Минобороны в понедельник сообщило о том, что накануне в Средиземном море во время посадки на авианосец «Адмирал Кузнецов» потерян истребитель Су-33.
Тогда пилоту уже бесполезно «давать по газам», остается только «сигать», пока самолет не ушел под воду
«После выполнения боевой задачи в небе Сирии при совершении посадки на авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» из-за обрыва троса аэрофинишера выкатился за пределы палубы истребитель Су-33, – передает ТАСС сообщение Минобороны. – Пилот катапультировался и силами поисково-спасательной службы был сразу доставлен на борт ТАВКР «Адмирал Кузнецов». Полеты продолжаются в соответствии с задачами, добавили в министерстве.
«Это очень напряженная, сложная и героическая работа. Речь идет в первую очередь о том, что пилот остался жив», – заявил по этому поводу пресс-секретарь главы российского государства Дмитрий Песков (цитата по РИА «Новости»).
По информации издания Aviationist, самолет упал при второй попытке сесть – как отмечается, «в хороших погодных условиях». «Похоже, что он пролетел трос аэрофинишера и не смог уйти на новый круг с носовой части корабля», – пишет издание, подтверждая, что пилот катапультировался и был подобран спасателями.
«К самолету претензий нет, к летчику претензий нет. Этот трос только что установлен на палубе, и это была первая посадка самолета на этот трос, – пояснил в понедельник источник «Газеты.ру». – Скорее всего, в аварии виновато качество троса. Надо уточнить год выпуска троса, проверить всю партию, проверить качество установки».
Это второй похожий инцидент с российским истребителем в Средиземном море. В середине ноября сообщалось, что неподалеку от «Кузнецова» утонул МиГ-29. Как сообщали газете ВЗГЛЯД источники, близкие к Морской авиации ВМФ, истребителем управлял Герой России, полковник Игорь Матковский, один из наиболее опытных летчиков Морской авиации. По данным блога bmpd, выходящего под эгидой Центра анализа стратегий и технологий (Центр АСТ), причиной аварии стал разрыв троса на палубе крейсера. Вовремя его восстановить не успели, так что летчик держал машину в воздухе до тех пор, пока у нее не выработалось топливо.
«Это устройство представляет из себя, как известно, натянутые поперек палубы четыре троса. В идеале летчик при посадке должен захватить первый из тросов, – пояснил газете ВЗГЛЯД доктор военных наук, капитан I ранга запаса Константин Сивков. – В этом случае машина последовательно затормаживается первым, вторым, третьим, и наконец четвертым тросом. Если пилот захватывает второй трос, то машина с рывком, на пределе возможностей, но тоже останавливается. Если он захватывает третий трос, то остается всего два троса. Двумя этими тросами самолет уже не удержать».
Впрочем, если верить другим открытым источникам, садящемуся на палубу «Кузнецова» самолету достаточно зацепиться за один из тросов, любой из четырех.
В любом случае причастность к аварии тросов аэрофинишера не вызывает сомнений.
Почему боец бежит по тросу
Проблема с тросами на «Кузнецове» считается очень старой, признал источник газеты ВЗГЛЯД, близкий к Морской авиации. Вес машины на посадке может достигать 24 тонн, и на скорости примерно в 250 км/час трос должен взять этот удар на себя. «Ресурс троса ограничен несколькими десятками зацепов, после чего его просто выбрасывают и ставят новый, – рассказывает газете ВЗГЛЯД высокопоставленный отставной офицер российских ВВС. – После каждого зацепа, как только трос вернулся в исходное положение, вдоль него по палубе пробегает боец. Он обворачивает его тряпкой и ведет тряпкой по всему тросу, проверяя, нет ли порывов металлических прядей».
«Сам по себе обрыв троса сразу после зацепа опасности представляет мало, ведь на посадку летчик идет на высокой скорости, с большими оборотами двигателя, высота палубы – 26 метров, которой вполне хватает дать обороты до максимума и уйти на второй круг, – рассказывает газете ВЗГЛЯД отставной офицер. – Опасен именно обрыв в конце пробега, когда скорости для ухода на повторный круг уже просто нет. Тогда пилоту уже бесполезно «давать по газам», остается только катапультироваться, пока самолет не ушел под воду».
До этого за последние 25 лет в российском ВМФ произошло лишь две аварии на авианосцах. В 1991 году на палубу другого корабля – «Адмирала Горшкова» – упал истребитель Як-141. А 5 сентября 2005 года в Северной Атлантике уже на «Кузнецове» произошла авария, напоминающая ту, что случилась теперь в Средиземном море. Су-33, которым управлял подполковник Юрий Корнеев, был потерян тоже из-за обрыва троса. Правда, летчик был спасен так быстро, что, по его словам, не успел даже замерзнуть. Запись этого происшествия доступна в Сети. На этой записи видно, что самолет почти остановился в ту секунду, когда оборвался трос. В Сети есть другие видеозаписи о попытках сесть на авианосец.
На видеозаписи хорошо заметно, что Су-33 почти успел затормозить – и тут внезапно обрывается трос, после чего по инерции тяжелая машина сваливается за борт.
Каков механизм работы таких тросов?
«Под палубой стоят огромные барабаны – метров шесть диаметром. При зацепе они по специальной программе стравливают с себя трос – затормаживают в зависимости от посадочного веса машины. Этот вес может сильно отличаться в зависимости от объема топлива на борту. Всякий раз при посадке пилот сообщает на борт данные об остатке топлива. Тогда в зависимости от фактического веса машины ставятся «уставки» на тормозные барабаны, чтобы успеть остановить именно данный самолет на дистанции в 90 метров. Перед каждой посадкой конкретный матросик бегает и ставит «уставки». Если поставит неправильно, то барабан также будет тормозить неправильно, что может стать одной из причин обрыва троса, – пояснил собеседник. – И такие случаи бывали».
Второе падение подряд
Авиакрыло «Кузнецова» впервые в истории крейсера теряет два истребителя подряд. Первый, как известно, потерпел крушение возле авианосца в середине ноября, вскоре после его прибытия к берегам Сирии. МиГ-29 также упал возле «Кузнецова» при посадке, летчик спасся.
Газета ВЗГЛЯД писала еще в сентябре, что «Кузнецов» не только несет в себе целую серию недоработок с момента создания, но и нуждается в тотальной модернизации. А размещенный на его борту один из двух авиаполков – 279-й – давно считался проблемным.
Из открытых источников известно, что к середине 2000-х летчиков 279-го полка, имеющих навыки хотя бы взлетать и садиться с «Кузнецова», насчитывалось не более десяти – и большинство из них были предпенсионного возраста. В течение двух лет Морская авиация ВМФ пытается интенсивно подготовить для работы с «Кузнецовым» целую группу неопытных, молодых летчиков. Также из открытых источников известно, что 100-й полк был воссоздан меньше года назад, в декабре 2015-го. Летчики полка приступили к тренировкам, причем не с палубы авианосца, а на тренажере в Ейске, с весны 2016-го, а впервые сели на авианосец совсем недавно, в августе.
Сивков разъяснил газете ВЗГЛЯД: потеря самолетов – это, конечно, очень тяжело и болезненно, но, с другой стороны, набирается драгоценный опыт. «У нас, не сомневаюсь, летчики еще не обладают достаточным опытом, чтобы гарантированно и безопасно сажать самолеты. На 2010 год в России было всего 10 подготовленных палубных летчиков. До начала войны в Сирии их было еще меньше. Наш авианосец смог выйти в море для участия в операции в Сирии только лишь сейчас, то есть лихорадочно в течение года готовя летчиков. Но за год подготовить летчика-палубника практически невозможно. Чтобы он мог нормально взлетать и садиться, нужно не менее трех–пяти лет», – уверен он, именно этим и объясняя высокую аварийность на «Кузнецове».
Правда, по словам Сивкова, американские военные, которые обладают несравнимо большим опытом в использовании авианосцев и палубной авиации, также испытывают множество проблем со взлетом и посадкой. Только за последние 10 лет в ВМС США разбились пять палубных самолетов. Это касается только взлетов с авианосцев, а аварий и катастроф палубной авиации при полетах с наземных аэродромов было намного больше.