США придется в 2014 году решать целый ряд внешнеполитических вопросов совместно с Россией.
Мы настроены на сотрудничество, где оно возможно, и готовы к разногласиям, где они неизбежны
Об этом в интервью ИТАР-ТАСС заявил заместитель руководителя Совета национальной безопасности США, внешнеполитический советник президента Барака Обамы Бен Родс.
По его словам, предстоящий год покажет, «возможно ли для нас соглашение с Ираном, и Россия будет находиться за столом этих переговоров». Кроме того, напомнил он, наступающий год станет «заключительным годом военной миссии в Афганистане». «И Россия для нас – ключевой партнер по Афганистану, как в плане обеспечения транзита, так и в поддержке сохранения стабильности в Афганистане», – подчеркнул Родс.
Останется на совместной повестке дня и ситуация в Сирии. Он напомнил, что достигнутое ранее соглашение об уничтожении сирийского химического оружия, инициатором которого выступила Москва, было бы «невозможно без двустороннего сотрудничества США и России».
Актуальной останется и проблема ядерной программы Северной Кореи, которая также не может решаться без участия России. «То есть имеется целый ряд вопросов, которые будут находиться на авансцене в 2014 году. И по многим из них развитие событий зависит от сотрудничества между США и Россией», – резюмировал Родс.
По его словам, стороны продолжат сотрудничать в вопросе борьбы с терроризмом. «Мы также тесно координируем усилия с Россией в преддверии Олимпиады в Сочи. У нас общее стремление совместно отразить любые террористические угрозы для этих Игр», – пояснил он.
Вместе с тем он признал, что между Москвой и Вашингтоном «будут сохраняться разногласия». «Это составная часть наших отношений с Россией. Но наш подход неизменен: мы настроены на сотрудничество, где оно возможно, и готовы к разногласиям, где они неизбежны. Мы откровенно говорим о таких разногласиях», – добавил советник главы Белого дома.
В частности, напомнил он, в течение этого года между странами сохранялась напряженность, вызванная присутствием в России экс-сотрудника ЦРУ Эдварда Сноудена, получившего убежище в Москве. «К тому же, честно говоря, нам не удалось добиться такого прогресса, на который мы рассчитывали, в таких областях, как контроль над вооружениями и противоракетная оборона, где, на наш взгляд, присутствует основа для продолжения американо-российского сотрудничества после реализации нового ДСНВ. Хотелось бы, чтобы новый год был более позитивным», – заметил Родс.
Советник не стал упоминать о такой проблеме в двусторонних отношениях, как «список Магнитского», о расширении которого вновь стали говорить в США. Впрочем, как накануне заявил глава международного думского комитета Алексей Пушков, данный документ уже не является сильным раздражителем в отношениях Москвы и Вашингтона. В частности, по его словам, и «закон Магнитского», и принятый в России «закон Димы Яковлева», которые определили конец 2012 года, «сейчас уже воспринимаются иначе». «Закон Магнитского в известной степени сошел на нет как средство нанесения ущерба российско-американским отношениям, как он и задумывался, а «закон Димы Яковлева» себя оправдал», – отметил депутат.
По его мнению, так называемый закон Магнитского является «политической пустышкой». «Это абсолютно искусственный закон, который выразил желание части некоторого политического класса в США создать неприятности для России, но он не стал началом новой политики США по отношению к РФ. Администрация Обамы не считает, что этот закон должен превращаться в политическую кувалду, которая будет разрушать остатки здания отношений США и России», – полагает он.
Зампредседателя комитета Госдумы по международным делам Леонид Калашников согласен с тем, что на международной арене двум государствам удалось эффективно сотрудничать. «С точки зрения многосторонней повестки, особенно ближневосточной, видны явные сдвиги, и это связано, в том числе, с очевидным признанием роли России в этом процессе», – заявил депутат газете ВЗГЛЯД.
По мнению Калашникова, если раньше эта роль просто игнорировалась, «то после того как решение проблемы с сирийским химическим оружием было найдено не без нашего серьезного участия, мнение России стало учитываться и в других вопросах – в частности, в переговорах о судьбе иранской атомной программы, в которых, казалось, все идет в тупик».
По мнению депутата, на изменение позиции Вашингтона мог повлиять и инцидент с нападением на консульство США в ливийском Бенгази в сентябре 2012 года. Напомним, тогда, во время атаки боевиков, погиб американский посол в Ливии Кристофер Стивенс. «Случаи, подобные этому, подтолкнули спецслужбы США и дипломатические структуры к признанию того, что процесс расползания оружия (в том числе того вооружения, которое поставляется группировкам, воюющим в Сирии) стал неконтролируемым, что проявилось и в использовании боевиками химического оружия», – отмечает депутат Калашников.
Это, отмечает он, навело американцев на мысль о том, что надо прислушаться к мнению России и попробовать воспользоваться тем влиянием, которое Москва может оказать на правительство Башара Асада, «что и было сделано». «Итак, в том, что касается многосторонней повестки дня, можно похвастать определенными подвижками в отношениях с Соединенными Штатами, – подчеркивает депутат. – Но в двусторонних отношениях такие подвижки еще впереди, пока что им мешает вопрос о противоракетной обороне».
По мнению Калашникова, «в вопросе об американской ПРО может быть найдена развязка». Она, полагает депутат, уже вырисовывается, учитывая заявление главы российского МИДа Сергея Лаврова о том, что реализация договоренностей по Ирану снимет причину создания ПРО в Европе, а также переговоры министра обороны России Сергея Шойгу с американским коллегой Чаком Хейгелом. «Мы движемся к какой-то развязке, поскольку американцы не могут не понимать, что оставлять вопрос в подвешенном состоянии означает ввергнуть и нас, и их в очередную гонку вооружений», – отмечает депутат Калашников.
Тот факт, что Россия не только не теряет, но и укрепляет свои международные позиции, все чаще стали признавать на Западе. Так, накануне на это указал бывший посол Великобритании в Москве сэр Тони Брентон. «Россия, как и многие страны (но не страны Евросоюза), строит взаимоотношения с другими государствами, руководствуясь своими национальными интересами. В Сирии русские заметили задолго до Запада, что режим Асада, каким бы неприятным он ни был, представляет намного меньшую угрозу их (и нашей) безопасности, нежели альтернатива в виде «Аль-Каиды*». Затем у России появилась возможность отвлечь всеобщее внимание на вопрос химического оружия и таким образом дать своему союзнику Башару Асаду больше пространства для победы в войне», – написал Брентон в письме, опубликованном в Financial Times.
Комментируя тему протестов на Украине, дипломат отметил, что, «соревнуясь за влияние с ЕС, Россия просто использовала деньги и, безусловно, давление, чтобы взять первенство. В такие состязания вступают с целью победить – России это известно, а ЕС – нет».
«Это страна с огромной территорией и богатыми ресурсами, которая постоянно участвует в принятии крупных международных решений, например, по ядерным программам Ирана и Северной Кореи, которая нашла себе союзника по многим важным вопросам в лице Китая. Также стоит отметить, что Россия на протяжении 40 лет сумела оставаться супердержавой, таща на себе неэффективную коммунистическую экономику», – добавил он, упрекнув Запад за его позицию относительно возможного бойкота Олимпиады в Сочи.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ