Представитель латвийской правительственной комиссии по подсчету ущерба от действий СССР Рута Паздере пригрозила мэру Риги Нилу Ушакову тюрьмой за карикатуру, в которой высмеиваются финансовые претензии Латвии к России. «Ушаков высмеял Латвию, как будто бы Латвия сама просила себя оккупировать, а сейчас просит у России 185 миллиардов евро», – сказала Паздере. По ее словам, мэр должен отвечать по 74-й статье Уголовного кодекса, карающей за преступления против народа и Латвийской Республики. Статья грозит пятью годами лишения свободы, и Паздере уже пообещала пожаловаться на Ушакова генеральному прокурору.
В 1988 году, когда в Латвии уже было миллион приехавших, каждому мы должны были предоставить рабочее место, квартиру дать, построить рядом детский садик, больницу
Карикатура, опубликованная Ушаковым в Facebook*, стала откликом на заявление самой Паздере, на прошлой неделе объявившей промежуточные итоги работы своей комиссии. «Был нанесен ущерб окружающей среде, демографии. После восстановления независимости мы также продолжали нести огромные убытки. Из этого и получается сумма 300 млрд, если не больше», – говорила представитель комиссии. Паздере также пояснила, что ранее озвученная ею сумма в 185 млрд евро касалась только экономики. «Если мы и вправду потребуем компенсацию в размере 300 миллиардов евро, кто-то еще потребует, то Россия просто обанкротится», – добавила она в интервью порталу «Дельфи». Более того, по ее мнению, тот факт, что многие жители Латвии эмигрировали, а пенсионерам платят меньше, чем в других странах, – «это тоже последствия оккупации».
О том, как еще может измениться сумма претензий, представитель латвийской правительственной комиссии по подсчету убытков от действий СССР, председатель правления Общества исследования оккупации Латвии Рута Паздере рассказала в интервью газете ВЗГЛЯД.
ВЗГЛЯД: Госпожа Паздере, как известно, в Латвии очень высокая безработица, в том числе по этой причине уже четверть населения эмигрировала. В советское время в Латвии было построено много крупных заводов. Вы считали, какую прибыль они приносят сегодня?
Рута Паздере: В мире не было такого опыта, как из социализма перейти в социализм (т. е. минуя стадию капитализма – прим. ВЗГЛЯД). Конечно, мы допустили много ошибок. И с востока, и с запада приехали бизнесмены, которые не были заинтересованы, чтобы мы реконструировали эти заводы. Не хотели конкуренции. Они покупали за один лат такой завод и закрывали его. В то время такие процессы контролировать было сложно, да и не было опыта такого.
ВЗГЛЯД: То есть из Евросоюза приезжали такие бизнесмены, которые вели себя недобросовестно?
Р. П.: Да, конечно!
#{smallinfographicleft=427336}ВЗГЛЯД: Но все же какая-то польза, прибыль есть. Надо ли вам тогда и ее тоже учесть?
Р. П.: Ну да, дома какие-то стоят, корпуса.
ВЗГЛЯД: Но еще и знаменитый завод микроавтобусов «РАФ», две ТЭЦ в Риге, 93 станции МТС, нефтепровод Полоцк – Вентспилс и Вентспилсская нефтебаза (сейчас – «Вентспилс нафта»). Они приносят пользу?
Р. П.: Приносят пользу, конечно. Но это все мы уже учли в своем докладе. Все равно получается большой минус. Это не только для Латвии. Когда рухнул Советский Союз, это и для России был большой ущерб. Очень многие заводы остановились, в том числе, например, и в центре Москвы.
ВЗГЛЯД: В докладе вашей комиссии сказано, что в послевоенные годы экономические беженцы заполонили города Прибалтики. «Вследствие отсутствия технических навыков, низкого уровня образования и культуры вновь прибывшие на предприятия Латвии и Эстонии не только не способствовали технологическому и интеллектуальному их развитию, но и тормозили его», – писали вы. По совпадению, на прошлой неделе на рижских новостных ресурсах с вашими претензиями к России соседствовала новость о громкой победе «второй ракетки Латвии» над теннисисткой из Сербии. Зовут вашу «вторую ракетку» Анастасия Севастова. А, например, вашу «первую ракетку» зовут Алена Остапенко. Когда она однажды заняла первое место в мире среди подростков, вице-мэр вашей столицы Андрис Америкс заявил: «Тобой, Лена, гордится вся Рига и вся Латвия». Если посмотреть списки лучших фигуристов, там тоже обнаружатся сплошь русские фамилии. И в других видах спорта – тоже. В списке 100 самых богатых бизнесменов Латвии тоже много русских имен, причем многие из них награждены властями за вклад в развитие республики. В парламент и в Европарламент ваши сограждане охотно выбирают русских по происхождению депутатов. От них Латвии нет никакой пользы?
Р. П.: Они живут в нашей среде, и мы рады, что они все-таки интегрируются и тоже делают что-то для Латвии. Но латыши – тоже очень талантливый народ. У нас 40 процентов – не латыши. Мы сейчас не делим никого. Почему вы их делите?
ВЗГЛЯД: Это в вашем докладе население послевоенной Латвии делится на местных и приехавших. Допустим, тогдашние малообразованные переселенцы из русской глубинки тормозили развитие республики. Но ведь жизнь изменилась, их дети и внуки теперь стали элитой Латвии. Почему вы это не учитываете?
Р. П.: Ну как же не учитываем?!
ВЗГЛЯД: В докладе об этом нет ни слова.
Р. П.: В то время действительно так было. Знаете, еще как было? В 1988 году, когда в Латвии очень много было приехавших – уже миллион, каждому мы должны были предоставить рабочее место, квартиру дать, построить рядом детский садик, больницу, инфраструктуру и так далее! Это же огромная нагрузка для нашей республики была! И тогда руководители нашего верховного совета писали письма в Москву: «Пожалуйста, больше не присылайте! Наша республика больше не выдерживает». Каждый приезжий в Риге нам стоит 1700 рублей. В ценах того года подсчитайте! Это же огромные расходы для Латвии были.
ВЗГЛЯД: То есть вы солидарны с руководителями верховного совета?
Р. П.: Мы уже не могли выдержать! Это факт.
ВЗГЛЯД: Вы цитируете руководителей Латвии 1988 года и поддерживаете их позицию. Но вы все равно считаете их «оккупационными властями»? Может, это были уже национальные органы власти, которые защищали уже национальные интересы?
Р. П.: Нет-нет! Они хозяйственно руководили республикой и увидели, что бюджет больше не может выдерживать. Все равно, кто они были. Они писали в Москву, что не могут выдерживать такую нагрузку. В советское время численность латышей уменьшилась на восемь процентов. К нам приехало столько людей! А латышей по национальности по сравнению с 1940 годом стало меньше.
#{ussr}ВЗГЛЯД: Вы исключаете, что Советский Союз был страной, которая постепенно менялась? К 1988 году это уже была во многом другая страна, нежели в 1940-м. Так вы считаете или не считаете руководителей верховного совета, которых сейчас цитировали, оккупантами?
Р. П.: Конечно, оккупационными властями, которые руководили здесь хозяйственной жизнью. И они констатировали такой факт.
Мы три года изучали бюджет Латвии советского времени, проверяли, сколько мы отдавали Москве. Конечно, центр должен получать на административные и другие расходы. Но мы отдавали в центр очень большой процент и получали оттуда – ну, центр распределил – намного меньше. Таким образом, мы каждый год в среднем теряли где-то 15 процентов. Получается, мы дотировали. Во-вторых, из того, что они возвращали, они тратили очень много на военные нужды. Когда мы подсчитаем все эти позиции, получается, что третья часть латвийского бюджета уходила для нужд СССР. Мы отдавали треть нашего бюджета!
А сейчас мы не можем найти два процента на нужды обороны. Так что этот процент очень большой! Это одно из доказательств, почему мы развивались в два раза медленнее, чем, например, Финляндия, хотя в 1940 году она была в худшем состоянии, чем Латвия. В 1990 году Финляндия уже вдвое опережала нас, у нее был в два раза больше ВВП на душу населения. В эти 50 лет она развивалась вдвое быстрее.
Так что в этом бюджете уже все видно. Наш доклад включает в себя и плюсы, и минусы.
ВЗГЛЯД: В докладе сказано, что ущерб для экономики составил 185 млрд евро. Но затем вы добавили демографический, экологический и интеллектуальный ущерб, и получилось уже 300 млрд. И в этих сферах плюсы не учитываются, только минусы. Но мы с вами только что согласились в том, что дети и внуки тех, кто приехал после 1945 года, сегодня составляют гордость Латвии. Так все-таки: не кажется ли вам, что надо из суммы в 300 млрд вычесть демографическую и интеллектуальную пользу, раз она тоже есть?
Р. П.: Да. Можно. Ну пожалуйста! Есть польза. Мы от этого не отказываемся. Этот доклад, извините, не может все полностью охватить... У нас задание – выяснить: есть ущерб или нет ущерба? У нас очень маленький бюджет и нет столько времени. У нас бюджет всего 40 тысяч евро на год. Что за эти денежки можно сделать?
ВЗГЛЯД: Вы заявили, что могли бы предъявить к России как к правопреемнице СССР претензии на 300 миллиардов. Возможно, для вас это новость, но Российская Федерация никогда не была правопреемницей СССР. Это миф. Это не более чем политическая риторика. В декабре 1991 года РФ объявила себя «государством-правопродолжателем» СССР. Международное сообщество ее признало в этом качестве. Например, этот термин фигурирует в договоре России и Франции, заключенном в 1992 году. Этот термин и позволяет новому государству избегать претензий, подобных вашим. Россия унаследовала от Союза только то, что сама сочла нужным.
Р. П.: Да, только то, что она считает нужным. Все права принимает, а обязанности – нет.
ВЗГЛЯД: В чем тогда смысл дальнейшей работы вашей комиссии?
Р. П.: Понимаю вас. Но есть еще и другие юридические аспекты. Я не юрист. Мы сейчас как раз изучаем с юристами, каким образом мы можем требовать с ответчика, кто будет ответчиком – ведь потери огромные. Над этим вопросом работаем.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ