Отказ Алексея Навального от участия в «Русском марше» и одновременная же поддержка им этого мероприятия вызвали бурную реакцию в среде белоленточной оппозиции. Либералы упрекали своего вождя в национализме и разжигании, каялись в том, что поддерживали его раньше.
«Выходит, я ошибался, полагая, что националистическая чушь была для Алексея Навального юношеским недугом, которым он уже отболел. Не отболел, – написал Борис Акунин. – А это означает (во всяком случае, для меня), что до политика общероссийского уровня этот человек еще не вырос. Может быть, со временем. Способности у него для этого имеются, но одних способностей тут недостаточно. Извините, что приходится повторять азбучные истины, но в стране, где живет много наций, любое политическое движение с этническим уклоном чревато погромами, а то и распадом страны... И пока Навальный этого не поймет, пусть лучше остается борцом с шубохранилищами, распилами и нечестными тарифами ЖКХ. Это все дела важные, нужные и для страны неопасные».
Либеральный протестный проект, в который, как в прокрустово ложе, Навального пытаются затолкнуть, для него абсолютно неорганичен – по взглядам он радикальный националист
Навальный отвечал, что именно от либералов зависит, будет ли марш выглядеть как «нормальное шествие консервативно настроенных граждан – мужчин и женщин, вышедших заявить о своих законных правах», и что именно за такой марш он и выступает. Либералы называли Навального недостойным звания лидера общедемократического фронта, а он упрекал «либерально-демократическую» общественность в том, что она не желает «принимать на себя часть ответственности за цивилизованное развитие национализма», говорил о том, что нужно сгруппироваться, а «там, глядишь, и обнаружим снова, что все в одном марше участвуем».
Не похоже, чтобы убедил, – так, Сергей Пархоменко* объяснил, что раньше он отвечал на вопросы о своем отношении к «заигрываниям Навального с национализмом» так: «Эти националистические заигрывания кажутся обидной и опасной ошибкой Навального и признаком его политического нездоровья, но, как и в случае со всякой другой болезнью, полагаю, что постановка диагноза не повод, чтобы тут же отвернуться от страдающего, рассориться с ним, обидеться на него, бросить его наедине с недугом». А теперь Пархоменко видит, что «недуг берет свое, зашел еще глубже, потребуется гораздо больше усилий, чтоб от него избавиться».
Кто-то страдает и болен. Судя по текстам Навального – и уж тем более по его прошлым высказываниям, ему всегда была гораздо ближе идеология «Русского марша», чем Болотной. При этом основные усилия по раскрутке «такого же, как вы, простого парня» Алексея Навального предпринимают как раз либеральные идеологи и организаторы белоленточного движения. И этому противоречию есть очень простое объяснение.
Простой русский парень
«Проект Навальный» и сам гражданин Навальный имеют много отличий. Если первый – это якобы бесстрашный борец с коррупцией и беззаконием, то второй никогда в своей карьере не гнушался, мягко говоря, сомнительными схемами и заработками. Если «проект Навальный» нацелен на снос Владимира Путина в интересах отечественной олигархии и англосаксонских элит, то сам Алексей лишь хочет сделать успешную карьеру. Если в первом случае это «лидер движения сопротивления антинародному режиму», то во втором – популист и демагог.
«Проект Навальный» эксплуатирует идеал столичного креативного класса – построим в России «такое же, как в Европе», тем более что и «Запад нам поможет». И его сторонники, будучи космополитами, естественно, очень не любят националистов. Но любят Алексея Навального – до той поры, пока он работает на свержение Путина в рамках «проекта Навальный». И не просто позволяют ему быть националистом – ведь это является одним из обязательных условий успеха проекта, – а прямо-таки делают ставку на это.
«Любой лидер «оранжевой революции» должен объединить в себе западную поддержку, популизм и обязательно национализм, – говорит член Общественной палаты РФ, проректор РГЭУ им. Плеханова Сергей Марков. – Но как объединить русский национализм с западничеством? Это украинский или грузинский национализм объединяется с западничеством, потому что они антирусские. А в России это невозможно. Поэтому пошли по простому пути – доверенным лицам из либералов шепнули: Навальному разрешено. А остальные-то и не знают, они не в курсе. Собственно, только эти люди и возмущаются».
У антипутинского движения очень долго не было лидера – и все были озабочены этим и искали его, – продолжает Марков. – Нашли Навального, причем нашли те, кто сам не мог быть лидером. Евгения Альбац*, Сергей Гуриев, Гарри Каспаров – как раз те, кто рекомендовал Навального на спецпрограмму Йельского университета.
Навальный не является органичным, саморазвивающимся и обладающим собственной динамикой проектом, говорит генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов:
«Это проект, который нужно все время стимулировать. Участие Навального в движении «Народ», которое конструировал Белковский, борьба Навального с коррупцией и кампания против «жуликов и воров», выдвижение его кандидатуры на выборах мэра Москвы – политтехнологические проекты, которые призваны его раскрутить. Но вне этой раскрутки он теряется, почему-то не реагирует на очевидные вызовы, такие как Бирюлево, которое он проспал.
Жизнь Навального в российской политике вне этих проектов показывает, что он не является органичным политиком, политиком от Бога, считает Орлов. Навальный – раскручиваемый политик, проектный, но его проблема в том, что в России не принимают проектных политиков, говорит эксперт. Если говорить о долгосрочном восприятии политика, то люди востребуют политиков органичного типа, таких как Путин, Жириновский, Зюганов.
По мнению Дмитрия Орлова, Навальный неорганичен, именно поэтому ему приходится участвовать в политических проектах, ограниченных по времени и задачам, именно поэтому ему приходится объясняться с различными частями своего электората, которые прямо противоположны друг другу. Либеральный протестный проект, в который, как в прокрустово ложе, его пытаются затолкнуть, для Навального абсолютно неорганичен – по взглядам он радикальный националист, говорит эксперт, и образ борца за свободу для него неорганичен:
«Все это порождает и внутренний конфликт, и конфликт в его окружении, и конфликт между теми электоральными группами, которые его поддерживают. Главная проблема Навального – это попытка совместить несовместимое, – считает Дмитрий Орлов. – Совместить «Русский марш» и либеральное протестное движение невозможно – Навальному придется выбирать между радикальными националистами и либеральным протестным движением. Но Навальный не может сделать этот выбор, поэтому ему приходится постоянно оправдываться между двумя этими группами поддержки. Навальный пытается усидеть на двух стульях, но для большинства его политических союзников и большинства его электората это невозможно. Две группы его поддержки очень различны в идеологическом и политическом смыслах, и каждая будет требовать от него окончательного выбора».
Между Болотной и Люблино
Если гражданин Навальный душой и сердцем на «Русском марше», то головой он все-таки на Болотной. Потому что именно там ресурсы – медийные, властные, финансовые. Не в толпе белоленточных, а за организаторами протеста. И хотя как гражданин Навальный может даже чувствовать, что Болотная никогда не придет к власти, а массовую поддержку может дать как раз образ русского националиста, уйти с Болотной Навальный никогда не сможет.
А если вдруг взбрыкнет и решит порвать с кукловодами или просто захочет дальше самостоятельно «расти на национальной почве», его просто отключат от сети. И на его место в «проекте Навальный» будут срочно подбирать другого. Это будет долго и сложно, но претендентов на замену хоть отбавляй.
«Очень много сил было потрачено на раскрутку Навального, по ходу которой практически все более-менее раскрученные протестные политики были вынуждены уйти в тень», – говорит Дмитрий Орлов. Но из тени можно и выйти. А главное, авторы сценария не могут переписывать пьесу ради одного возомнившего о себе актера, пускай даже и имеющего столько поклонников. Пока что Навальный еще понимает, что, уходя от либералов, он не начнет сольную карьеру, а рискует оказаться в политическом забвении.
«Если Навальный уйдет из либерального проекта, он сразу превратится в маргинального политика, – считает Дмитрий Орлов. – Навальный не может сделать ставку на ту часть сетевого сообщества и политических активистов, которую представляют радикальные националисты, потому что он сразу выйдет за рамки приемлемого в политическом поле».
По мнению эксперта, сейчас человек, который, условно говоря, идет во главе «Русского марша», вряд ли может на что-то рассчитывать в российской политике. Орлов напоминает, что Навальный был блогером – борцом с коррупцией и лидером маргинального движения «Народ», в этих двух ипостасях он может сохраниться и без поддержки либерального протестного движения:
«Но быть политиком, который претендует на национальное лидерство, при поддержке «Русского марша» он не сможет. Альтернативы Болотной для него нет, он обречен на сотрудничество с либералами, на эту неорганичность. Эта двойственность будет сохраняться и может стать тем фактором, который погубит его».
Погубит не гражданина Навального, а сам «проект Навальный».
* Признан(а) в РФ иностранным агентом