Япония отказалась примкнуть к «заявлению четырех»: Великобритании, США, Франции, Германии – и объявить Россию ответственной за отравление экс-сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля. Подобные обвинения не могут быть голословными, подчеркнул глава МИД Японии Таро Коно по итогам переговоров с российским коллегой Сергеем Лавровым. «...Применение химического оружия неприемлемо, прежде всего важно выяснение фактов», – пояснил японский министр.
Таро подчеркнул, что взаимодействие с Москвой для Токио по-прежнему является ключевым направлением. «У нас есть большое количество задач, которые требуют взаимодействия с РФ, в том числе это проблема КНДР», – цитировало министра ТАСС.
Обвинения России по делу Скрипаля не имеют оснований, напомнил и министр иностранных дел России Сергей Лавров. «Все прекрасно понимают, но из чувства ложно понятой солидарности вынуждены выдавливать из себя какие-то слова, которые можно хоть как-то интерпретировать в поддержку позиции Лондона», – сказал он.
«То, что мы сейчас наблюдаем, – лихорадочные метания по всему миру, уговаривание партнеров солидаризироваться с Великобританией в этом вопросе без предъявления каких-либо фактов», – добавил глава российского МИДа.
Напомним, что к «заявлению четырех» не стал присоединяться и Израиль. «В ответ на призыв Лондона Израиль фактически дал понять, что не собирается вмешиваться в эти дрязги. Было выражено осуждение самого факта отравления (но осудила и Россия), при этом Израиль, в отличие от США и европейских союзников, категорически отказался упоминать Россию как виновника», – констатировал ранее в беседе с газетой ВЗГЛЯД Яков Кедми. Причина в том, что Израиль не увидел со стороны Лондона достаточных доказательств причастности Москвы, пояснил собеседник.
Что касается Японии, у нее свои причины.
Заявление Таро Коно о необходимости апеллировать к фактам лежит в общем курсе, который проводит лично премьер-министр Синдзо Абэ в отношении России, заявил газете ВЗГЛЯД руководитель Центра японских исследований Института Дальнего Востока РАН Валерий Кистанов. Он напомнил, что
«этот курс подразумевает сближение России и Японии, выстраивание личных отношений, доверия между Абэ и Путиным».
Премьер-министр Абэ «очень хочет» подписать мирный договор с Россией, а за этим кроется желание получить обратно спорные Южно-Курильские острова: Итуруп, Кунашир, Шикотан и группу островов Хабомаи, на которые претендует Япония, напомнил собеседник. Абэ хочет войти в историю как политик, который сделал то, что никому до него не удавалось, пояснил он.
Японский премьер-министр исходит из позиции, что «решить эту проблему могут только два человека, два лидера: он и Путин». «Он делает ставку на Путина», – подчеркнул Кистанов. Начиная с 2012 года Абэ неизменно следует этому курсу, и «здесь он в определенной мере идет против движения западных стран, которые подвергают Россию остракизму по всяким поводам и без повода», отметил эксперт. Он напомнил, что Абэ был единственным из западных лидеров, кто посетил открытие Олимпиады в Сочи. Кроме того, японский премьер взял курс на развитие экономических отношений с Россией и еще в 2016 году предложил план из восьми пунктов сотрудничества. Также Абэ с Путиным договорились о совместном освоении Южных Курил.
Япония занимала более мягкую позицию и в связи с украинским вопросом, она ограничилась санкциями, которые «носили чисто формальный характер и не наносили серьезного ущерба российской экономике», указал эксперт.
Кроме того, Абэ «очень рассчитывает получить от Путина содействие в решении проблемы ракетно-ядерного потенциала Северной Кореи», добавил собеседник. Также японцев беспокоит судьба своих граждан, похищенных северокорейскими спецслужбами в 70–80-е годы, указал собеседник. «Прояснить судьбу этих японцев – стало национальной идеей. Тот, кто решит эту проблему, тоже войдет в историю японской политики», – подчеркнул Кистанов.
Он напомнил, что для Японии, кроме того, важно «оттянуть Россию от Китая», она опасается, что сближение между ними может произойти на «антияпонской основе». «Это страшный сон для японцев», – отметил эксперт.
Перспективы отношений России и Японии прежде всего зависят от того, будет ли решена территориальная проблема по четырем спорным островам.
Наша позиция остается прежней. «Мы получили эти острова по итогам Второй мировой войны, наш суверенитет над ними сомнению не подлежит, – напомнил эксперт. – Вряд ли Россия пойдет на то, чтобы передать Японии все четыре острова».
Между тем Путин также хочет найти с Абэ компромисс, чтобы «не было ни победителей, ни побежденных», подчеркнул Кистанов.
Вопросов пока больше, чем ответов. Сейчас стороны не договорились даже по поводу того, на какой основе вести совместную хозяйственную деятельность на спорных островах, чтобы не затрагивать проблемы суверенитета ни России, ни Японии, констатировал собеседник.
Он напомнил, что Путин намерен искать компромисс на основе Советско-японской декларации 1956 года, которая предусматривает не возвращение, а передачу Японии двух островов, причем только после заключения мирного договора. Японцы же настаивают, что нет, дескать, сначала верните все, а потом будем заключать мирный договор. «Эту нестыковку будет очень трудно преодолеть», – подчеркнул эксперт.