Ситуация для украинских боевиков, блокированных в Купянске и Красноармейско-Димитровской агломерации, становится все хуже. Даже западные и украинские военные эксперты признают, что эти города уже не удержать, а их гарнизоны обречены на сдачу в плен или уничтожение. Время, когда соединения ВСУ, оборонявшие эти города, могли отойти с занимаемых позиций организованно, с техникой и с небольшими потерями, прошло.
Впрочем, некоторые лазейки в наших блокирующих порядках все еще можно найти. Через огороды пригородов, через поля и лесополосы можно попытаться выбраться одиночкам или малым группам, с колоссальным риском быть уничтоженными. Но даже если кому-то посчастливится выбраться живым из этого ада и пройти сквозь смертельные кольца, он рискует оказаться на скамье подсудимых по обвинению в невыполнении приказа и самовольном оставлении части.
Действительно, приказа об отходе, несмотря на катастрофическое положение, украинские формирования так и не получили. Полевые командиры требовали от украинского главкома Сырского разрешить оставление этих городов – но ничего не добились.
«Хочу подчеркнуть, что украинские герои нужны Украине живыми. Это наш принцип», – эти слова Зеленского хорошо известны. Вот только относятся они не к тем, кто сейчас гибнет в безнадежной попытке удержать Купянск и Красноармейск (их Зеленский, видимо, не считает героями, которые нужны живыми), а к боевикам «Азова» (запрещенная в России террористическая организация), которые в конце мая 2022 года сдались в плен российской армии в Мариуполе.
Этим заявлением украинский глава фактически одобрил решение главарей формирования сдаться в плен. Это резко контрастирует с тем, что сейчас, как сообщают украинские ТГ-каналы, боевиков в Купянске и в Красноармейске предупреждают: если они попадут в плен, их семьи лишат всех выплат и льгот, и они будут обречены на нищенское существование.
Можно вспомнить, что тогда, весной 2022 года, украинский Генштаб по распоряжению Банковой готовил операцию по деблокаде Мариуполя и выводу из окружения «Азова», и только абсолютная неосуществимость этого плана заставила его воздержаться от этой авантюры. Были предприняты попытки эвакуации «азовцев» морским путем.
Кроме того, боевиков неоднократно пытались эвакуировать вертолетами. Звучали утверждения, что эти предельно опасные рейсы предпринимаются, чтобы вывезти из окруженной промзоны иностранных советников и специалистов, однако на сбитых вертолетах были только боевики «Азова».
Тогда Зеленский развил беспрецедентную дипломатическую активность с целью вытащить окруженных неонацистов. Он ухитрился подключить к попыткам решить эту невыполнимую задачу самых разных персонажей – от Эрдогана до ныне покойного папы римского Франциска.
Ничего подобного на протяжении всей дальнейшей специальной военной операции не происходило. Все попадавшие в окружение боевики получали стереотипное приказание держаться до последнего, а многие из них, пытавшиеся уйти с безнадежных позиций, были убиты своими же – из штатных или импровизированных заградотрядов.
Очевидно, что дело тут отнюдь не в «элитарности» и не в профессионализме боевиков «Азова», которых так ценит Банковая. Ведь, например, спецназ ГУР часто используют как расходный материал при попытках купировать оперативные кризисы, как это было в Северодонецке или в Артемовске. Например, под селом Крынки на херсонском Левобережье погибло более 5 тыс. украинских морпехов в бесплодных попытках удержать этот плацдарм.
Вот и сейчас под Красноармейск Зеленский бросил подразделения ССО, заявив, что они «зачистят» город от прорвавшихся туда русских.
Достаточно часто звучали утверждения, что забота Зеленского об окруженных на «Азовстали» боевиках связана с его страхом перед украинскими нацистами и стремлением улучшить свою репутацию в их глазах. Однако это предположение не выдерживает критики: именно боевиков нацбатов, попавших в плен, Киев пытается выменять в первую очередь, вычеркивая из списков на обмен обыкновенных вээсушников. Хотя гораздо логичнее было бы оставить в плену тех, кого Зеленский якобы считает угрозой своей власти.
Однако он не только выменивает их в приоритетном порядке, но и старается не подвергать излишней опасности созданные на базе «Азова» 3-ю отдельную штурмовую бригаду и 12-ю бригаду нацгвардии Украины «Азов». В частности, командир 3-й ОШБр Андрей Билецкий (внесен в список террористов и экстремистов), как сообщают украинские источники, проигнорировал приказ Сырского ввести вверенное ему соединение в Красноармейск, и это сошло ему с рук!
Структуры, развернутые на базе «Азова», по планам Банковой должны стать ее опорой, причем не только силовой, но и политической. По всей видимости, такой функционал был заложен в данное формирование изначально. Еще до начала СВО «Азов» стал учебной площадкой, политическим, идеологическим и даже псевдорелигиозным центром. Развернутая на его основе система включала «гражданский» «Национальный корпус», сеть детско-юношеских организаций, учебных лагерей и даже ряд зарубежных представительств, выполняющих роль вербовочных офисов. После начала СВО они внесли немалый вклад в создание «Интернационального легиона».
Иными словами, это всегда был один из самых ценных ресурсов киевского режима, которым не планировалось рисковать на фронте, и бросок российских войск на Мариуполь стал для Зеленского трагической неожиданностью.
Украинские ТГ-каналы уже давно именуют насильственно мобилизованных боевиков ВСУ не иначе как «крепостные». И в этом нет особой гиперболизации: киевский режим строит даже не сословное, а кастовое общество (в «Азове», кстати, любят рассуждать о кшатриях, брахманах и шудрах), что особенно отчетливо видно на примере вооруженных формирований, где обычным подразделениям ВСУ отводится роль пушечного мяса, не имеющего никакой ценности. И есть «подпанки», считающие себя «панами», чьей задачей является держать в повиновении «быдло» – как гражданское, так и пойманное военкоматами и одетое в униформу.
В свете этого можно не сомневаться, что находящиеся в Купянском и Красноармейском котлах боевики не получат и сотой доли той заботы, которой Зеленский окружил неонацистов из «Азова». Также никто не станет их деблокировать – во-первых, для операции такого уровня сегодня у ВСУ нет необходимых резервов, во-вторых, концепция «фестунга»-«фортеции» не предусматривает таких действий, ведь полагается связывать и отвлекать силы противника, а не свои. И, наконец, за всю историю СВО командование ВСУ операций по деблокированию охватываемых городов-укрепрайонов не проводило. Ни в Авдеевке, ни в Курахово, ни в Артемовске (хотя именно там такая операция была анонсирована). Как и там, задача боевиков в Купянске и Красноармейске – как можно дольше сопротивляться нашим войскам, задерживая их продвижение, и, желательно, сгинуть, освобождая украинские власти от «лишних» хлопот, в том числе и по организации обмена пленными.