Иран подтвердил, что в ближайшее время намерен купить двенадцать самолетов Sukhoi Superjet 100 российского производства. Об этом сообщил в среду министр энергетики России Александр Новак, находящийся сейчас с визитом в Иране (он, в частности, принимал участие в церемонии открытия площадки строительства теплоэлектростанции в городе Бендер-Аббас).
Когда «становится жарко», Иран начинает говорить о более тесном сотрудничестве с Россией
Россия также предложила иранским партнерам наладить совместное производство турбовинтового модернизированного самолета Ил-114, сообщил Новак. По словам российского министра, Москва заинтересована в налаживании в Иране производства комплектующих для наших самолетов.
Российские компании «сейчас работают с иранскими партнерами для того, чтобы выработать конкретные решения и предложения», сообщил Новак.
«Россия и Иран движутся к стратегическому союзу»
Тегеран явно меняет свою линию поведения. Напомним, что на прошлой неделе российские представители планировали обсудить с иранцами причину, по которой Тегеран ориентируется на закупку самолетов на Западе. «Мы оказываем Тегерану колоссальную поддержку, а они берут технику у тех, кто их же унижает санкциями», – заявил тогда высокопоставленный источник в Москве. Однако дискуссии не получилось. Тогда, напомним, вице-премьер Дмитрий Рогозин в последний момент отменил визит в Иран. Как сообщала газета ВЗГЛЯД, неофициально причиной отмены было названо то, что иранская сторона разгласила информацию о предстоящей поездке вице-премьера, хотя российская сторона просила о конфиденциальности.
Не исключено, что на «потепление» позиции Ирана повлияло продолжающееся «похолодание» в отношениях Тегерана и Вашингтона. Неоднократно отмечалось, что новый президент США Дональд Трамп весьма жестко настроен в отношении Ирана, и это касается не только «ядерной сделки» с исламской республикой, но и поддержки Ираном различных групп, которые США считают террористическими. Как утверждалось в статье, опубликованной недавно The Wall Street Journal, администрация Трампа планирует разрушить «военный и дипломатический союз России и Ирана», объясняя это необходимостью достижения мира в Сирии.
Тегеран, по понятным причинам, стремится к обратному. «Иран и Россия двигаются к стратегическому союзу в регионе», – заявил 19 февраля спикер парламента Ирана Али Лариджани. Как отмечала газета ВЗГЛЯД, Москва может усилить свои позиции в диалоге с Тегераном, заинтересованным в политическом прикрытии. Можно также сделать вывод, что Москва намерена обозначить Ирану цену своей политической поддержки.
Добавим, что наметившийся прогресс во взаимодействии двух стран касается не только готовности закупить российские суперджеты. Глава российского Минэнерго Новак и министр нефти Ирана Бижан Намдар Зангане в понедельник обсудили возможность обмена нефти на товары. Кроме того, накануне министр связи и информационно-коммуникационых технологий Ирана Махмуд Ваези на встрече с первым зампредом правительства России Игорем Шуваловым констатировал: переговоры Москвы и Тегерана по зоне свободной торговли с Евразийским экономическим союзом (ЕАЭС) прошли успешно.
«Жизнь заставляет переориентироваться»
Директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров в комментарии газете ВЗГЛЯД указал на выше процитированное заявление спикера иранского парламента Лариджани – о движении к стратегическому партнерству с Россией. «Это объясняется и реальной оценкой иранцами ситуации, которая складывается на Ближнем Востоке, и антииранскими заявлениями Трампа», – отмечает эксперт.
В Тегеране прекрасно понимают, что сейчас начнется жесткая схватка на Ближнем Востоке, подчеркивает собеседник. «С одной стороны – США, Израиль и ряд государств Персидского залива, с другой стороны – Иран. Тегеран к этому готовится», – отмечает Багдасаров.
Когда «становится жарко», Иран начинает говорить о более тесном сотрудничестве с Россией, отмечает собеседник. Но, напоминает он, когда в 2015 году после достижения соглашения по ядерной программе началось снятие антииранских санкций, Тегеран начал демонстрировать иной подход: «Если можно у нас получить средства или технологии – хорошо, но вообще-то мы более ориентированы на Запад». Сейчас же «ситуация вновь меняется, и жизнь заставляет переориентироваться», отмечает Багдасаров.
«Идет обыкновенная восточная торговля»
«Иран маневрирует», – подчеркнул в комментарии газете ВЗГЛЯД эксперт Института Ближнего Востока, доцент РГГУ Сергей Серегичев.
«Иран в большей степени заинтересован в налаживании сотрудничества с Вашингтоном. Россия для Ирана не представляет угрозы, равно как и Иран для России, а США для Ирана представляют большую угрозу, особенно учитывая неясность с практической реализацией ряда «иранских тезисов» Трампа», – отметил собеседник. Сейчас же, по мнению Серегичева, «идет торговля – обыкновенная восточная торговля».
Говоря о возможной закупке Ираном российских суперджетов, собеседник выразил сомнение в том, что страна действительно заинтересована в приобретении именно этих самолетов. Кроме того, добавил Серегичев, не исключено, что к моменту заключения этой сделки международная ситуация резко изменится. Кроме того, нет гарантии, что дело вообще дойдет до заключения контракта, отмечает собеседник, либо контракт может быть обставлен заведомо невыгодными условиями. «Иран нам особо не доверяет – достаточно вспомнить историю с С-300, которую в Иране помнят и сделали выводы», – полагает Серегичев.
«Иран всегда играет в свою игру, он всегда сам по себе, – вновь подчеркивает эксперт. – Сейчас, скорее, идет игра на публику – на Вашингтон». Кроме того, отмечает собеседник, Россия (в том числе в ситуации в Сирии) учитывает позицию Израиля, и наоборот – что вряд ли устраивает Иран.