Нигер объявил о начале военных действий против Франции. С таким заявлением перед толпой на стадионе в столице страны Ниамее выступил военный руководитель при президенте Нигера Амаду Ибро. Он уточнил, что ранее состояния войны не было, но на данный момент не остается другого выбора, кроме как вступить в нее.
Конечно, считать это юридическим объявлением войны нельзя. И непонятно, как она вообще может осуществляться – учитывая, что французских солдат поблизости нет, они покинули Нигер еще в конце 2023 года. Это больше похоже на резкое ужесточение антифранцузской риторики нигерийских властей, и повод для этого есть.
До июля 2023 года Нигер оставался последним союзником Франции в регионе. Однако в стране случился военный переворот, отстранивший от власти профранцузского президента Мохамеда Базума. Вместо него пришла военная хунта во главе с Абдурахманом Чиани, который де-факто является правителем Нигера – в то время, как весь мир продолжает признавать полномочия находящегося под домашним арестом Базума.
Новые власти сразу же взяли курс на конфронтацию с бывшей метрополией. Их первым решением стало требование вывода французских войск (окончательно завершено в декабре того же года) и отказ от поставок во Францию урана и золота.
Для понимания. Нигерский уран (404 тыс. тонн, пятое место по запасам в мире) – это 40% потребностей Франции, единственной страны Европы, сохранившей атомную энергетику (70,6% всей вырабатываемой энергии) и полную энергонезависимость. Кроме того, Франция единственная страна ЕС, обладающая атомным оружием (в первой пятерке по количеству ядерных боеприпасов), для которого также необходим уран. Конечно, уран можно найти в другом месте, но это дороже, это выстраиваемая заново логистика и т. п. Если это не нокаут, то точно нокдаун. К тому же именно в Нигере до последнего оставались французские войска, выведенные из Буркина-Фасо, Центрально-Африканской Республики (ЦАР) и Мали, где ранее также произошли антифранцузские перевороты.
И еще о ресурсах. ЦАР – это также уран (запасы под 20 тыс. тонн в Бакуме), алмазы, нефть. Мали – тот же уран и золото. Конечно, антифранцузская революция в Африке стала серьезнейшим геополитическим ударом для Франции. Со времен де Голля, когда рухнул старый колониализм, Париж выстраивал в регионе особую систему – ФрансАфрика, суть которой в том, что бывшая метрополия обеспечивает африканским странам безопасность и политическую стабильность в обмен на доступ к ресурсам. Разумеется, политическая стабильность обеспечивалась так, как это виделось в Париже – сохранением у власти лояльных Франции людей. По сути, та же колониальная система, только в новой обертке.
В прошлом десятилетии французы вели в регионе «антитеррористическую» войну с исламистами (операция «Бархан» в Мали, Нигере, Буркина-Фасо, Мавритании и Чаде). Неспособность французских военных обеспечить безопасность стала одной из формальных причин прихода к власти в ряде стран региона антифранцузских политических сил. Хотя в реальности причины намного глубже – прежде всего это желание избавиться от неоколониальной зависимости. Обладающие несметными богатствами страны оставались самыми нищими государствами планеты, население которых банально не имело доступа к питьевой воде (в том числе из-за варварских методов разработки недр французскими компаниями), с самой тяжелой криминальной обстановкой, чудовищной коррупцией местных профранцузских властей и т. д.
Вместо Франции в регион пришли Россия и Китай. И если Китай пришел с деньгами, то Россия с военной мощью, которая была необходима новым властям, чтобы утвердиться. Можно сколько угодно спорить о том, надолго ли это, но российским военным специалистам удалось то, что не удавалось французам – навести определенный порядок.
Разумеется, Париж начал широкомасштабную информационную кампанию: французов из Сахеля никто не выгонял, они ушли из-за дестабилизации, якобы устроенной небезызвестной российской ЧВК. Вот и в ситуации с переворотом в Нигере так совпало, что президент Базум буквально накануне свержения демонстративно отказался ехать на форум «Россия – Африка», что дало основание некоторым западным СМИ утверждать, что за организацией переворота стоит Москва.
Вопрос – насколько Россия действительно помогла изгнанию Франции из бывших колоний – оставим конспирологам. Фактом остается то, что Париж очень недоволен этой ситуацией, а винит именно Россию. И хотел бы отыграться за обидное геополитическое поражение. В начале февраля 2026-го в Службе внешней разведки России сообщили, что Франция готовит неоколониальные перевороты в африканских странах: «по поступающим в СВР сведениям, администрация Макрона лихорадочно ищет возможности для «политического реванша» в Африке».
В сообщении также отмечалось, что Париж прорабатывает способы свержения нового президента Мадагаскара (предыдущий был свергнут в октябре прошлого года) и «восстановления лояльного режима». Также подчеркивалась причастность Франции к предотвращенной в самом начале года попытке переворота в Буркина-Фасо. Кроме того, по данным российской разведки, Париж санкционировал план по прямой ликвидации «неугодных лидеров».
Показательно, что Франция использует для реализации своих замыслов тех, с кем сама ранее воевала – исламистов. Кроме того, все более очевидным становится «украинский след» – украинские инструкторы обучают террористов, и не первый год. Это отдельная тема – чем будут заниматься украинские боевики после СВО.
Сразу после переворота в Нигере летом 2023 года всерьез обсуждалась перспектива большой войны. Тогда Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС) закрыло границы и объявило о приостановке коммерческих и финансовых транзакций с Нигером, а также о заморозке его активов в центральном банке сообщества и коммерческих банках стран-участниц. Звучали прямые угрозы военной интервенции в страну, если там не вернут к власти свергнутого президента. Однако в соседних Мали и Буркина-Фасо тут же заявили о готовности вмешаться при таком развитии событий. Очевидно, тогда в Париже не решились ни на открытое вторжение (хорошо помня Алжир), ни на войну руками своих прокси. И сделали ставку на экономическое удушение Нигера. Как тогда заявил глава свергнутого нигерийского правительства Ухумуду Махамаду, в силу своего неустойчивого экономического положения страна не сможет справиться с санкциями, введенными региональными организациями и рядом западных государств.
Сегодня мы видим, что ставка не сработала ни в Нигере, ни где бы то ни было еще в регионе. И все еще не решаясь воевать, Париж решил перейти к тактике «плаща и кинжала».
Время выбрано вполне благоприятное. Китай сейчас больше озабочен торговыми войнами с США и кризисами вокруг Венесуэлы и Ирана. Да и не привык он пока действовать какими-либо другими методами, кроме экономических. А у России связаны руки на Украине, мы уже банально не можем позволить себе таких операций на дальних рубежах, как десять лет назад, да и «Вагнера» у нас больше нет. А вот для Франции настал момент истины, который определит, пора ли в ее колониальной истории ставить жирную точку.
Не стоит забывать и об амбициях президента Макрона, который вполне может принимать поражение в Африке на свой личный счет и мечтать отыграться. Тем более что его второй и последний срок у власти заканчивается чуть больше, чем через год, и особо терять ему, собственно, нечего.