Американские санкции против России действуют уже четыре с половиной года. В санкционных списках сотни наших граждан, в первую очередь чиновников, и сотни предприятий. Но Дмитрий Рогозин относится к самому первому «призыву»: въезд в США ему запретили 16 марта 2014 года именным указом Барака Обамы. Тогда под действие американских санкций попали всего семь российских чиновников и политиков, и наряду с Валентиной Матвиенко, Сергеем Глазьевым и Владиславом Сурковым отметили и Дмитрия Рогозина.
И вот в пятницу стало известно, что американцы то ли готовы, то ли уже приостановили действие санкций против Рогозина. Об этом в интервью ТАСС сообщил руководитель НАСА Джим Брайденстайн, только что завершивший свой визит в Россию. Брайденстайна в нашей стране принимал Рогозин, они не только провели переговоры в Москве, но и вместе посетили Байконур. И вот теперь глава НАСА хочет продолжить общение с Рогозиным в Америке:
«Мне бы хотелось обсудить много вопросов с Дмитрием Рогозиным. Если мы хотим установить крепкие рабочие отношения, то нам нужно начать плотно взаимодействовать друг с другом, что, в свою очередь, будет хорошо для обеих стран. Чтобы генеральный директор Роскосмоса Дмитрий Рогозин смог посетить США, мы провели работу по ряду направлений. И добились его (временного) вывода (из-под санкций) с тем, чтобы он прибыл сюда и встретился с представителями НАСА, а также с некоторыми нашими подрядчиками...
К тому же я бы хотел, чтобы он в не столь отдаленном будущем выступил вместе со мной в моей альма-матер – Университете Райса. Я был рад выступить в Московском государственном университете, который является его альма-матер. Кстати, Университет Райса находится на той же улице, что и Центр космических полетов имени Джонсона. Так что, думаю, все получится».
В Роскосмосе подтвердили факт переговоров о возможности поездки Рогозина в США, но отметили, что пока не получали каких-либо документов по поводу снятия санкций со своего гендиректора.
Санкции не ограничиваются запретом на въезд в США: среди прочего речь идет и о заморозке активов. Но по американским законам запрет на въезд может быть приостановлен или снят, если это не противоречит интересам США. Такое решение может принять госсекретарь после консультаций с министром внутренней безопасности. Видимо, в случае с Рогозиным была задействована именно эта процедура.
Однажды она уже применялась – правда, известно об этом стало только постфактум.
В январе этого года Вашингтон посетили сразу три руководителя российских спецслужб. О беспрецедентном визите стало известно уже после их отъезда домой. Противники Трампа тут же попытались устроить скандал – ведь двое из трех гостей находились в американском санкционном списке: глава СВР Сергей Нарышкин и глава ГРУ Игорь Коробов. Только шеф ФСБ Александр Бортников по странному упущению еще администрации Обамы не попал в американские списки. После того, как информация о «визите трех» просочилась в прессу, Госдеп устами Хизер Науэрт так прокомментировал это:
«Если что-то касается национальных интересов США в области безопасности... у нас есть возможность делать исключения, чтобы люди могли въехать в США».
Науэрт добавила, что США и Россия имеют разногласия по многим вопросам, однако есть области, в которых необходима совместная работа сторон, и одной из таких областей является борьба с террористическими группировками.
Понятно, что и космос относится к таким же «областям». То есть американцы продолжают делать то, что им выгодно, включая и выключая санкции в зависимости именно от собственных потребностей.
Как нам относиться к такому методу «кнута и пряника»?
С одной стороны, понятно, что администрация Трампа разрывается между необходимостью сохранять и даже имитировать усиление давления на Россию (исходя в первую очередь из внутриполитических соображений, связанных с поисками «русского следа») и желанием восстановить нормальные рабочие контакты с Москвой. С этой точки зрения приглашение Рогозина (который к тому же пользуется в США репутацией «страшного ястреба») является демонстрацией намерений поддерживать и развивать сотрудничество. А косвенным образом и признанием неэффективности персональных санкций как таковых.
С другой стороны, в этом есть и определенный оскорбительный момент – мы будем работать с вами только там, где нам нужно, и санкции будем снимать только с тех, кто нам сейчас нужен. Даже не снимать, а приостанавливать на время запрет на въезд. Захотим – сами пригласим и впустим, не захотим – даже не пытайтесь.
Как должен вести себя в этой ситуации Дмитрий Рогозин? Конечно, решать ему. Не одному, конечно, а посоветовавшись с Владимиром Путиным. Можно было бы и поставить Вашингтону жесткое условие – не приостановку, а снятие с Рогозина санкций. Но понятно, что США не пойдут на это. Не столько даже из-за политических мотивов, сколько из-за юридических препятствий (Трамп не может отменить решение Конгресса – а санкционные списки упомянуты уже и в законах). Так что ставить такое заведомо невыполнимое условие имеет смысл только в том случае, если будет принято решение не ехать в США.
Так что, скорее всего, Рогозин посетит Новый Свет – чтобы поддержать выгодное обеим странам сотрудничество в космической сфере, а заодно и продемонстрировать колебания самих Штатов в вопросе санкций. Хотя, как показывает опыт, американцы, когда им надо, приезжают сами и сразу. В понедельник в Москву прилетит Джон Болтон, помощник президента США по национальной безопасности.
Болтону очень нужно поговорить с Николаем Патрушевым, секретарем Совбеза. Да, они встречались всего два месяца назад – проговорили пять часов во время переговоров в Женеве. Тогда же условились сделать такие встречи регулярными, фактически установив первый постоянный формат взаимодействия между администрацией Трампа и Кремлем. Было понятно, что вторая их встреча пройдет через небольшой отрезок времени. Но все же трудно было представить, что американцы вытерпят всего два месяца. Этому есть и практическое объяснение: в ноябре пройдет встреча Трампа с Путиным (она пока не анонсирована, но два президента пересекутся на международных мероприятиях и точно не упустят возможность поговорить), и к ней нужно подготовиться. Вот и приходится Болтону ехать в Москву уже второй раз за четыре месяца (он приезжал в конце июня и встречался с Путиным) – чтобы поговорить с Патрушевым.
Который на их следующую встречу не поедет в Вашингтон – американцы этой весной не удержались и внесли секретаря Совбеза в свой санкционный список. Патрушеву от этих санкций ни тепло, ни холодно, а вот на Болтоне они скажутся самым прямым образом. Ведь ему теперь придется постоянно ездить в Россию – постоянный формат переговоров на высоком уровне сейчас нужен американцам больше, чем нам. Санкции, говорите?