некомплект новой боевой техники и боеприпасов к ней. Особенно не хватает контрактников и военнослужащих, обладающих основными боевыми специальностями: механиков-водителей, операторов-наводчиков, гранатометчиков. Наибольший некомплект личного состава – до 50% – имеется в звене «взвод – рота». Эта картина характерна для всех военных округов», – отметил собеседник агентства.
По его словам, формирование усиленных батальонов, которые создаются на временной основе, должно завершиться в военных округах до конца октября текущего года. «Формирование этих частей идет под личным контролем командующих войсками военных округов», – подчеркнул источник.
По данным неназванного источника, усиленные батальоны, возможно, будут брошены на проведение контртеррористических операций на Северном Кавказе.
«В последнее время группировка Внутренних войск (ВВ) МВД на Северном Кавказе несет заметные потери, истощаются, видимо, резервы. И не исключено, что Национальный антитеррористический комитет может принять решение об усилении группировки Внутренних войск армейскими подразделениями», – сказал источник.
Он подчеркнул, что в усиленных батальонах, которые должны быть созданы до конца октября во всех военных округах на базе бригад постоянной боевой готовности, «полным ходом идет формирование подразделений снайперов для действий в горно-лесистой местности».
«Эти подразделения стали бы существенным подспорьем в уничтожении боевиков в Дагестане, Ингушетии – всюду, где проводятся контртеррористические операции», – сказал источник.
По его словам, армейские усиленные батальоны могут быть использованы для поддержки группировки ВВ, задействованной в контртеррористических операциях на Северном Кавказе, «уже в ближайшее время».
Тем временем специалисты скептически оценивают шаг военного руководства по созданию усиленных батальонов на базе бригад постоянной боевой готовности.
Так, бывший начальник главного управления боевой подготовки Сухопутных войск генерал-полковник Юрий Букреев заявил «Интерфаксу», что формирование пресловутых батальонных тактических групп на основе общевойсковых бригад постоянной боевой готовности наглядно свидетельствует о фактическом провале задачи по формированию «нового облика» Вооруженных сил.
«Через почти четыре года модернизации армии и флота мы пришли к тому, с чего начали: к острой нехватке рядового и сержантского состава в войсках, недоукомплектованности соединений и частей постоянной боевой готовности. Помните, инициаторы «нового облика» армии в 2009 году не уставали повторять, что нам не нужны «бумажные» дивизии, где некомплект военнослужащих составляет более 50%, а лучше на их базе создать общевойсковые мотострелковые бригады постоянной боевой готовности, а заодно ликвидировать дивизионные структуры. Не прошло и несколько лет, как все повторяется сначала», – подчеркнул генерал.
По словам Букреева, формирование «нового облика» все эти годы больше шло на словах, чем на деле. К тому же эта идеология не была подкреплена политической волей руководства Министерства обороны. Довольно быстро была разрушена дивизионная система, наиболее приспособленная к ведению боевых действий в условиях России, сказал генерал.
#{weapon}«Самое печальное, – отметил он, – что в короткие сроки были уволены десятки тысяч наиболее подготовленных офицеров в звене «дивизия – армия», произошел разрыв поколений в войсках из-за ликвидации военных академий и военных училищ, был прекращен набор первокурсников в военно-учебные заведения. Все это и привело к деградации боевой подготовки и большим провалам в модернизации армии и флота», – подчеркнул генерал.
По словам Букреева, не нужно переоценивать возможности усиленных батальонов, поскольку «собранные из различных подразделений военнослужащие вряд ли способны будут надолго сохранять боеготовность, укреплять слаженность в бою».
«Именно такого рода формирования, созданные в спешке во всех округах и на флотах в 1999 году, были главной причиной того, что мы потерпели поражение в первом чеченском вооруженном конфликте. Мне хорошо знакома «цена» таких батальонов, сформированных на временной основе во время первой чеченской кампании, в которой мне довелось участвовать. Зачем во второй раз наступать на те же грабли?» – говорит генерал.
«Батальоны – это тактическая группа, способная решать задачи противодействия серьезному противнику и в лучшем случае бороться с отдельными террористическими группами. Но если будет масштабное террористическое наступление, подобное тому, которое имеет место в той же Сирии, то батальоны ничего сделать не смогут», – заявил в интервью газете ВЗГЛЯД первый вице-президент Академии геополитических проблем доктор военных наук Константин Сивков.
«Сегодня мы могли бы укомплектовать бригады до требуемых уровней, – считает он. – Для этого нужно было проводить корректную политику в сфере подготовки кадров для Вооруженных сил и сборы призывников. Этого не было. Я вам просто перечислю: в результате реформы были ликвидированы высшие военные учебные заведения, часть из них была превращена в УНЦы (учебно-научные центры), неспособные решать полноценные задачи по подготовке кадров, еще часть военных вузов была переведена в другие регионы, но по сути – тоже уничтожена. Вторым этапом стали метания от чисто контрактной к чисто призывной армии. В итоге у нас ни контрактников, ни призывников. Третий этап – сокращение ежегодного призыва».
«Хочу напомнить, что несколько месяцев тому назад господин Макаров (начальник Генштаба ВС России Николай Макаров – прим. ВЗГЛЯД) пищал о том, что все бригады у нас успешно завершили учебный год, прошли подготовку, сдали все нормативы, провели учения, все полностью боеготовые. С какой стати они вдруг стали неукомплектованы на 30–50%? Что, война прошла? Американцы нас бомбили?» – говорит Сивков.
Это не первый случай за последнее время, когда Генеральному штабу приходится на ходу радикально менять направление военной реформы. Так, в мае стало известно, что в Генштабе думают над возвращением под офицерское управление должностей, которые с недавнего времени занимают сержанты. По данным источников в армии, последние не справились с возложенной на них задачей и поставили под угрозу боеспособность подразделений. Всего, как сообщалось, более 5 тыс. сержантских должностей, как ожидается, будет переведено снова в офицерские категории.
Напомним, 20 марта на расширенной коллегии Минобороны президент Медведев объявил о практическом завершении реформы российской армии. Начатая в 2008 году, она стала одним из приоритетов главы государства и самой крупной за всю постсоветскую историю. За это время численность армии сократилась с 1,2 млн до 1 млн человек. При этом упор был сделан на формирование контрактной армии, а срок службы по призыву сократился до года.
Вместо шести военных округов появились четыре Объединенных стратегических командования (Центральное, Западное, Южное и Восточное), в состав которых были переданы силы ВВС, ПВО и ВМФ. Управленческий аппарат ВС сократился в два раза. Также были ликвидированы части сокращенного состава, упразднены дивизии и полки (они остались только в ВДВ), основной тактической единицей стала бригада как наиболее компактное и мобильное соединение.