Всякое состоявшееся государство удерживается на плаву не только вооруженной силой и экономической целесообразностью, но и устойчивой традицией совместного мирного проживания людей на одной территории под единой властью. Когда же эта традиция отсутствует или, проще говоря, притягивается за уши, крах неминуем. Таких примеров на планете десятки, если не сотни, но есть два самых ярких – Ирак и еще одна страна.
Судьба иракской государственности демонстрирует, как вместо создания прочной основы можно угробить страну практически на корню. До 1921 года никакого Ирака не существовало. Любители древней истории вспомнят и шумерские города-государства, и первую в мире Аккадскую империю, и Вавилон с Ассирией. Медиевисты и читатели сказок «Тысячи и одной ночи» укажут на багдадских халифов. Но всё это было так давно, что никакого правопреемства ни с Саргоном, ни с Навуходоносором, ни даже с Гаруном аль-Рашидом у багдадских властей ХХ века – нет. Ни один из правителей прошлого не объединял Месопотамию в единое целое, а действовал либо на ее части, либо строил державу, далеко выходящую за исторические границы этого региона.
После падения Османской империи три вилайета – Багдад, Мосул и Басра – были объединены в подмандатную британскую территорию под названием Месопотамия, которая была названа вскоре королевством Ирак. Первым королем стал Фейсал I из рода Хашимитов – тот самый, которого сыграл позднее Омар Шариф в фильме «Лоуренс Аравийский».
Монархическая форма правления способствует цементированию государственности там, где ее давным-давно не было или была, но совсем чужая, без вовлечения местного населения. Выбор британцами династии поначалу казался очень удачным. Хашимиты были равноудалены от местных кланов, племен и городских верхушек, возглавляли восстание арабов против турок и владели главными святынями ислама. Для постройки страны на пустом месте – идеальная основа, если монарх и его двор желают разобраться в том, чем и на какие средства живут подданные. Именно так и получилось у брата Фейсала Абдаллаха и его потомства в Иордании, где на троне уже четвертое поколение Хашимитов.
Что должны были сделать король Фейсал и его окружение? Создать практически с нуля армию и другие силовые структуры, установить неразрывную связь между разными социальными и этническими группами и доказать всем на своей территории, что жить вместе выгоднее в одной стране, чем порознь или стремиться уйти к соседям.
За 37 лет правления иракской ветви Хашимитов так и не удалось гармонизировать сложную систему взаимоотношений внутри страны и найти адекватное место на международной арене. Армия решила убрать трон со сцены и 14 июля 1958 года устроила резню во дворце, в результате которой погибла вся королевская семья вместе с правительством.
На смену монархии пришла военная диктатура. Может ли такой режим строить государственность? Может, если не пытается строить моноэтническое и моноконфессиональное общество в стране с мозаичным населением. И не перессорится с соседними странами. Так создавалось большинство латиноамериканских государств. Организатор свержения короля генерал Касем и сменявшие его люди в погонах так поначалу и действовали.
Даже когда одни генералы меняют других, это некритично для страны. Так было и в Ираке, когда в 1968 году партия БААС, как говорилось в ее заявлении, «взяла власть и покончила с коррумпированным и слабым режимом, который представляла клика невежд, безграмотных корыстолюбцев, воров, шпионов и сионистов». Поначалу новые правители во главе с президентом Ахмедом Хасаном аль-Бакром и курдам автономию предоставили, и договор о дружбе с СССР подписали, и у французов с американцами оружие закупили. И даже конфликт с Ираном удалось тогда остановить благодаря алжирскому президенту Хуари Бумедьену. А то, что при этом коммунистов (и не только их) перестреляли и пересажали – так это мало кто заметил. И мог бы себе Ирак развиваться и укрепляться на радость большинству собственных граждан и «прогрессивной арабской и мировой общественности», если бы не два обстоятельства.
Место мудрого и умеренного аль-Бакра в 1979 году занял его ближайший советник Саддам Хусейн, у которого было много идей, главные из которых – на мировой арене стать лидером арабского мира, а внутри страны выглядеть новым Навуходоносором и построить дворец на руинах Вавилона. Правопреемство от этого правителя и ассирийских царей выглядело бы просто комично, но по отношению к нелояльным согражданам он превзошел в своей жестокости всех предшественников.
Другое обстоятельство случилось по соседству с Ираком – революция в Иране. Там к власти пришла политическая и религиозная сила, которую не могли описать тогдашние эксперты по обе стороны Атлантики, враждебная сверхдержавам и представлявшая реальную опасность для соседей. Особенно это чувствовали в Ираке, где шииты составляли более трети населения. Видя, что госаппарат и военная верхушка Ирана разгромлены восставшими массами во главе с аятоллой Хомейни, Саддам решил отхватить районы, прилегающие к южной границе Месопотамии. Ирак снабжали оружием и страны Варшавского договора, и НАТО. Война длилась восемь лет и закончилась ничем. Обе стороны объявили себя победителями, граница осталась там же.
Это не повлияло на решимость Саддама превратить Кувейт в 16-ю провинцию Ирака. И тут против его действий выступило всё мировое сообщество. Эмира в Кувейт вернули, Саддам уцелел, но после этого «мировое общественное мнение» стало обвинять его во всех преступлениях – как действительных (расправы над курдами и шиитами), так и ложных (создание ядерного оружия и применение отравляющих веществ где попало). Когда же на Саддама Хусейна навесили еще и нападение на небоскребы в Нью-Йорке, началась военная операция США и их союзников. Иракский режим не устоял. Армия, которая была основой всех властей, начиная с короля Фейсала, сопротивления всерьез не оказала и разбежалась. Саддама судили и повесили сами иракцы, но государство свое они не могут отладить уже более двух десятилетий.
Если бы этот текст писали получатели западных грантов, то они бы подчеркнули, что демократические страны с избранной и сменяющейся властью устойчивы, и им судьба Ирака не угрожает. И возможно, лет пятнадцать назад это было бы правдой. Но за это время появился пример, опровергающий это умозаключение.
Украина. Абсолютно искусственное объединение разных земель, значительная часть которых населена русскими. Как только там стали после переворота 2014 года строить страну по тем же лекалам, что и Саддам, то есть взяли курс на физическое уничтожение языкового и религиозного разнообразия и вражду с Россией, а также навязывать выдуманную историю, страна стала разваливаться на части и ведет военные действия. И если у Ирака еще остается шанс когда-нибудь возродиться в каком-либо виде, то Украина этот шанс потеряла навсегда.