Пожалуй, ни одну зарубежную власть не критиковали в нашей стране столь яростно и громко, как ту, что возникла на Украине после государственного переворота (по-украински – «революции достоинства») в 2014 году. Турчинов, Порошенко, Яценюк и прочие стали коллективным «анфан террибль», объем проговоренной ненависти к которому в новейшей истории даже не с чем сравнить.
Саакашвили в этом же качестве быстро наскучил и «сдулся», благо войну 08.08.08 проиграл вчистую и быстро покатился под политический откос. Можно, конечно, вспомнить еще про США, к которым многие в РФ питают очень сложные чувства, но эти чувства адресованы не конкретному правительству, а государству – геополитическому противнику, когда без разницы, кто у власти: Буш, Обама или даже Трамп.
Не то – Украина, еще позавчера «братская» или как минимум не чужая для нас страна, одномоментно пустившаяся в макабрическую пляску. Утверждение в качестве государственной идеологии провинциального национализма в духе 1950-х годов, разрыв устоявшихся экономических связей с РФ (следствием чего стало обнищание прежде всего украинского населения), структурная русофобия, лингвоцид, полицейщина, прославление военных преступников, экстремистские провокации и, наконец, террор в Одессе и Донбассе – может ли быть что-то хуже, чем это?
Может. Есть как минимум одна вещь, за которую Турчинову и Ко в глубине души благодарны все, даже если не признаются вслух. Все в данном случае обозначает вообще всех: россиян, украинцев, международное сообщество по любую сторону границы и, разумеется, крымчан, потому что речь идет именно о Крыме – точнее, об отказе новой украинской власти за него воевать.
Да, такая война не могла быть Украиной выиграна, но имела некоторый смысл, если смотреть на борьбу за полуостров как на главную задачу национальной политики. Однако постреволюционные власти даже не пытались ее начать, чтобы, например, продемонстрировать «массовое сопротивление украинского и крымско-татарского народов российским оккупантам».
Как всё это могло бы выглядеть в реальности, мы, к счастью, уже не узнаем, но эти события точно не стали бы «мирным возвращением в родную гавань», чем на полуострове по праву гордятся. А вот гуманитарной, военной и политической катастрофой они стать могли.
С тех пор прошло более шести лет, и мы узнали, что есть кто-то хуже, чем Турчинов, Порошенко и прочие. И это не кто-нибудь, а президент страны, воспринимаемой в РФ в качестве ближайшего союзника.
В интервью украинскому журналисту Гордону президент Белоруссии заявил, что на месте украинских властей в 2014 году воевал бы с Россией за Крым.
«Там бы тысячи человек легли», – отрезал Батька.
Тут нужно отметить, что давно никто не смотрел на Лукашенко столь влюбленными глазами, как журналист Гордон – весьма заслуженная с точки зрения антироссийской пропаганды личность. По статусу и имиджу ему вроде бы положено считать Батьку диктатором, но ничто так не сближает, как общий враг. Сегодня это Россия.
Отношениями с Россией на текущем, кризисном этапе своей политической жизни Лукашенко больше не дорожит. Они разыграны, как карта, для сохранения личной власти и приобретения поддержки Киева – весьма полезного для него союзника в сложившихся условиях.
Это еще не означает какого-нибудь «геополитического разворота на Запад». Речь идет о жертве, приносимой Лукашенко по принципу «потом разберемся, никуда они не денутся, сейчас важнее другое».
Географическое положение РФ и Белоруссии относительно друг друга действительно не изменить, равно как не изменить и высокий уровень взаимозависимости двух стран.
Но нельзя не отметить и того, что сейчас Лукашенко играет на грани фола. Используя десятилетние наработки западной пропаганды в области антироссийских лозунгов, он не только пытается представить конфликт между собой и белорусской оппозицией как противостояние с «российским империализмом», но и демонстративно примеряет на себя китель человека, готового вести с Москвой полноценную войну и положить за это тысячи жизней.
Означает ли это, что белорусский лидер сошел с ума и является более глупым и опасным человеком, чем тот же Турчинов? Более опасным – возможно, более глупым – точно нет. Политическое долгожительство Лукашенко наглядно доказывает: он может казаться смешным и неловким, но это умный политический хищник, которого ни в коем случае нельзя недооценивать.
В ночь на понедельник конфликт Лукашенко с белорусским народом неизбежно перейдет в фазу клинча, возможно, некого подобия «Майдана». Разумеется, с его стороны невозможно признать, что это будет конфликтом именно с народом, поэтому на месте народа рисуют «российских интервентов» и «подкупленных Газпромом предателей», а на месте обрыдшего многим Батьки законную национальную власть. Месить народ полицейскими дубинками нельзя, а интервентов и предателей просто необходимо.
Сколько все это продлится, чья возьмет и чем всё закончится в итоге – вопрос открытый. Но самая актуальная задача Лукашенко – напугать всех сразу и каждого в отдельности, чтобы не помышляли возражать официально объявленным результатам выборов через уличный протест.
Будем бить, как иностранную армию. Ничего не побоимся и никого не пожалеем. Побега в Ростов или еще куда-то не будет – собираюсь стоять до конца.
Именно этот месседж транслирует сейчас Лукашенко, рассказывая о «предателях», «интервентах» и «войне за Крым», которую он непременно бы начал, не считаясь ни с какими последствиями и издержками. Транслирует не нам, не Западу и не Украине, а белорусам. Он будто волк, клацающий зубами на камеру: не смейте, не подходите, сделаю вам очень больно.
Верить ли этим обещаниям, пугаться ли этого волка – пусть белорусы решают сами. Возможно, решимость Лукашенко остаться во власти любым путем и любой ценой абсолютна; возможно, он блефует; возможно, переоценивает свои силы. В любом случае запугивание – один из инструментов борьбы, который у него сейчас есть, и он будет использовать его по полной программе.
Что же касается задач России в Белоруссии, они всё те же и продиктованы все тем же – национальными интересами. Если Батька выйдет из политического кризиса и уличного противостояния победителем – значит, придется работать с Батькой.
Однако за переходы за красную черту, как в случае с Крымом и так называемыми вагнеровцами, неустойку потребовать необходимо. Иначе аресты российских граждан, как средство внутриполитической борьбы, и спекуляции на тему войны с Россией войдут в моду даже среди наших союзников.