То, что для Навального 9 сентября важнее 8-го, было понятно с самого начала кампании. Хотя московская власть надеялась, что участие Навального в выборах придаст им легитимности в глазах «болотного» меньшинства, сам кандидат вовсе не собирался ограничивать свои аппетиты приобретением почетного статуса «занявший второе место на выборах столичного мэра». Будучи нацеленным на слом политической системы как таковой, а точнее – даже на уничтожение лично Владимира Путина, проект «Навальный» последовательно пытается разрушить все, к чему прикасается.
Невозможно даже представить, чтобы 8-го вечером Навальный публично признал свое поражение
Российская власть в этот раз решила сменить тактику в борьбе с «оранжевыми» технологиями – не просто допустив Навального к выборам, но и помогая ему с регистрацией. Но достаточно честная кампания – насколько вообще возможно честное соревнование между имеющими абсолютно разный политический вес и известность кандидатами – и ожидаемый столь же объективный подсчет голосов не могут изменить направления движения и методы Навального.
Он строил кампанию на утверждениях о том, что власть готовит массовые фальсификации, с тем чтобы украсть у людей их голоса, а у него – победу (точнее, второй тур, о выходе в который Навального говорят только нанятые его же штабом «социологи»). Поэтому невозможно даже представить, чтобы 8-го вечером Навальный публично признал свое поражение и поблагодарил своих сторонников за поддержку. Навальный без массовых акций протеста 9 сентября – это не Навальный. И это лишнее подтверждение тому, что к демократии и выборам (так якобы любимым им и его сторонниками) этот проект не имеет вообще никакого отношения.
«Кампания Навального изначально развивалась конфликтно, и протест против нечестных итогов выборов был запрограммирован, – считает генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов. – Штаб Навального* давно уже готовится к акциям протеста – вне зависимости от того, было ли это их основной стратегией или резервной».
Навального в любом случае не удовлетворит результат, который он получит – пока наиболее вероятно, считает Орлов, что у него будет около 15 процентов:
«Я хотел бы ошибиться, но боюсь, что Навальный откажется признать итоги выборов. Опираться при этом его штаб будет на данные собственного исследования – оно уже было опубликовано, и ясно, что оно не отражает реальных общественных настроений, это манипулятивная, формирующая социология. Публикация его была не случайна – она будет использована сразу после подведения итогов для подтверждения тезиса о том, что Навальный вышел во второй тур. И якобы украденный второй тур и будет основанием для митингов протеста».
Навальный изначально взял курс на делегитимацию выборов, и он рассчитывает не на электоральную, а на внеэлекторальную победу, говорит член Общественной палаты РФ, проректор РЭУ им. Плеханова Сергей Марков. Поэтому акция протеста, несомненно, нужна Навальному – в том числе и для того, чтобы обучать «оранжевую» политическую пехоту: «Политический актив не должен застаиваться, они должны все время быть в тонусе. Все его сторонники ждут акций протеста, и он будет их проводить».
Но сделать акции массовыми не получится, считает Марков:
«Во-первых, потому что протестная волна идет на спад, а во-вторых – по причине очевидной популярности Собянина и честного проведения выборов. Все это снизит протест. Но все равно какие-то люди выйдут – есть ядро его актива, сейчас их называют «сектой Навального», они, конечно, будут участвовать. Заодно появится возможность оценить количественный объем этого ядра».
Вопрос в том, удастся ли недовольство волонтеров Навального превратить в относительно массовые акции. На взгляд Дмитрия Орлова, те обстоятельства, в которых проходит избирательная кампания, не позволяют значительной части населения сомневаться в законности выборов и легитимности их итогов: «какую-то часть сторонников и волонтеров Навальному удастся мобилизовать на эти акции, но вряд ли ему удастся выйти за пределы этой аудитории».
Навальному чрезвычайно важно вывести как можно больше людей на улицу – причем не просто костяк своих сторонников, но и массовку. Нужно обучить организаторов – тех, кто будет призывать людей выйти на митинг. Работа над этим уже идет.
«Для того, чтобы добиться эффективности, нужно рекрутировать людей заранее, и, конечно, это будет сделано, – говорит Дмитрий Орлов. – Сейчас идет подготовительная работа, создаются сети. Например, готовятся работники штаба и волонтеры, которые будут сообщать в соцсетях о нарушениях при голосовании, рассылать приглашения на митинг».
Наблюдатели от Навального, которые будут на участках, и активисты движения «Голос» (один из экспертов которого, Бузин, является представителем Навального в Мосгоризбиркоме) и станут тем организационным центром, который обратится к людям по поводу «украденного второго тура», отмечает Орлов.
Но основная часть рекрутирования, по мнению политолога, будет происходить уже после голосования, потому что будет повод для обращения к массе избирателей. Сейчас для этого нет главного – послания, с которым нужно обращаться к людям.
Оценивать возможные масштабы акций 9 сентября можно будет после того, как 6-го числа пройдет предвыборный митинг Навального на проспекте Сахарова. Хотя, конечно, лишь небольшая часть из тех, кто пойдет на последнюю встречу кандидата с избирателями, готовы выйти протестовать по поводу «украденного второго тура» – далеко не все сторонники Навального поверят в «массовые фальсификации». Между тем Навальному нужен именно масштабный митинг.
«В штабе Навального, конечно, продумывают вариант перевода митинга 9 сентября в формат постоянной акции протеста, в аналог Майдана, – говорит Сергей Марков. – И если митинг будет достаточно большой, то они постараются это сделать. Но все предыдущие их попытки показали, что шансов на это у них нет».
По мнению политолога, есть еще одна важная причина, по которой радикализации протеста не произойдет:
«Я думаю, что те люди, которые считают правильным использовать Навального для легитимизации выборного процесса, освободили его, помогли с регистрацией, постараются заключить с ним договор об обмене условного срока на отсутствие массовых акций, подрывающих легитимность выборов. И сам Навальный заинтересован в подобном договоре – никому не хочется сидеть пять лет, даже три года. Но хотя он лично склонен к компромиссу, в итоге окончательное решение о стратегии примет не только он – Навальный является проектом, зависимым человеком. Так что вполне вероятно, что «важные люди» уже приняли решение, что он должен посидеть два–три года».
Но не посчитает ли Навальный, что раз ему все равно сидеть, то он может спокойно играть на обострение и нарываться на задержание и другой срок – уже за акции неповиновения и призывы к беспорядкам в Москве?
«У них есть стратегия на раскачивание лодки, на делегитимацию выборов, на создание пехоты для массовых акций, – говорит Марков. – Но при этом они понимают, что много народу 9 сентября не выйдет – и будет пшик. Вместе с желанием Навального получить условный срок все это балансирует на чаше весов, и пока нельзя предсказать, что перевесит».
Ожидать, что к протестным акциям Навального подключатся другие кандидаты в мэры, не стоит.
«Поддержку акций со стороны Митрохина, Мельникова или других кандидатов я исключаю, – говорит Дмитрий Орлов, – во-первых, потому что власти действовали чисто, и значимых нарушений на выборах не будет, а во-вторых, потому что политические интересы парламентской оппозиции существенно расходятся с интересами Навального – им надо укреплять свое представительство в городе накануне предстоящих в 2014 году выборов в Мосгордуму. А стратегия Навального неизменно рассчитана на расшатывание ситуации».
Не совсем ясно, что будет расшатывать Навальный после 9 сентября. Акции протеста отшумят – и куда идти тогда?
«Серьезной проблемой для Навального станет то, что после выборов наступит 10-месячное затишье, и делать в политике будет особо нечего, – говорит Сергей Марков. – Для него станет сложной задачей придумать, чем бы занять очень активных, да еще и разнотипных людей. Какое-то время он сможет занять их акциями протеста против приговора – судя по его интервью Собчак, он сам верит (или делает вид) в то, что его освободили в результате того, что в Москве на улицу вышли люди. Сейчас он будет выводить массы людей с требованием отмены приговора – надеясь, что в результате приговор будет заменен на условный».
В случае, если приговор Навальному будет заменен на условный, он займется формированием собственных структур и постановкой перед ними политических задач, считает Марков:
«У него сейчас есть некоторые проекты, которые могут разворачиваться – например, партия «Народный альянс», движение «Народ», – и теперь ему нужно будет, чтобы те люди, которые работали на его избирательную кампанию, вошли в постоянно действующую структуру. Причем, учитывая, что современный мир многоаспектный, и разные люди пришли к нему по разным причинам, это должна быть не одна структура, а некий комок структур. Такая многоядерная структура позволит абсорбировать людей с разными мотивациями. Тем, кто ставит на экскалацию и жесткую уличную борьбу, Навальный предложит отдельные варианты, чтобы у них не было отчуждения – может быть, какие-то регулярные митинги по типу «31-го числа», марши, клубы дебатов, может быть, какие-то поездки в регионы».
Изначально весь смысл проекта «Навальный» был в сочетании популизма, национализма и приверженности западным ценностям. Именно по этому критерию он и был в свое время отобран, отмечает Марков:
«По всем теориям лидер «цветной» революции должен быть харизматичным прозападным националистом. В этом смысле Навальный подобран нормально. В свое время его отобрали люди Браудера, а потом уже подхватили и рекомендовали американцам Альбац, Каспаров и Гуриев». В последнее время, впрочем, Навальный дрейфовал больше в сторону либерализма – в ущерб национализму.
«Навальный не закрывает дверь в правую сторону – хотя человеку, который поддерживает гей-парады, будет сложно найти общий язык с националистами. Но все-таки он в основном движется в либеральном, западном направлении. Потому что ему нужна Москва, и вовсе не в электоральном смысле – просто ведь революции делаются в столице».
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ