Сотрудник американского правительственного агентства по глобальным медиа, житель Белоруссии Франтишек Вечерка опубликовал в Facebook* возмущенный пост о том, что московское представительство компании Google отказало ему в коммерческом продвижении материалов. И не каких-нибудь, а предназначенных для YouTube-канала «Радио Свобода**», финансируемого Конгрессом США.
Причина – отсутствие в Google модераторов, которые достаточно хорошо знают белорусский язык, чтобы не пропустить в платное продвижение фейки и «хейт-спичи», то есть материалы с разжиганием ненависти по отношению к определенным группам – женщинам, мусульманам, ЛГБТ и так далее.
Помимо белорусского, рекламный отдел Google не поддерживает татарский, башкирский, киргизский, таджикский и ряд других языков народов бывшего СССР.
«Российский культурный империализм продолжается, теперь с корпоративной поддержкой», – возмутился специалист по глобальным медиа и выразил надежду, что ситуация будет разрешена благодаря репостам. На момент написания этой статьи их насчитывается меньше 200, при том, что Вечерка достаточно известный в Белоруссии оппозиционный активист национального толка. На Украине таких называют «свидомитами», в самой Белоруссии «змагарами» (в буквальном переводе – «борцы»).
Несмотря на то, что пост был написан по-английски, англоязычные СМИ эта вопиющая несправедливость по отношению к языковым меньшинствам не заинтересовала. Неудивительно: среди доступных пользователям YouTube 44 языков нет ни одного индейского или африканского, а из множества индийских языков представлен лишь хинди – нет ни маратхи, на котором говорят почти 90 миллионов человек, ни бенгальского с 70 миллионами носителей.
В результате о том, как коварный Google продвигает российский культурный империализм и унижает белорусов, написали только белорусские и российские СМИ, остальным это просто неинтересно.
Кстати, из числа российских больше всех возмущаются татарские издания (русскоязычные, разумеется).
Меж тем всем, кто не ушиблен русофобией и другими видами ксенофобии, очевидно, что в задачи компании Google не входит ни борьба с российским империализмом, ни поддержка культуры «малых народов».
Задача Google, как и любой другой коммерческой компании, зарабатывать деньги для своих акционеров. Давно замечено: как только бизнес перестает считать эту задачу главной, он рассыпается за несколько лет.
Отсутствие белорусского или татарского в списке языков, поддерживаемых Google-рекламой, это не «умаление культурной значимости». Это трезвый расчет маркетологов и аналитиков компании. В списке есть языки достаточно малочисленных прибалтийских народов, которые зачастую неплохо знают русский, но регулярно используют родную речь при размещении роликов. Но нет языков более многочисленных славянских или тюркских народов, потому что, как верно отметил один из комментаторов Вечерки, ради трех роликов в год никто не будет нанимать модератора, владеющего соответствующим языком.
Основная проблема «борцов с российским культурным империализмом», а по сути банальных русофобов вроде Франтишека Вечерки – это уверенность, что их священную борьбу должен оплачивать кто-то другой.
В идеале – Россия, но если нет такой возможности, то США в лице своих государственных институтов или даже частных компаний вроде Google или Apple.
Но государственные институты США борьба с «российским культурным империализмом» волнует весьма опосредованно – только в случае, если она ослабляет политический режим в России и влияние Москвы на соседей. А разбирающиеся в постсоветском пространстве люди, которых в американских пропагандистских структурах не очень много, но все-таки есть, уже давно рекомендуют не поддерживать вещание на локальных языках, а вести пропаганду на русском, который знают практически все жители России и продолжают понимать в Средней Азии*, Прибалтике и кое-где в Восточной Европе.
В мировой истории пока что зафиксирован только случай, когда заметное количество людей стали массово говорить на языке, которого они изначально не знали – это создание Государства Израиль и возрождение иврита. Но у евреев для этого был весьма острый мотив.
Во всех остальных случаях попытки насаждения «политически правильного» языка в пику языку живого общения провалились. Причем это правило работает в обе стороны: не удалось победить большинство локальных языков европейским империям, но не удалось и заставить большинство ирландцев говорить по-гэльски, большинство украинцев – по-украински, белорусов – по-белорусски и так далее. Причем если украинской и белорусской государственностям менее 30 лет, то ирландской скоро исполнится сотня. И всё равно подавляющее большинство склоняется к «имперскому» английскому.
Сергей Довлатов сравнивал талант с похотью: трудно утаить, еще труднее – симулировать. То же самое с языковым вопросом.
Если язык живой – его не утаишь, не спрячешь и не забудешь. Если же «языковое возрождение» вызвано исключительно политическими мотивами и не нужно никому, кроме десятка борцов-русофобов, то больше всего это похоже на симуляцию похоти и производит такое же гадливое впечатление, как попытка заставить Google бороться с «российским культурным империализмом».
Во всей этой ситуации трудно не заметить «иронии судьбы». Цензура «хейт-спичей», выражающаяся в том, что в Facebook банят за слово «хохол», была сформулирована и внедрена на Западе. Запад же по мере сил содействовал национальным движениям, направленным на отрицание России и русского языка. Тот же Вечерка, напомним, работает на «Радио Свобода», а сделать ставку на культурный национализм после 1991 года Украине и Белоруссии порекомендовали именно американские советники.
Теперь эти части информационной политики вошли в острое противоречие друг с другом – вот пусть друг друга и сожрут.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ
** СМИ, включенное в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента