Немецкие правоохранительные органы продолжают расследование убийства чеченского полевого командира Зелимхана Хангошвили. Исполнитель преступления (гражданин России) задержан, но показания давать отказывается – иначе говоря, нет никаких надежных указаний на то, кем именно является этот человек. А ведь именно в связи с этим делом Берлин уже выслал двух российских дипломатов. Раздуваются даже спекуляции о том, что берлинское преступление чуть ли не является новым «случаем Скрипаля».
И вот теперь издание «Шпигель», проявив недюжинную проницательность, обнаружило в связи с этим расследованием очередной след российской военной разведки. Якобы исполнитель преступления имеет к ней непосредственное отношение. Какие же доказательства предъявляются в обоснование этого?
Ссылаясь на отчет генерального прокурора Германии, издание сообщает, что «существуют детали, указывающие на связь задержанного россиянина с разведывательными службами». «Одним из косвенных обстоятельств являются татуировки мужчины. Изначально эксперты управления уголовной полиции Берлина изучили вопрос о том, не являются ли они характерными для российских преступных группировок, однако пришли к отрицательному ответу. Татуировки скорее напоминают таковые бойцов российских спецподразделений».
Действительно ли у сотрудников российских спецподразделений – допустим, у бойцов спецназа ГРУ – есть какие-либо особые татуировки? Короткий ответ – нет, ни в коем случае.
Поясним.
Автор этих строк прослужил в спецназе ГРУ ГШ ВС СССР около 15 лет. Прочитав данное заявление со ссылкой на генпрокурора Германии, я подумал – неужели родное ведомство забыло меня «пометить» подобным образом? Почему же на мне нет никаких особенных татуированных «царских знаков»? Мне не известна ни одна спецслужба или спецподразделение в мире, которые бы совершали подобную глупость.
Сама постановка вопроса и даже предположение, что сотрудников спецподразделений можно отличить по неким общим наружным признакам, в частности по татуировкам, абсурдна.
Подумайте сами. Чем меньше у человека отличительных признаков (шрамов, родинок и т. д.), тем больше он подходит на роль разведчика. А тут вдруг – российские спецслужбы тщательно отбирают для работы некоего подходящего человека, несколько лет готовят его для выполнения за границей тайных заданий, разрабатывают легенду прикрытия, операцию по его выводу за границу, выдают безупречные документы на его имя – и при этом помечают его специальным рисунком, чтобы немецким полицейским было легче его выявить и опознать?
Ведь если бы генпрокурор Германии был прав, всех сотрудников российских спецслужб на Западе давно бы переловили. Это несложно сделать путем соответствующего инструктирования местных медицинских учреждений – о проведении диспансеризации и своевременного информирования полиции при обнаружении данных символов причастности к российским спецслужбам в процессе осмотра при обращении к врачу.
Да, действительно, среди некоторых военнослужащих российской (советской) армии было принято и принято до сих пор делать татуировки, в том числе специфические. В Воздушно-десантных войсках, например, в свое время солдаты и сержанты едва ли не поголовно на втором году службы делали себе татуировки в виде десантника в свободном падении с вытяжным парашютом над головой. Эту убогую картинку сопровождали короткие пояснения типа «С любых высот в любое пекло». Рядом могли быть вытатуированы годы службы и место, например «1975 Кировабад 1977».
Этим юношам не терпелось на гражданке продемонстрировать свою принадлежность к элитным войскам. Подобным образом помечали себя рисунками и солдаты и сержанты, проходившие службу в Афганистане. Но единственный, если не основной мотив подобного творчества – солдатское бахвальство, и не более того. При этом я не помню ни у одного офицера подобных нательных рисунков.
Можно предположить, что у задержанного на теле действительно имеется какая-нибудь десантная татуировка или, может быть, татуировка, указывающая на службу в какой-либо бригаде спецназа. Сейчас в России, когда спецназ уже давно не является секретным подразделением, это возможно. В ВС СССР за такую татуировку солдату офицеры руку бы по плечо оторвали. Поэтому такие тату наносили солдаты и сержанты срочной службы в Российской армии, как правило, уже перед увольнением в запас.
Но даже обнаруженная десантная или спецназовская татуировка на теле подозреваемого ничего не доказывает и ни о чем не свидетельствует. Кроме разве что того, что данный человек, возможно, проходил срочную службу в этих частях.