На момент написания этого текста движение «Ансар Аллах» ведет интенсивные бои за город Мариб, контролируемый официальным правительством Йемена. Переход города под контроль хуситов откроет им маршруты к провинциям Шабва и Хадрамаут. Ранее движение захватило порт Моха (он же Мокка) и ряд прибрежных островов, фактически поставив под контроль Баб-эль-Мандебский пролив.
Саудовская Аравия, которая является региональным лидером антихуситской коалиции, запросила помощи США и получила в чем-то предсказуемый отказ. Судя по всему, хуситы пообещали Трампу безопасность для американских кораблей в Красном море и ему этого оказалось достаточно – особенно в свете маячащих выборов и неготовности втягиваться в еще один конфликт.
В очередной раз ближневосточная геополитика демонстрирует, что более богатое и технологически продвинутое государство может нести очень серьезные потери в ассиметричной войне. Уместно задаться вопросом – а почему так происходит?
Начну с самой нелепой теории, которая тиражируется в СМИ, обычно имеющих в своем название слово «свобода» или «свободная» – хуситы добиваются таких впечатляющих успехов потому, что им помогает Россия, поставляя разведданные и оружие. Действительно, Москва является невольным экономическим бенефициаром данных событий в силу их очевидного влияния на мировые рынки нефти и газа. Однако если эту логическую цепочку могут выстроить бакалавры гендерных исследований, обычно работающие в таких СМИ, то Служба общей разведки КСА придет к аналогичным выводам еще быстрее. И это, пожалуй, главный политический аргумент против этой гипотезы. Россия не станет рисковать отношениями со своим ключевым партнером по ОПЕК+ и открыто поддерживать ключевого противника Эр-Рияда. Но, конечно же, Россия не может отвечать за действия и решения региональных держав, с которыми она ведет интенсивное военно-технологическое сотрудничество – например, Ирана, часто рассматривающегося в качестве ключевого геополитического патрона хуситского движения «Ансар Аллах».
Но сами по себе технологии редко решают исход военно-политического противоборства. Поэтому куда большего внимания заслуживает иная точка зрения – политико-психологического толка. Западные эксперты справедливо указывают на слабость антихуситской коалиции как таковой. Она представляет собой лоскутное одеяло из фракций с совершенно разными идеологическими программами – и поэтому стабильно проигрывает замотивированным и готовым проливать кровь бойцам «Ансар Аллах». Солдаты коалиции не могут не видеть противоречий между политиками и генералами и прекрасно понимают, что они станут первыми жертвами этих политических разборок.
С этой точки зрения показательной выглядит история с военной хитростью хуситов, которые с помощью ИИ подделали голос Тарика Салеха, вице-президента Йемена. Дипфейк сообщал военным о предательстве союзников (то есть саудитов) и убеждал отступить – так хуситы смогли обрушить фронт вокруг порта Моха. Многие эксперты восприняли эту историю как абсолютный триумф ИИ – и в определенном смысле они правы: это первый верифицированный случай, когда ИИ был успешно использован в реальном времени для масштабной дезинформации противника непосредственно во время боя.
Однако эта интерпретация упускает из виду один важный момент. Действительно, в условиях сильного стресса у людей снижается критичность мышления. И действительно, для рядовых бойцов и офицеров густота тумана войны может быть колоссальной. Но давайте в качестве игры ума представим, что аналогичный приказ (с поправкой на место и время) получают замотивированные солдаты, верящие в победу – скажем, красноармейцы, готовящиеся к штурму Берлина. Что они подумают? Скорее всего, что генерал или сошел с ума, или попал в плен. Кто-то, возможно, предположит, что это какие-то чудо-технологии. Но вряд ли даже на минуту усомнится в том, что имеет дело с крайне изощренной подделкой.
Я привожу в пример такую странную аналогию для того, чтобы продемонстрировать – фейки работают, только если они падают на благодатную почву или бьют по уязвимым точкам коллективной психики.
Тот факт, что хуситская военная хитрость оказалась настолько эффективной, говорит не только о возможностях ИИ, но и о психологическом климате внутри антихуситской коалиции, солдаты и офицеры которой не замотивированы на борьбу, не очень верят в победу и еще меньше верят своим союзникам.
Можно предположить, что многие из них смутно догадывались, что приказ Тарика Салеха – скорее всего, сфальсифицирован. Но решили, что это удобный способ выжить и при этом не попасть под трибунал.
Разумеется, военные успехи хуситов не стоит сводить исключительно к морально-психологическому климату внутри противостоящей им коалиции – низкий боевой дух солдат является прямым следствием целой палитры политико-идеологических противоречий и взаимоисключающих целей. Однако этот кейс хорошо иллюстрирует тот факт, что в XXI веке люди все еще остаются несущей конструкцией любой военной машины.