Во вторник латвийский правозащитник Владимир Бузаев выиграл в Риге в окружном административном суде процесс о праве одной из русскоязычных жительниц республики писать фамилию без искажений.
Мы свое дело сделали: мы инициировали процесс, и как видите, кое-что выигрываем
Ранее латвийский минюст отказал Галине в присвоении ей и ее детям фамилии по мужу «Введенская», мотивируя это тем, что наличие двух букв «в» в фамилии не отвечает правилам государственного языка и даже «существенно ограничивает демократическое государственное устройство».
Интересы Галины Введенской представляла в суде партия «За права человека в единой Латвии» (ЗаПЧЕЛ), которая будучи в оппозиции долгие годы представляла интересы русскоязычных, правда, не прошла в парламент на последних выборах в 2010 году.
Бывший депутат парламента от ЗаПЧЕЛ, адвокат Владимир Бузаев представлял Галину Введенскую в суде. Во вторник суд постановил, что в ее случае вмешательство в частную жизнь со стороны министерства юстиции было несоразмерным, и разрешил ей и ее детям принять фамилию мужа без искажений.
«Я надеюсь, что международные инстанции заставят выполнить Латвию принятое по иску правозащитников Райхмана и Димитрова решение Комитета по правам человека ООН о том, что облатышивание русских фамилий противоречит Международному пакту о политических и гражданских правах», – сказал Бузаев ИТАР-ТАСС.
В конце прошлого года комитет ООН по правам человека вынес решение по делу бывшего сопредседателя Латвийского комитета по правам человека Леонида Райхмана против Латвии, в котором разрешил ему использовать свое имя и фамилию в официальных документах без латышского окончания «с».
Комитет ООН признал, что изменение имени и фамилии заявителя в официальных документах считается произвольным вмешательством в частную жизнь и нарушает статью 17 Международного пакта о политических и гражданских правах. Согласно правилам латышского языка в официальных документах ко всем иноязычным именам и фамилиям мужского рода добавляется буква «с», а в женских фамилиях – «а» или «е».
Правозащитники давно пытались добиться права для местных русскоязычных жителей писать свои имена без искажений, но до сих пор их попытки оставались безрезультатными. О том, почему удалось выиграть дело Введенской, Владимир Бузаев рассказал газете ВЗГЛЯД.
Владимир Бузаев (Фото: ИТАР-ТАСС) |
ВЗГЛЯД: Владимир Викторович, вы ожидали, что суд примет вашу сторону?
Владимир Бузаев: Первый тур мы все-таки проиграли. В этот раз была апелляционная инстанция. Несмотря на то, что проблема касается подавляющего большинства национального меньшинства, то есть практически более миллиона человек, это самое распространенное нарушение прав национальных меньшинств в Латвии.
Тут в Латвии до сих пор все проигрывалось до последнего момента, в том числе в Европейском суде по правам человека. Мы проиграли два процесса по делу Лидии Кухарец, которую у нас называют «Kuhareca», и по делу Юты Менцен, которую перекрестили в «Mencena». По делу Менцен был проигран и внутренний конституционный суд. Но написание имен – самое святое. Это угрожает существованию латышского народа, демократическому государственному устройству. Поэтому выиграть было очень трудно.
Мы применяли всякие аргументы. В этом конкретном случае мы указывали на то, что двойные согласные разрешены. То есть упирали не на то, что у ограничения нет легитимной цели, как говорят юристы, а на то, что оно в данном случае несоразмерно. Так что это стал третий случай, когда что-то удалось выиграть у Латвии. Это большой плюс. Надеюсь, это не последний успех.
ВЗГЛЯД: Каковы ваши дальнейшие действия после этого успеха?
В.Б.: Латвийский комитет по правам человека выиграл очень длительный и сложный процесс в Комитете по правам человека ООН. Этот комитет в известной степени – аналог Европейского суда по правам человека, только его юрисдикция распространяется на весь мир. И там мы выиграли ключевое искажение имени и фамилии. Сопредседатель нашего комитета Леонид Райхман был превращен в «Leonīds Raihmans», с чем он был не согласен.
В принципе это прецедентный случай, но правительство, оно же опытное. Неисполнение приговоров двух этих самых авторитетных международных инстанций – это уже скорее не исключение, а правило. Они пока держат оборону, пытаются всячески затянуть, под каким-то предлогом переиграть. И что делать в таком случае, мы, честно говоря, не знаем.
В том числе мы надеемся на поддержку России. Потому что она представлена в Совете Европы, которому принадлежит Европейский суд, и в ООН. Поэтому вопрос к России: что делать? Мы надеемся, что лучшие специалисты из Москвы скажут нам, как быть. Мы свое дело сделали: мы инициировали процесс, и как видите, кое-что выигрываем.
ВЗГЛЯД: Со стороны России вы рассчитываете также на поддержку МИДа или партий?
В.Б.: Есть же академические институты, в конце концов. Россия все-таки не Советский Союз, но многое в ней сохранилось, и поэтому она знает, как вести себя в данной ситуации. В том числе, конечно, и МИД, и представители России при международных структурах должны, в общем-то, предъявлять интерес к этому новому явлению, когда Латвия, например, отказывается выполнять приговор Европейского суда по делу о пенсиях негражданам. Мы надеемся, в том числе, и на политические дебаты.
ВЗГЛЯД: Какую позицию занимает посольство России в Риге? Там знают о невыполнении в Латвии судебных решений?
В.Б.: Посольство в курсе всех проблем соотечественников. По крайней мере, они не стесняются приглашать меня и других специалистов. Внимательно выслушивают по собственной инициативе. И контакт есть.