XX саммит БРИКС в Йоханнесбурге стартовал, не имея даже четкой повестки дня. Из переговорных тем понятны только те, которые были озвучены заранее и ожидались уже на уровне согласованных документов – совершенствование финансовой кооперации (банк БРИКС, выпуск облигаций по аналогу евробондов, взаимное кредитование и все тому подобное), заявления по борьбе с терроризмом, подведение итогов прежней работы. Ход всех прочих дискуссий определяется как бы по ходу дела. На практике существуют сразу несколько программ, лоббируемых каждой из сторон (Россией, Китаем, Индией, самой ЮАР, в меньшей степени Бразилией) и почти не пересекающихся между собой.
Сказать за все за это «спасибо» мы должны принимающей стороне – ЮАР, внутриполитической ситуации в оной и особенностям местного менталитета. Бардак перекинулся даже на сугубо бытовые моменты: журналисты жалуются на отвратительную связь, на очереди в аэропорту и на меню (в меню говядина, что неприемлемо для индийцев). А лидерам стран БРИКС даже пришлось перефотографироваться из-за перепутанных табличек и флагов, но в итоге за спиной Владимира Путина все равно стоит красный стяг КНР.
По факту саммит превратился в набор двухсторонних встреч между лидерами очень разных по своей природе государств, причем без общей модерации. Это совсем не то, чего хотелось бы Москве, поскольку исключает возможность сближения политических позиций. Конечно, собравшимся есть против кого дружить. Но можно было достичь гораздо большего.
Руки не дошли
Отсутствие согласованной повестки саммита за две недели до его начала и вовсе беспрецедентно. Информация, которую распространяли сотрудники посольства ЮАР в Москве, выглядела благопристойно, но была лишена конкретики. Перечислялись некие традиционные общие темы, некоторые из которых «выскочили» буквально в последний момент, в том числе и продавленные непосредственно из Претории.
Например, вопрос создания собственного рейтингового агентства БРИКС не был в числе первоочередных до того момента, как три ведущих рейтинговых агентства Запада не понизили рейтинг ЮАР до «мусорного уровня» на фоне свержения Джейкоба Зумы и принятия закона о конфискации «белых» земель. Это моментально создало проблему с выплатой госдолга и получением новых займов. После этого Претория, пользуясь своим правом председателя, вставила соответствующий вопрос в повестку дня, ни с кем особо не советуясь.
Председательство в БРИКС к ЮАР перешло 1 января 2018 года, о чем, конечно же, все знали заранее – примерно за год. То есть Претория имела достаточно времени, чтобы сформировать повестку дня и согласовать ее со всеми заинтересованными сторонами. Но вышло ровно наоборот – принимающая сторона не в состоянии модерировать саммит.
Дело в том, что повестку дня должно было формировать еще правительство Джейкоба Зумы. Но во второй половине прошлого года вся Южная Африка, приплясывая и распевая песни, топила президента Зуму, а затем настороженно наблюдала за съездом Африканского национального конгресса, на котором в упорной борьбе был избран новый лидер страны – Сирил Рамафоса. После этого начались склоки в парламенте, вылившиеся в принятие закона о конфискации земель белых фермеров, что породило всплеск внутреннего насилия и резкий отток капитала из ЮАР. В общем, Претории было не до саммита.
На это наложилось резкое изменение глобальной экономической ситуации. В первую очередь речь идет о развязанной Дональдом Трампом тарифной войне с Китаем и Европой. В результате позиция Пекина стала резко агрессивной, чего от него никто не ожидал. Устами лично товарища Си Цзиньпина Китай потребовал от ЮАР сосредоточиться на борьбе с протекционизмом в экономике и настаивал на приглашении на саммит руководителей всех стран Африки (так сказать, оптом), в которых отмечен резкий рост китайских инвестиций. В ответ в контратаку перешла Индия. Даже в рамках БРИКС она не может найти общего языка со стратегическим противником и выступает категорически против финансовой экспансии КНР в Африке, но стратегически тоже возражает против протекционизма, имея в виду США.
Разруливать все это должна была принимающая сторона. Но сориентироваться на ходу южноафриканцы не смогли, и большинство принципиальных вопросов оказались вынесены в outlet, то есть – как пойдет, так пойдет.
У БРИКС нет постоянно действующих межгосударственных органов, нет даже общего секретариата, так что с формальной точки зрения нарушения протокола не произошло. Претория лишь «обозначила приоритеты» для дискуссий, а в качестве главной темы заявила модную ныне «четвертую промышленную революцию» и «цифровую экономику». Об этом можно говорить бесконечно долго, с минимумом конкретики и не вызывая конфликтов.
Жандарм черной Африки
Меж тем опасения, что Китай будет использовать саммит в Йоханнесбурге для «вербовки» африканских государств, не оправдались. Ожидали максимум просителей к Большому Белому Царю и Желтому Богдыхану, но из таковых нарисовался только президент соседней Замбии Эдгар Лунгу, который в ЮАР и так как на работу ездит, а нефтедобывающие Габон и Ангола в число «просителей» и потенциальных потребителей китайских кредитов не входят.
В политическом плане старое правительство ЮАР во главе с Джейкобом Зумой хотело протолкнуть идею южноафриканского доминирования в деле военного миротворчества на родном континенте. Это называлось «достижением консенсуса стран глобального Юга по вопросам осуществления миротворческих мероприятий в зонах вооруженных конфликтов». Сейчас ЮАР держит в Конго усиленную бригаду (до тысячи военнослужащих) и при Зуме хотела бы получить более широкий мандат для таких операций по всей черной Африке. То есть Претория предлагала себя в качестве «жандарма» при финансовой поддержке БРИКС.
В ЮАР игнорируют широкую международную повестку в силу своей отдаленности и изолированности. Южноафриканцам все равно, что происходит на Ближнем Востоке, фиолетовы проблемы джихадизма и международного терроризма. Они убеждены, что тропическая Африка – «один из основных очагов глобальной нестабильности», а дальше на север все покрыто туманом.
Но Россия в последнее время сама активно вмешивается в африканские дела, в том числе путем посылки военных советников. ЮАР в качестве континентального жандарма Москву не устраивает. Собственно говоря, никого не устраивает. Китай традиционно избегает любых военных операций и военных союзов в мирное время – это одно из ключевых положений КНР. А Индия и Бразилия столь же традиционно не обладают каким-либо влиянием в Африке (в случае Индии ЮАР – исключение), не говоря уже о посылке куда-либо своих войск.
Несмотря на это, план Зумы мог бы удасться, если бы устоял сам Зума. А Рамафоса совершенно не готов к внешней экспансии. За полгода во власти он столкнулся с таким количеством проблем, что, была бы его воля, он бы и от саммита отказался. Страну лихорадит, конфискация «белых» земель поставила ее на грань гражданской войны, а в ряде провинций вспыхивают эпизодические восстания против местных властей, губернаторов и племенных вождей.
В ряд населенных пунктов за последние три месяца даже приходилось вводить войска.
Это не означает, что Претория полностью провалила саммит. Но Претории не удалось создать такую повестку дня, которая не выпячивала бы внутренние противоречия между слишком разными государствами БРИКС и позволила бы создать продуктивный задел на 2019 год.
Почти наверняка что-то положительное выйдет и из череды двухсторонних встреч – они всегда традиционно продуктивны. Но вся эта ситуация еще раз продемонстрировала, что внутренняя нестабильность в ЮАР крайне отрицательно влияет и на международную повестку дня.