Михаил Светов* – новый персонаж оппозиционного движения, появившийся перед публикой чуть больше года назад. Тревожный молодой человек в очках, с навязчивыми движениями и нестандартными увлечениями, стал выступать на протестных митингах, поддерживая Алексея Навального. Сейчас он в команде блогера занимается организацией протестных акций. Летом этого года Светов потребовал от мэрии Москвы согласовать митинг 3 августа на Лубянской площади. Мэрия предложила альтернативный вариант – проспект Сахарова. Светов резко отказался, заявив, что протестующие все равно пойдут на Лубянку. За что и был арестован. А его коллеги вывели людей под дубинки Росгвардии.
В результате провокаций 3 августа десятки человек были задержаны, были пострадавшие и среди сотрудников Росгвардии, и среди протестующих. Тюремные сроки, испорченные жизни. И теперь – следите за руками – в эти выходные Михаил Светов выступает заявителем согласованной акции на проспекте Сахарова. Том самом, от которого он так категорично и принципиально отказывался еще летом. Отказывался ценой своего 30-суточного ареста и реальных приговоров своих сторонников. Но, оказывается, не было никакой проблемы выйти митинговать на Сахарова.
Напрашивается только один вывод. Оппозиция выполнила план по «заложникам» – молодым людям, задержанным на несогласованных акциях, а теперь готова пиариться за их счет, скандируя «Отпускай!» на согласованной акции. Не откажись тогда Светов от Сахарова, не было бы и нового митинга. У оппозиции просто могло бы не быть для него яркого повода.
Фактически оппозиция расписалась в том, что предыдущие несогласованные акции были сознательной провокацией, способом набрать рабочий материал для СМИ, фотографии для новых плакатов, поводы для гневных заявлений.
В психологии есть термин «газлайтинг», хорошо описывающий поведение лидеров оппозиции.
Газлайтинг – форма психологического насилия, главная задача которого – создать так называемый эффект иллюзорной правды. Создать ситуацию, заставить на нее отреагировать, а потом клеймить эту реакцию как необоснованную – к примеру, дразнить тигра и кричать, что тот на тебя напал. В данном случае такая «иллюзорная правда» – репрессии, которые власть якобы применяет к политическим активистам. Но за кадром остается тот факт, что на столкновения с Росгвардией, а как следствие – и в тюрьму, людей по большей части направили манипуляторы, организующие митинги.
Основная часть сторонников оппозиции – разумные и созидательные люди, желающие победить несправедливость, ошибки, злоупотребления и коррупцию. Они готовы дискутировать с властью, давить на нее и доносить свое мнение, чтобы в конечном итоге жизнь в стране улучшалась. Но какой в этом гешефт для либеральных лидеров? От того, что в России станет меньше коррупции, у Навального доходы не вырастут, скорее наоборот. Поэтому организаторы митингов подменяют понятия, уводя своих сторонников от конструктивного разговора с властью в радикализм. Просто у них слишком разные цели. Как в старом анекдоте, когда внучка декабристов спрашивает у революционеров, чего они хотят. «Чтобы не было богатых», – отвечают они. «Странно, а мой дед хотел, чтобы не было бедных».
Несистемные либералы не хотят, чтобы «не было бедных». Наоборот, те самые «бедные» – их движущая сила, топливо их броневичка, движимого на Кремль. Чтобы Навальному и Светову было кого защищать, этих людей сначала надо посадить. Иначе с чем выходить на площадь?
Этот год показал то, чего от российской политики не особенно ожидали: власть готова признавать и исправлять свои ошибки. Голунов, Устинов, Миняйло оказались на свободе в результате пересмотра их дел. Общество ликует, что люди освобождены. Но топке радикального протеста нужны новые дрова. Как шутят в Сети, Соболь от неожиданности упала с лежака на Кипре, когда узнала, что Миняйло выпустили.
У либералов сегодня форматное требование – ругать Сталина, который выиграл войну, «не постояв за ценой», «завалив врага трупами». Но сами либералы ничего более конструктивного для победы придумать не могут – и, наверное, даже не хотят.
Когда Алексея Миняйло освободили из-под стражи, общую растерянность либеральных лидеров выразил журналист Александр Рыклин: «Единственное объяснение поразительного решения суда по Миняйло, которое приходит мне в голову, очень простое... Он умер, но нам еще не сказали». Рыклин, по сути, выдал то, что думает весь либеральный обком – им нужны жертвы, а не спасенные. Им грезится мертвый активист, это ведь готовый транспарант, на три–четыре протестные акции хватит, десяток интервью и телесюжетов для Запада. А что делать с ним живым и освобожденным, никто не знает. Он просто перестал выполнять свою функцию, и теперь нужно срочно искать ему замену. А где искать?
Санкционированные акции – они для тех, кто хочет, чтобы «не было бедных». Кто готов показывать власти флажки, за которые выходить не следует. Строить, а не ломать. Условный Навальный в согласованных митингах не нуждается. Поэтому если и идти на эти акции, нужно быть очень аккуратными и помнить, что пара мест «жертв кровавого режима» недавно освободилась. Костер протеста не должен угасать, он должен еще долго обогревать Навального со всей его командой.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом