Теракты в Париже продемонстрировали не только и не столько слабость французской системы безопасности. Они стали максимально выпуклыми и яркими доказательствами того, что в современном мире с его отсутствием границ в Европе и относительно свободным их пересечением в других регионах мира борьба с террором перестала быть делом одной страны и даже одного военно-политического блока.
Террористический интернационал – уже реальность. Антитеррористический – увы, нет
Более того, сама структура НАТО, предназначенная, что бы ни говорили пронатовские стратеги, лишь для одного – противодействия России – в принципе не способна справиться с другими вызовами. А судя по тому, что после начала российской операции в Сирии представители НАТО массово критиковали Москву, но противопоставить ВКС России ничего не смогли, со своей основной задачей этот блок тоже не справляется.
Страны Восточной Европы вступали в НАТО для обеспечения безопасности. Слово «Россия» не звучало, но подразумевалось. Воссоединение с Крымом было интерпретировано как возрождение «агрессивной советской политики», руководство прибалтийских республик и Польши начало запугивать своих граждан и требовать от США немедленно разместить в их странах максимально возможный военный контингент. Правда, когда чернокожие американские солдаты прибыли в Эстонию, они немедленно подверглись нападениям местных расистов, так что встал вопрос – кто защитит защитников от защищаемых?
Санкции против России были введены США и Евросоюзом после Крыма и усилены после Донбасса, но все ли помнят, как развивались события? Напомним.
«Пророссийский» Виктор Янукович после того, как победил на президентских выборах «прозападную» Юлию Тимошенко, объявил о том, что начатая Виктором Ющенко политика евроинтеграции будет продолжена. Тимошенко была отправлена в тюрьму за то, что якобы заключила невыгодный Украине договор с Россией. Еще раз, для тех, кто не понял – Янукович на протяжении всех лет своего бесславно закончившегося президентства занимался евроинтеграцией и сажал в тюрьму политических противников за то, что они якобы действуют в интересах России. Москва регулярно заявляла о своем беспокойстве из-за некоторых экономических аспектов украинской евроинтеграции, но из Брюсселя и Киева приходили однотипные ответы: «Это не ваше дело».
Когда осенью 2013 года Виктору Януковичу с цифрами в руках показали предстоящие потери, он заявил о приостановке (только приостановке, не отказе) подписания договора об ассоциации с ЕС. Дальнейшие события все помнят – украинского президента объявили российской марионеткой, затем свергли, затем новые власти тоже выяснили, что подписание экономической части договора обрушит украинскую экономику, в результате было принято решение отложить ее вступление в действие на январь 2016 года. И сейчас украинское правительство судорожно пытается придумать, как же жить дальше.
Зафиксируем этот момент. Первопричина противостояния – демонстративный отказ Евросоюза учитывать экономические интересы России в ходе переговоров с Украиной. Ни о какой геополитике и вообще о политике речи не велось. Однако на каждое обеспокоенное заявление России следовали написанные как будто под копирку заявления США и ЕС о том, что это «имперские комплексы» и Москва лезет не в свое дело.
Все кончилось так, как кончилось – украинская экономика находится на последнем издыхании, и на ее восстановление хотя бы до уровня 2013 года могут уйти десятилетия, ущерб России от санкций составил десятки миллиардов евро, но и ЕС понес сравнимые потери от российских антисанкций.
Пока Россия и Европа глубоко увязли в украинских событиях, в Сирии и Ираке ИГИЛ* добивалось все новых и новых успехов. Американские авиаудары сложно назвать иначе, чем имитацией борьбы – вряд ли кто-то забыл, как американцы умеют бомбить на самом деле. Достаточно вспомнить Югославию, Ирак, Вьетнам.
Только напоминающий паводок в горах поток беженцев навел европейцев на мысль о том, что что-то пошло не так. Но редкие призывы подумать о вызвавшей их появление причине – разрушении государственности в Ираке, Сирии, Ливии – оказались погребены под потоком бравурных заявлений: «примем всех», «накормим всех», «поможем всем».
Теракты в Париже – это вовсе не последствия политики по отношению к беженцам, как кто-то пытается это представить. Это закономерный итог всей европейской политики последних двух с половиной десятилетий. Когда во время холодной войны Западная Европа возложила обязанности по своей защите на США, это было логично – только американская военная машина могла бы противостоять советской в случае гипотетического столкновения.
После того, как противостояние двух блоков закончилось, должны были исчезнуть оба блока, ведь после войны демобилизуются солдаты и победившей, и побежденной армий, но НАТО, подобно раковой опухоли, пустило метастазы во все европейские страны, до которых смогло дотянуться.
События в Париже стали возможны из-за трех главных причин:
- отказ европейцев самим обеспечивать свою безопасность и – шире – отказ от самостоятельной внешней политики в принципе;
- следование в фарватере американской политики, причем зачастую – вопреки собственным интересам Европы;
- отказ включать Россию в систему общей безопасности.
Аналогичным образом теракты в Москве и других городах России стали возможными во многом из-за того, что террористов, с которыми воевали российская армия и (о чем не следует забывать) чеченские отряды самообороны, в Европе называли «повстанцами» и «борцами за свободу», всячески привечали и финансировали.
А накануне теракта в Бостоне российская ФСБ предупреждала и ЦРУ, и ФБР о Тамерлане Царнаеве. Эти предупреждения были проигнорированы. Как тогда сообщали агентства, по словам «высокопоставленного чиновника Госдепартамента, подобная реакция американских спецслужб объясняется тем, что они привыкли считать большую часть российских антитеррористических данных по поводу терроризма подозрительными, поскольку московские списки обычно включают правозащитников и диссидентов».
Сейчас спецслужбы Ирака уведомили о том, что сообщали коллегам во Франции, США и Иране о планируемых в этих странах терактах. Интересно, там тоже шла речь о «правозащитниках и диссидентах»?
В настоящий момент позиции руководства ООН и России полностью совпадают. «Хорошо понимаем, что справиться с террористической угрозой и помочь миллионам людей, лишившихся дома, можно, только объединив усилия всего мирового сообщества», – заявил Владимир Путин на неформальной встрече лидеров стран БРИКС в рамках саммита G20 в турецкой Анталье.
Генсек ООН Пан Ги Мун, в свою очередь, сказал: «Я призываю членов СБ ООН, особенно пять постоянных членов, чтобы они проявили солидарность и гибкость по вопросу урегулирования в Сирии, как они это сделали в случае с переговорами по иранской ядерной программе».
О необходимости объединения усилий с Россией в борьбе с ИГИЛ заявили также экс-президент Франции Николя Саркози и бывший главнокомандующий НАТО в Европе Джеймс Ставридис.
Судя по словам действующих еврочиновников, для них кардинальное изменение ситуации пока не очевидно. Отмена санкций против Москвы произойдет только после того, как будут выполнены минские договоренности, заявили Дональд Туск и Жан-Клод Юнкер в кулуарах саммита «большой двадцатки». Кстати, судя по сообщениям из Донбасса, Киев, похоже, решил воспользоваться тем, что внимание мирового сообщества приковано к событиям в Париже, и вновь возобновил обстрел территорий, подконтрольных ДНР. Но, разумеется, виновата Россия, какие ж еще варианты?
Фактически перед Евросоюзом сейчас стоит очень простой выбор. Либо прислушаться к голосу здравого смысла, забыть воображаемую «российскую угрозу» и объединить усилия с Россией, Китаем, Ираном и другими странами в борьбе с ИГИЛ и прочими вызовами всему человечеству. Либо зажмурить глаза и продолжить делать вид, что все идет по плану, а теракты – это случайность, а вовсе не закономерность.
Во втором случае европейцам, да и всем нам, можно только посочувствовать. Террористический интернационал – уже реальность. Антитеррористический – увы, нет.
#{bigimage=957148}
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ