Дональд Трамп очевидным образом расстроен тем фактом, что Россия не хочет играть по его правилам. Сократив срок ультиматума Москве с 50 до 10 дней, он ожидал бурной реакции Кремля, за которой последует новый раунд переговоров, но уже на условиях Капитолия. Но Кремль просто отмолчался, вызвав раздражение Трампа. Назвав такое молчание «позором», американский президент продемонстрировал почти детскую обиду на тех, кто решительно отказывается играть во взрослые игры так, как нравится самому Трампу.
США повышают ставки на фоне скептического отношения аналитиков к возможности реализации «драконовских» мер воздействия на Россию. Продолжающиеся торговые переговоры с Пекином и в очередной раз отложенные пошлины выступают естественным ограничителем мер давления на Россию. Китай – ключевой покупатель российской нефти, и Пекин уже заявил о том, что нападки на его суверенитет в части выбора торговых партнеров неприемлемы. Облагать пошлинами Китай, а также Индию (доля российской нефти в ее импорте достигает 45%) или Турцию, означает похоронить все возможные достижения в этих переговорах.
Характер и тайминг угроз Трампа лишь подчеркивают их переговорный характер. И это хорошо понимают в Москве.
Несмотря на скепсис экспертов, финансовые рынки отреагировали на сокращение срока ультиматума мгновенно. Индекс Московской биржи показал сдержанное, но зримое падение. Коллективное сознание рынка редко ошибается. А значит, возможность какого-то подвоха или частичной реализации угрозы все же существует. Но в какой форме?
Если Вашингтон ограничится полумерами, например, выборочными санкциями против второстепенных игроков, это лишь продемонстрирует слабость позиции Трампа и превратит его громкое недовольство Россией в нечто вроде «китайского предупреждения» (вот такой каламбур) – шумного, но не влекущего реальных последствий.
Реализация же угрозы в полном объеме (введение стопроцентных пошлин) представляет собой совершенно иной, гораздо более опасный сценарий. Он действительно может стать болезненным ударом по российской экономике, но только в том случае, если заставит ключевых партнеров Москвы полностью отказаться от ее нефти.
Представим, что так и случилось. Одномоментное изъятие с мирового рынка колоссальных 4,5 миллиона баррелей российской нефти в день неминуемо спровоцирует скачок цен на энергоносители. Возместить эти объемы невозможно, тем более в условиях, когда цены на нефть на протяжении нескольких месяцев удерживались на сравнительно низких уровнях. Наращивать добычу в таких условиях американские сланцевики не способны. Влить дополнительные объемы могла бы Саудовская Аравия, но и она не смогла бы в полной мере компенсировать возникший дефицит.
100-процентные пошлины Трампа, вероятно, выступят водоразделом, разделив страны, говоря словами Родиона Раскольникова, на «право имеющих» и всех остальных. Позиция Китая остается принципиальной: суверенитет и собственные интересы превыше американских ультиматумов. Индия также демонстрирует твердость, но здесь уверенности уже меньше. Нью-Дели ведет сложную дипломатическую игру, исследуя альтернативные источники снабжения (например, в Азербайджане или Нигерии), но открыто бросать Москву, своего давнего и надежного поставщика, особенно в условиях нестабильности, и она спешить не станет.
Риск раскола возникает, скорее, среди колеблющихся стран, не имеющих столь глубоких связей с Россией и более уязвимых перед американским давлением. Например, Бразилия или некоторые другие крупные развивающиеся экономики, завязанные на американский рынок сбыта, могут испугаться последствий и попытаться переориентироваться, хотя и с большими издержками для себя.
Даже если санкции в той или иной форме все же будут введены, наиболее вероятным сценарием станет не прекращение поставок российской нефти, а ее глубокая «теневизация». Страны-потребители продолжат закупать необходимые объемы, но через сложные схемы с участием посредников в нейтральных юрисдикциях – от Дубая и Омана до Гонконга и Малайзии. Возникнет масштабная теневая пирамида перевалки, смешивания и перемаркировки нефти. Эта пирамида будет расти, а вместе с ней неизбежно вырастут и издержки, которые в конечном итоге отразятся на потребителях в виде более высоких цен.
Санкции против России уже в значительной степени исчерпали свой потенциал, и новые экстремальные меры – слишком рискованная игра даже для Трампа. Рынки, безусловно, правы, проявляя нервозность, так как неопределенность всегда вредит инвестициям, однако они, вероятно, ошибаются, ожидая немедленной катастрофы. Да, рубль может испытать краткосрочное давление, но фундаментальных предпосылок для долгосрочного обвала нет. Геополитическая стратегия Трампа в этом вопросе больше похожа на хаотичные метания, чем на выверенную долгосрочную линию.
Главный стратегический риск угроз США – даже если они частично реализуются – это углубление раскола мира на экономические блоки. Если Вашингтон все же нажмет до конца, биполярность станет более отчетливой реальностью: ядро группы БРИКС (даже без Бразилии), сохраняющее независимую энергетическую политику, против блока колеблющихся стран, вынужденных подчиниться.
Дональд Трамп любит повторять, что «искусство сделки – это прежде всего искусство подачи». Сейчас он подал свою угрозу максимально громко и эффектно, стремясь произвести впечатление. Однако реальный залп, если он вообще прозвучит, с высокой долей вероятности окажется холостым, не достигнув своей главной цели – изоляции России. Мировой рынок нефти слишком взаимосвязан, а экономические интересы крупнейших потребителей слишком велики, чтобы их можно было игнорировать даже самой громкой риторикой.
Так или иначе, России, независимо от исхода ближайших недель, необходим проработанный план «Б». Блеф или нет, но санкционное давление будет лишь нарастать, ускоряя процессы «теневизации» торговли энергоносителями. Это приведет к росту цен, что может быть выгодно в краткосрочной перспективе, но одновременно резко увеличит риски, связанные с посредничеством и логистикой, и потребует создания новых, более сложных и дорогостоящих, цепочек поставок.
Игра продолжается, но, очевидно, уже не по правилам Трампа.