Один из них – руководитель Мосгосэкспертизы Анатолий Воронин – не собирается соглашаться с несправедливым, по его мнению, обвинением, и всеми силами доказывает свою непричастность к кровавому Дню всех влюбленных двухлетней давности. В настоящий момент он обвинен городской прокуратурой по статье 293 ч. 3 – «Преступная халатность». Вторым обвиняемым стал архитектор Нодар Канчели – ему предъявлено обвинение по статьям 109 ч. 3 и 118 УК РФ ч. 3 «Причинение смерти и тяжкого вреда здоровью по неосторожности».
Лучшая защита – нападение
По проекту здание аквапарка располагалось на 2,2 метра глубже относительно поверхности земли, чем оно было построено
Суть обвинений прокуратуры в том, что эксперты МГЭ после мониторинга не выдали необходимых рекомендаций по изменению в плане строительства. Между тем Воронин обращает внимание на то, что эксперты из Минюста, на мнение которых опирается прокуратура, невнимательно изучили дело и ознакомились не со всеми документами. Руководитель МГЭ подчеркнул, что его организация утверждает расчет нагрузки, которые создают ветер, снег и прочие внешние факторы. Расчет проводится программой «Лира», которая соответствует всем существующим стандартам и правилам. Также МГЭ рассматривает рабочий проект. Но все это происходит на первой стадии – стадии утверждения проекта, а за дальнейшим исполнением работ в полном соответствии с утвержденным планом должны следить главный архитектор и главный конструктор проекта. «Если бы мы должны были пересчитывать все до конца, то нам бы понадобился штат не меньше тысячи человек и отдельный институт, который занимался бы этой проблемой», – отметил Воронин.
После того как ему было предъявлено обвинение, Воронин обратился с просьбой объективно оценить степень вины МГЭ в Главэкспертизу России, НИИ им. Кучеренко, «Стальпроект», даже в Минобороны – по его словам, все перечисленные организации уверенно заявили, что недобросовестной работы со стороны МГЭ не было. «Я вынужден защищаться, буду отстаивать свою правоту. Кстати, это дело, на мой взгляд, касается всех, кто так или иначе участвует в строительстве и проектировании», – подчеркнул Воронин. Однако он тут же заявил, что однозначно сказать, кто виноват, не возьмется никто, и определять это должен суд. Хотя если следовать предыдущему заявлению Воронина, то в первую очередь виноваты главный архитектор проекта Нодар Канчели и ЗАО «Метакон-Центр», разработавшее проект покрытия аквапарка.
Небольшие неточности
Нодар Канчели (фото: ИТАР-ТАСС) |
Между тем после аварии МГЭ внимательно ознакомилась с рабочей документацией и отчетами НИИЖБ. Выяснилось, что в ходе строительства был допущен ряд отступлений от уже согласованного проекта. По проекту здание аквапарка располагалось на 2,2 метра глубже относительно поверхности земли, чем оно было построено. Однако оно было построено несколько выше, и в результате опиралось не на почву природного происхождения, а на насыпной грунт. Фундаментом по проекту должна была стать железобетонная плита постоянной толщины 1000 миллиметров – на деле оказалось, что плита была переменной толщины от 500 до 750 миллиметров.
Форма оболочки крыши в плане – круг радиусом 69,90 метров. Радиус внешней дуги был 102,8 метра, внутренней – 72 метра. Форма оболочки опиралась на ряды колонн по внешнему кругу, на расстоянии 24 метра от центра внутренней дуги. В реальности была построена оболочка произвольной криволинейной формы с высшей точкой на месте, утвержденном в плане. На глаз отличия практически неразличимы, однако разница в том, что прямолинейный участок под нагрузкой больше подвержен «вогнутости».
Так называемые «прогибы» измерял НИИЖБ специальными «прогибомерами», которые были установлены на поверхности крыши в нескольких местах. По расчету Нодара Канчели, представленому в МГЭ, максимальный прогиб составлял 104 миллиметра, а фактический от неполной загрузки (не учитывалась нагрузка веса самой кровли и снега) составил 134,3 миллиметра. Несмотря на то, что это превысило расчетный прогиб от всех нагрузок на 29%, замеры больше не производились.
Еще одним интересным моментом стала необъяснимая замена марки стали в поддерживающих крышу конструкциях. При согласовании проекта упоминались трубы из стали С245, а согласно материалам судебной экспертизы трубы были сделаны из стали Ст30, которая склонна к образованию трещин и непригодна для строительных конструкций, от которых требуется пластичность.
После драки кулаками…
После трагедии в «Трансвааль-Парке» требования к проектированию сложных объектов были срочно усилены. Коэффициент прочности конструкции повышен в полтора раза , что никак не может нравиться строителям. Однако в любом случае это запоздалая реакция. Два года назад, когда в «Трансвааль-Парке» упала крыша, погибли 28 человек, пришедших отметить новый праздник, который только становится традиционным. Погибшим, по большей части, все равно, но виновных в трагедии не могут назвать до сих пор. Или хотя бы гарантировать, что ничего подобного больше никогда не случиться.