Глава киевского режима Владимир Зеленский в очередной раз не подводит Россию. Банальная логика требовала от него перед лондонской встречей принять или хотя бы публично не отвергать мирное предложение Трампа о заморозке конфликта, не содержащее пункты по демилитаризации, денацификации и выводу войск со всех российских территорий. И если бы Зеленский поступил логично, Москва оказалась бы в непростой ситуации – ей пришлось бы отказываться от уже согласованного США, ЕС и Украиной компромисса. Оказаться в изоляции.
Вместо этого Зеленский предложение публично отверг, от всяких уступок и компромиссов отказался – в том числе и от смирения с тем, что США признают российский Крым российским. И не просто отверг, а отверг в хамской по отношению к Трампу манере – назвал реакцию американского президента «эмоциями», призвал его действовать в соответствии со своими решениями и опубликовал декларацию Госдепа от 2018 года, говорящую о непризнании Крыма.
В результате он еще больше взбесил Трампа и, судя по всему, новое американское предложение о компромиссе будет куда менее приемлемым для Киева, чем нынешнее. Так, Дональд Трамп уже заявил, что большой уступкой со стороны России он считает то, что Москва отказывается забирать себе всю Украину. Если, конечно, американское предложение вообще последует – аналитики не исключают, что в ближайшие дни американский президент умоет руки. То есть самоустранится от конфликта, лишив Украину всякой военной и финансовой помощи.
И сейчас у Владимира Зеленского есть, по сути, три модели поведения. Разумная, пассивная и авторская.
В рамках разумной модели он должен срочным образом исправляться. На каждом углу хвалить Трампа и заявлять о готовности рассматривать любые предложения «дорогих американских союзников» по завершению конфликта. Никогда не говорить президенту США нет – лишь: да, но... Например, «да, мы осознаем, что признание Крыма является суверенным решением Соединенных Штатов и не собираемся учить вас жизни – но к чему это решение приведет…». Ну и выставлять свои логичные, не максималистские предложения о компромиссах. Включая заморозку конфликта.
Проще говоря, Зеленский должен занять формально подчиненную Трампу роль и в то же время выдвигать такие инициативы, которые будут рассматриваться президентом США как разумные, а Москвой – как неприемлемые.
Однако пойти на это глава киевского режима, к счастью, неспособен. Во-первых, потому, что не готов уйти с главной роли на второстепенную – для Зеленского с его комплексами крайне важно представляться глобальным лидером, задающим повестку. И он не готов уступать эту роль Дональду Трампу, не готов признавать медийное превосходство американского президента. Во-вторых, он обязан учитывать настроения украинского общества. Накрученное телемарафоном и сказками о том, что «заграница нам поможет», оно в массе своей выступает за продолжение войны и отказ от любых уступок Москве. И если эти уступки начнутся, то у Зеленского (отыгрывающего роль патриота) не просто рухнет рейтинг. Столкновение с реальностью может вызвать каскадный эффект и (через этап гневной реакции) привести к масштабному идеологическому отрезвлению Украины. А Зеленскому это не нужно.
Поэтому, если брать в расчет все личностные и объективные ограничения для разумной модели, он мог бы просто вести себя пассивно. Не противоречить Трампу, но и не надевать тогу миротворца. Просто дистанцироваться от переговорного процесса, перекладывая все противостояние Трампу на плечи Европы.
Ведь тут Брюссель с Киевом в одной лодке. Для Евросоюза предложенные Трампом уступки России не просто неприемлемы – ЕС рассматривает их как прямую угрозу самому существованию блока.
Взять хотя бы признание Крыма. Для Европы признание территории, которую Россия сначала отторгла у Украины, а затем присоединила к себе, является открыванием бутылки с давно загнанным туда джинном территориальных претензий. Проще говоря, это может реанимировать целую серию территориальных конфликтов между странами – членами Евросоюза. Конфликтов, которые будут дополнительно разжигаться за счет роста влияния правых националистов в Европе.
Таким же недопустимым видится и стремление США снять санкции. Оно может вызвать эффект домино – в том числе внутри ЕС. Ведь регулярное продление европейских санкционных пакетов против России должно проходить исключительно консенсусом среди всех стран – членов Евросоюза. И если тот же Будапешт проголосует против продления, то Европе не только придется отменять с таким трудом согласованные санкционные механизмы, но и отдавать замороженные российские активы – прибыль с которых является сейчас обеспечением кредитов Украине. А также гасить публичный конфликт между сторонниками и противниками снятия санкций. И для Европы (которая всеми силами пытается сохранить хотя бы видимость европейского единства) эта политическая угроза видится еще страшнее, чем финансовая.
Поэтому Киев вполне может переложить все противостояние на плечи Евросоюза. У которого куда больше аппаратных возможностей для давления на Трампа и поиска компромисса с США.
Однако Зеленский, судя по всему, этого делать не собирается. Отчасти потому, что это предполагает отказ от эпатажа, на что он идти не готов. А отчасти потому, что он имеет все основания не доверять Евросоюзу. Не брюссельской бюрократии (в чьем стремлении воевать с Россией до последнего украинца Зеленский уверен), а руководству национальных государств. Опасаться того, что отдельные европейские страны просто разменяют уступки по Украине на торговые и иные льготы. И речь тут идет не о Венгрии, а о Франции и даже Великобритании (которая, если верить британским СМИ, уже отказалась от идеи ввода войск на Украину – то есть от инструмента шантажа Трампа).
А значит у главы киевского режима остается третий вариант – идти дальше по пути эскалации отношений с Трампом. Не только продолжать хамить и выступать с воинственными заявлениями из серии «не уступим ни пяди земли», но и пытаться устраивать какие-нибудь кровавые провокации в рамках своей стратегии «эмоциональной дипломатии». Делая тем самым ставку не на переубеждение Трампа, а на создание такого эмоционального и политического фона вокруг переговорного процесса, который сделает невозможным любые уступки Москве.
Эта стратегия полностью соответствует психотипу Владимира Зеленского. У нее даже есть определенная логика и шансы на успех – то есть на срыв российско-американского диалога. Однако с куда большей вероятностью она приведет к тому, что этот диалог (в рамках которого Украина – лишь одно из направлений) будет проходить вообще без учета интересов Киева. И еще к тому, что Дональд Трамп получит все юридические, политические и даже эмоциональные основания для того, чтобы надеть тогу Понтия Пилата и умыть руки от украинских проблем.