С 1 марта невозможно оформить микрозаем до миллиона рублей онлайн «за пять минут» только по номеру паспорта. Эта мера вводится прежде всего для того, чтобы помешать мошенничеству – например, получению кредита по украденному паспорту. Но легкость получения микрокредитов – большая беда не только поэтому. Более того, сама практика микрокредитов порочна – на мой взгляд, ее стоило бы не ограничивать, а запретить вообще.
Конечно, кредиты как таковые – необходимая часть экономики. Однако микрофинансовые организации занимаются совсем не кредитованием. Они занимаются ростовщичеством. Кредитование и ростовщичество – не одно и то же. Кредит существует как инструмент развития – например, человек приобретает в кредит компьютер, который нужен ему для работы или учебы. В результате использования кредита его положение улучшится – он приобретет инструмент, при помощи которого сможет получить профессиональные навыки, выполнять оплачиваемую работу и вернуть кредит. Это ситуация, когда деньги работают, растут, приносят пользу.
Процент, который берет банк, обоснован рядом понятных факторов – стоимостью денег в экономике (ключевая ставка), инфляцией, расходами на функционирование самого банка, страховкой на случай невозврата долга. Банк заинтересован в платежеспособности клиента, в том, чтобы он мог выполнять свои обязательства по кредиту – а выплатив его, сохранял готовность и желание сотрудничать с тем же банком. Возможно, выйдя в плюс, этот человек будет делать вклады в том же – уже хорошо знакомом – банке.
Получение кредита в банке – это, как правило, вовсе не жест отчаяния. Это свободный выбор человека, который имеет основания полагать, что кредит поможет ему улучшить свою жизнь. Конечно, не существует 100% гарантии, что человек, обращающийся за кредитом, проявит ответственность и благоразумие – но банк хотя бы проверяет его платежеспособность, а клиент, который регулярно проваливает платежи, испортит себе кредитную историю, так что банки перестанут иметь с ним дело.
Беда в том, что такой человек может обратиться в микрофинансовые организации – а это уже совсем другое. Они дают займы без долгих проверок – но берут намного более высокий процент, причем сама бизнес-модель в этом случае рассчитана на то, чтобы загнать человека в кабалу. Это можно сравнить с бизнесом, соответственно, булочника и наркоторговца. Булочник заинтересован, чтобы его покупатели были живы и здоровы – и продолжали из года в год покупать у него.
Наркоторговец заинтересован в том, чтобы его клиенты приходили во все более отчаянное положение и отдавали ему последнюю копейку – пока не умрут под забором. А функционирование бизнеса поддерживается за счет притока новых жертв. Клиентами или, вернее, жертвами микрофинансовых организаций являются люди, наиболее финансово (да и просто житейски) беспомощные, часто неспособные оценить, во что они ввязываются, склонные доверять там, где доверять нельзя.
Они очень часто берут суммы, которые первоначально являются небольшими – не чтобы купить инструменты для работы или оплатить курсы профессионального обучения, а чтобы купить продукты и дотянуть до зарплаты. А через некоторое время оказывается, что всю зарплату они должны отдать ростовщикам.
Легкость получения микрокредитов делает их соблазнительными для людей, оказавшихся в отчаянной ситуации – оставшихся без работы, впавших в игровую или химическую зависимость. Тот довод, что у людей должна быть возможность раздобыть где-то денег, раз уж приличные банки от них отказались, едва ли можно принять всерьез. Эти деньги никак не решат тех проблем, из-за которых человек оказался в финансовой яме – просто вместо человека бедного, больного, зависимого и неспособного справиться с жизнью, мы увидим человека с теми же бедами – но еще и в безнадежных долгах.
Сегодня я видел несчастного алкоголика, одетого как будто с помойки, который униженно выпрашивал деньги на выпивку. Ухватится ли он за возможность взять микрокредит? Обязательно. Вполне вероятно, что уже ухватился. Поможет ли это ему? Никоим образом. Люди, впавшие в большие долги, иногда совершают самоубийства. Иногда они идут на преступления – от наркоторговли до государственной измены – в отчаянной попытке поправить свои дела.
Нельзя сказать, что государство никак не пытается обуздать это хищничество. За последние годы принят ряд законов, которые должны как-то смягчить ситуацию. Ведено ограничение ставок и переплат – не больше 0,8% в день, не больше 130% в целом, введена функция «самозапрета» на кредиты на «Госуслугах», приняты меры, чтобы затруднить создание «цепочек» займов – когда на человека навешивают следующий заем, чтобы погасить предыдущий.
Однако ростовщики находят новые и новые способы обойти эти ограничения. Когда, с одной стороны, есть нерассудительные (или впавшие в отчаяние) люди, которые готовы залезть в кабалу, с другой – ростовщики, которые рады на них эту кабалу навесить, государству трудно за ними уследить. Конечно, всегда можно сказать, что никто не неволил этих бедолаг подписывать договор с ростовщиками. Человек должен иметь свою голову на плечах. Но бизнес должен предлагать людям полезные услуги – что-то, что улучшит их жизнь.
Когда бизнес эксплуатирует человеческую глупость, безответственность, неопытность, одиночество или отчаяние – это уже больше похоже на организованную преступность, чем на бизнес. Даже если формально все происходит в рамках закона. И тут уместно поставить вопрос не о том, как его ограничить, а о том, должно ли это явление вообще существовать. Вред от него очевиден, а пользу оно приносит разве что только самим ростовщикам.