Московский Марш несогласных, заявленный оппозицией как крупнейшее мероприятие перед летними каникулами, мог бы закончиться не начавшись.
Каспаров заявил, что перед каждым мероприятием «Другой России» над городами встает солнце
Гарри Каспаров, явившийся на митинг в Новопушкинском сквере к самому началу мероприятия, явно не ожидал, что встретит его лишь две сотни человек. Причем половина собравшихся оказалась одета в оранжевые светоотражающие жилеты – так администрация города Москвы пометила работающих в Новопушкинском журналистов.
Сумей Каспаров красиво уйти, он бы наверняка ушел, ему не впервой бросать своих сторонников. Но не получилось.
Пришлось забираться на трибуну и с грустью наблюдать за тем, как иностранные журналисты выслушивают лидера левацкой организации «Другой России» АКМ Сергея Удальцова. Именно Удальцов оказался самым зажигательным оратором митинга.
Стоя рядом с близким сотрудником Ходорковского, экс-директором «Открытой России» Александром Осовцовым, который вел митинг, он отверг любые связи оппозиции с западными инвесторами и пообещал, что «победа будет за «Другой Россией».
Участники митинга, явно делившиеся на бюргеров и «боевиков», готовящихся к прорыву на шествие, Удальцову поаплодировали и даже послушали выступающих за ним ораторов. Вышедший следом Иван Стариков (в прошлом – один из лидеров СПС) заявил, что он борется за демократию с начала 90-х, но скоро бороться уже будет не с кем.
По словам Старикова, Россия развалится уже к ближайшей осени. Что характерно, свою программу спасения страны ДР обещает сверстать к зиме. Предусмотрительно.
Выступивший следом Каспаров продолжил шоковую терапию, заявив, что перед каждым мероприятием «Другой России» над городами встает солнце. Видимо, Каспаров думает, что «Другая Россия» существует уже миллиарды лет…
Затем представители «Яблока», РНДС, СПС и прочих малочисленных организаций, формально в митинге не участвовавших, но выражавших собравшимся полную и безоговорочную поддержку, мямлили привычную мантру «мы такие разные, но все-таки мы вместе», а леваки «зажигали».
Лидер нацболов Эдуард Лимонов жаловался на безыдейность и бездействие оппозиции и потребовал от членов КПРФ и «Яблока», чтобы те «перешагнули через своих лидеров» и выходили из своих партий в организацию, уже доказавшую свою эффективность реальными делами.
Очевидно, что речь шла не о «Другой России» – оппозиция признает, что даже свою политическую программу она подготовит лишь к зиме. Надо полагать, Лимонов агитировал за «Единую Россию».
Декларируемое единение в несогласии дало трещину, когда юный нацбол Юрий Червинчук заявил, что диктатура в стране началась не с приходом к власти Владимира Путина, а в 1991-м, с развалом Советского Союза. «А демократия у нас кончилась в 93-м, когда Ельцин расстрелял из танков законно избранный парламент», – прокричал Червинчук.
«Демократы» 90-х при этих словах недовольно заворчали. «Нам нужна Россия социализированная», – закричал нацбол, за что был освистан и убран со сцены. Лимонов не возражал.
Время митинга закончилось, и ведущий, посмотрев в сторону милицейского оцепления, попросил у них еще пару минут и зачитал резолюцию Марша несогласных. В резолюции по обыкновению призывали власть к освобождению «политических заключенных» и соблюдению в стране прав человека.
Несмотря на то что «несогласные», перекрывавшие собой центр города в выходной день, нарушали права граждан на отдых, милиция дала организаторам договорить.
Вышедший на сцену Каспаров окончательно убил интригу вечера, заявив, что никакого марша после митинга все-таки не случится.
«Мы хотели уйти отсюда на марш, но не нашли взаимопонимания с милицией», – грустно констатировал Каспаров и попросил митингующих отправляться по домам. Эффектного завершения кампании «Ни дня без марша» у «Другой России» не получилось.
На том и разошлись.