Массовые беспорядки в центре Москвы, в результате которых пострадали десятки человек, в том числе работники правоохранительных органов, были спровоцированы не футбольными фанатами, а определенным кругом лиц. В этом уверен президент Фонда эффективной политики Глеб Павловский. В интервью газете ВЗГЛЯД Павловский рассказал, что власти должны сделать для поимки организаторов, кто на самом деле мог стоять за провокациями и как предотвратить повторение подобных ситуаций в будущем.
То, что происходило на Манежной площади, происходило в отсутствие всех якобы важных участников нашей политической системы
ВЗГЛЯД: Какие выводы должна сделать «Единая Россия»? Как она должна реагировать на подобные события?
Глеб Павловский: Если партия считает себя правящей, то должна. Даже оппозиционные партии должны сделать вывод. Реакция «Единой России» должна быть разнообразной. Для начала она должна выяснить, где она сама была все это время. Планы националистов и фанатов были хорошо известны, даже графики маршрутов. Все это обсуждалось на форумах. А партия не предложила никакого решения и не сделала никакой попытки для разрядки напряженности, не организовала никаких встреч сторон конфликта. Не высказала никакой позиции после того, что происходило после убийства Свиридова, – по поводу тех возмутительных подробностей с освобождением то ли свидетелей, то ли соучастников убийства. Почему на Манежной звучали только лозунги крайних националистов? Почему не было других лозунгов? Почему свои лозунги спрятала «Единая Россия»? У нее их нет.
Проблема состоит в том, что самые авторитетные участники нашей политической системы исчезают в момент, когда они действительно нужны, когда они могут что-то сделать, доказать свое существование и авторитет всей стране. Партия ничем не проявила себя. Это очень серьезная причина, в которой надо разобраться. Кроме того, надо проследить за расследованием. Необходимо журналистское расследование. Партия могла бы стимулировать проведение журналистских расследований произошедшего на Манежной. Партия могла бы дать политическую оценку очевидной для всех кризисной стратегии напряженности, которая разворачивается не совсем понятными силами с совершенно неясными, но, скорее всего, с мерзкими целями.
#{image=468472}Все эти столкновения последнего полугодия укладываются в одну колею. Мы можем предложить, что за этим стоят силы, выступающие против курса и Медведева, и лидера партии Путина на модернизацию страны, на срыв этой политики. Это очевидно для всех. Почему молчит партия? Непонятно. Слишком много фактов отсутствия правящей партии в нашей жизни. Поэтому можно заподозрить, что она иногда правит, а иногда и не правит. Тогда возникает вопрос, а кто правит в то время, когда она отпускает руль.
ВЗГЛЯД: Какие выводы должны сделать оппозиция?
Г. П.: Оппозиция вообще должна быть подвижнее правящей партии. Оппозиция ведет себя так же, как ведет себя милиция во время слишком крупных беспорядков. Она прячется. Мы это много раз видели. Вот так же ведет себя оппозиция. Оппозиция прячется, а когда все кончилось, требует от Кремля принятия особо жестких мер. Во-первых, не факт, что жесткие меры нужны, они и без того жесткие. А результат их низкий. Видимо, нужны другие формы общения. Внесистемная оппозиция ведет себя, как ветеранский клуб в ДЕЗе, то есть как старички и старушки, которые приходят по воскресеньям обедать вместе, а вмешиваются только тогда, когда их лично задевают. В этой ситуации оппозиция не проявила себя как реальный участник политического процесса. То, что происходило на Манежной площади, происходило в отсутствие всех якобы важных участников нашей политической системы. Даже генерал Колокольцев просил, чтобы человек в маске подтвердил ему, что он на самом деле генерал, и снял маску, но тот не подтвердил и не снял. Видимо, и генерал у нас тоже не генерал.
ВЗГЛЯД: Какие задачи для Кремля усложняются, а какие упрощаются?
Г. П.: Кремль имеет дело с обществом, одновременно жестоким и инфантильным. Каждый в отдельности требует для себя защиты и одновременно расправы со своими противниками. Это очень сложная ситуация. Она подтверждает принцип Медведева, что вертикали власти мало, нужно государство, процедуры и институты которого будут уважать. Но никто не уважает ни процедур, ни институтов. И не собирается уважать. В этой ситуации кто-то должен проявить не жестокость, а силу. И этот кто-то – это президент. Я не вижу никакого другого участника политического процесса, который готов проявить силу. Повторяю, силу, а не жестокость. Потому что напустить одних зверей на других у нас много желающих, но результатом будут джунгли, причем в Москве. Поэтому президент должен взять на себя в максимально жесткой и определенной форме принять на себя вытекающий из должности главы государства мандат наиболее сильного человека в стране, который должен принудить к выполнению процедур тех, кто их не признает.
В таких случаях начинать надо с государственных служащих. Масса вопросов о том, кто организовал коридоры для националистов, чтобы они смешались с фанатами. Кто не мешал прохождению националистов и их бригадиров на Манежную площадь. Кто был провокаторами? Они на самом деле были националистами? Почему их пропустили? Это были нанятые погромщики? Возникает второй вопрос: кто их нанял? Все эти вещи несложно узнать. Все люди сейчас разговаривают по мобильным телефонам. Все кабинеты связаны обычными телефонами и «вертушками» (телефон правительственной связи – ВЗГЛЯД). Весьма вероятно, следы от каких-то мобильных приведут к следам из кабинетов с «вертушками». Кроме того, нам кто-то должен помочь начать политический разговор между ожесточенными группами общества, между национальными диаспорами, русскими национальными организациями. Это должны быть политики, но партии оказались не способны. Значит, опять-таки, должен помочь президент. В послании Федеральному собранию Медведев сказал, что общественным коммерческим организациям будет предоставлено проведение социальной политики. Мы только что видели, как бесконтрольные организации проводят национальную политику. У нас есть сильные социальные организации, которым можно это доверить. Надо заставить растормошить их. Не хватает более сильного отчетливого лидерства со стороны президента и администрации. Все остальные силы общества, такие как исполнительная и судебная власть, гражданское общество, – все в растерянности и обдумывают свою стратегию. Но кто-то должен действовать, пока другие думают. Это президент.
ВЗГЛЯД: Трансляция футбольного матча между сборными России и Японии по футболу на Манежной площади в 2002 году привела к серьезным беспорядкам. Говорит ли второй погром в центре столице о какой-то тенденции среди болельщиков или агрессия просто свойственна любой толпе молодежи?
Г. П.: Тут нет никакой связи. Это другие люди и, я думаю, другие организаторы. Это место называлось когда-то Охотный ряд и славилось сто лет назад своими погромными настроениями. В этот раз на площади был очень пестрый состав. При чем здесь фанаты? Среда была фанатской, но провоцировали и управляли ей не фанаты. Может оказаться иначе, но нам нужны данные расследования. Сейчас необходим спокойный разбор, кто что делал в эти дни. Так много было тех, кто ничего не делал, поэтому довольно легко будет выделить тех, кто действовал. Только не надо потом говорить, что это была пара парней с окраины, которые злобно настроены, и именно они все устроили. Это не так. Проблема началась с момента, когда в совершенно демонстративной и наглой форме были отпущены участники убийства Свиридова. А потом вместо того чтобы немедленно удалить от должностей руководителей тех, кто это сделал, было пропущено время. В эти ключевые дни все произошло. У людей создали ясное ощущение, что действовать надо без государства, что государство им не поможет. Это серьезный подрыв авторитета государства, уничтожающий результаты всего, что делалось последние 10 лет. За это кто-то должен отвечать. Это не могут быть парни из ближнего Подмосковья.
ВЗГЛЯД: Можно ли считать, что психологическая ситуация в стране изменилась и Манежная площадь это лишь проявила?
Г. П.: При чем здесь психологическая ситуация? Россия большая. Здесь нигде нельзя безнаказанно унижать людей и объяснять им, что государство не поможет им. Они живут в свободном государстве, и, соответственно, они имеют право на его помощь и защиту. Защита не была оказана. У людей возникли ощущения, что им не помогут. Они сорвались. А когда они сорвались, кто-то это использовал. Здесь два момента: люди, которые потеряли право, и кто манипулировал этим людьми. Первое и второе – два разных события, которые склеились на Манежной площади. Но у первого и второго событий разные виновники.