– Сергей Александрович, в повестке предстоящих переговоров Дмитрия Медведева с Бараком Обамой в числе прочих заявлена и тема ПРО. Россия не раз предъявляла Вашингтону свои претензии по этому поводу, утверждая, что ей непонятны цели размещения противоракет вдоль своих границ. Как вы думаете, президенту наконец удастся получить от своего американского коллеги внятные разъяснения?
– На самом деле, мы делаем вид, что нам что-то непонятно, так что я не думаю, что этот вопрос будет серьезно обсуждаться. Все понимают, что ПРО находится в Польше лишь потому, что поляки отчаянно торговались с США, чтобы получить от них хоть что-то взамен на ее размещение. Однако в результате их «кинули», а затем решили в качестве утешения дать приз. Впрочем, никакого значения размещение «Пэтриотов» в Польше не имеет, так как они являются элементами тактической ПРО. Другое дело, что американцы не посоветовались с нами, никаких объяснений по этому вопросу мы не получили, поэтому у нас и стали возникать разнообразные вопросы. Тем более что одновременно с этим американцы объявили о возможности создания ПРО в Болгарии и Румынии, тоже вопреки договоренностям не посоветовавшись с нами.
Обама находится под жестким давлением республиканцев, обвиняющих его в сдаче американских интересов
– Одновременно нам предлагают создать совместную ПРО. России на самом деле интересно это предложение?
– Вся эта идея мало чего стоит, так как у американцев нет концепции создания такой ПРО. Даже неизвестно, против чего ее развертывать
– Наверное, как и ПРО в Европе, то есть против Ирана?
– Но у Ирана нет таких ракет, против которых должна работать ПРО. Пока нет. Во-вторых, нет технических характеристик этих ракет, а те ракеты, которые называются, известны тем, что они никуда не попадают. Тем более что американцы говорят о том, что они никогда не подчинят свою тактическую ПРО кому бы то ни было, поэтому остается непонятным, на какой основе может строиться эта совместная ПРО. Ведь таких систем, кроме как в России и США, нет ни у одной европейской страны.
|
– То есть все эти разговоры – лишь декларация о намерениях?
– Именно что разговоры о разговорах. И неизвестно, будут ли эти намерения когда-нибудь воплощены. Дело в том, что нынешняя администрация США вынуждена говорить о развертывании чего-либо вместо отмененных планов прежней администрации, потому что она находится под жестким давлением республиканцев, обвиняющих Барака Обаму в сдаче американских интересов. Другое дело, что нам все равно нужно обсуждать подобные вопросы, чтобы между двумя странами не возникло недопонимания.
– Недавно российский лидер выступил с критикой решении администрации Обамы ввести односторонние санкции против Ирана. То есть позиции двух государств по ядерной проблеме исламской республики вновь разошлись?
– Это нормальная дипломатическая борьба. Хотя односторонние санкции нарушают дух наших договоренностей, тем не менее американцы имеют право вводить собственные санкции. Но только в случае, если они не касаются третьих стран.
– Но ведь беспокойство Москвы как раз и вызывает то обстоятельство, что американские антииранские санкции могут отразиться на нас...
– Если эти санкции коснутся, например, российских компаний, то это станет открытым нарушением международного права.
– И что мы сможем предпринять в ответ?
– Там будет видно. Тем более надо учитывать, что наши американские коллеги прекрасно понимают, что если они зайдут слишком далеко, то они лишатся являющейся ключевой для них поддержки России. Потому что если Россия перестанет поддерживать в иранском вопросе США, ее примеру последует Китай, и тогда вся созданная ими схема развалится. Поэтому я думаю, что ни американские, ни европейские новые односторонние санкции никоим образом не коснутся российских компаний.
– Глава думского международного комитета Константин Косачев заявил о том, что хотя российско-иранская сделка по поставке Тегерану противоракетных комплексов С-300 не попадает под санкции, однако реализация контракта со стороны Москвы будет противоречить духу международных партнерских отношений, поэтому ее не стоит доводить до конца. На ваш взгляд, Москве стоит отказаться от этой сделки?
– Фактически уже отказалась, так как ее выполнение приостановлено. Но если мы вновь разругаемся с американцами, то доведем контракт до конца. Совершенно очевидно, что эти ракеты используются в качестве предмета торга. Речь идет о том, что ракеты мы поставить можем. И тем самым предостерегаем США от совершения каких-либо односторонних шагов. Это как два фехтовальщика демонстрируют друг другу свои возможности и намечают удары.