В публицистике о международных отношениях трудно найти более избитое и бессмысленно повторяемое слово, чем «геополитика» и все от него производные. Как правило, многочисленные авторы, от студентов до искушенных наблюдателей, используют его, никак не задумываясь об истинном содержании.
Между тем геополитика – это отрасль науки о международных отношениях, настаивающая, что географическое положение государства определяет его судьбу. Не больше и не меньше. Просто потому, что география – штука постоянная. С тех времен, когда исчезли великие кочевые империи вроде монгольской, полностью изменить свое положение на физической карте мира ни одно государство, даже самое талантливое, не в состоянии. Как говорил по этому поводу Наполеон Бонапарт: «География не спорит, она существует».
Появление грандиозного туннеля, который, как говорят, может соединить Чукотку и Аляску через Берингов пролив, остается пока штукой совершенно гипотетической. Хотя исполнимой технологически, что утверждают его сторонники. Более того, туннель не изменит географическое положение России и Америки: одна из них все равно останется великой континентальной державой, а вторая – «островом», отделенным от остального мира океанами.
Однако сама по себе идея такого «моста» – это прекрасная возможность по-новому посмотреть на всю геополитику Северного полушария. В настоящем смысле этого понятия – прямой зависимости отношений между государствами от их географического размещения. И пока одни коллеги, с полным на то основанием, иронизируют, а другие думают о технических деталях, давайте попробуем задуматься над тем, что реализация этого грандиозного замысла может изменить в международной политике и экономике.
Создание, пока в теории, сухопутного «моста» через Берингов пролив может создать условия для революционного прогресса в освоении всего Севера. Прямая дорога из России в Америку связала бы самые динамично развивающиеся части мира – Азию, где мы присутствуем уже столетиями, и Американский континент, который все равно останется одним из важнейших двигателей мировой экономики. Может появиться кратчайший сухопутный маршрут между Китаем, Россией и США со всеми последствиями для глобальной торговли.
Морские перевозки традиционно считаются самыми дешевыми, а в эпоху господства Запада удаленность страны от океанских путей преподносилась наивным слушателям как «проклятие». Однако сейчас эта аксиома подвергается серьезным сомнениям. Во-первых, Китай и другие страны Азии начинают производить все больше дорогой продукции, которую перевозить морем вредно для качества и просто очень долго: средняя скорость движения контейнеровоза составляет от 60 (Китай – Европа) до 40 суток (Китай – западное побережье США).
Железная дорога всегда дает в три-четыре раза большие скорости, чем морской транспорт. Сейчас производство футболок и тапочек (их будут по-прежнему перевозить морем) смещается из Китая в Индию и соседние с ней страны. Сам Китай, как и Россия с США, все больше создает дорогие вещи. Так что короткие сроки и безопасность получат преимущество перед дешевизной.
Во-вторых, из-за политических сложностей и военной угрозы в морях Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока постоянно растет стоимость страхования морских перевозок. А когда наземный транзит идет через Россию, компания «Российские железные дороги» дает гарантию компенсации любого ущерба в ходе перевозки по нашей территории.
Именно поэтому наземный транзит всегда выигрывает перед морским, если ему не мешают чисто политические обстоятельства. Приведем пример: за восемь лет – с 2013 по 2021 год – объем сухопутных перевозок из Китая в Европу через Россию вырос с 80 тыс. условных двадцатифутовых единиц (TEU) в 2013 году до более чем 1 млн TEU в 2021 году. Еще большему увеличению объемов помешал только военный кризис на Украине.
Так что обсуждать экономический потенциал чисто воображаемого пока туннеля между Россией и Америкой бессмысленно – он является очевидным и высоким. Особенно в том случае, если Канада, помыкавшись еще лет 10–15, все-таки станет частью США, чем решит все свои проблемы на предстоящее столетие. Но еще более значимыми оказались бы чисто политические последствия.
Гипотетическая прямая наземная, хоть и под водой, связь между Евразией и Америкой самым решительным образом отразится на положении самой западной части нашего великого континента – Европы. Именно Европа – колыбель западной цивилизации – остается пока достаточно заметной, чтобы не обращать внимания на ее враждебные замыслы, и одновременно слишком растерянной для того, чтобы найти свое место в современном мире.
Причина этого имеет исторический, но также и географический характер. На протяжении столетий Европа наслаждалась самым выгодным положением на планете. И речь идет не только о мягком климате, хотя он тоже сыграл свою роль. В первую очередь важно то, что Европа отделена от остального человечества морями на юге, западе и севере, а с восточной стороны ее всегда прикрывала собой русская цивилизация. Которой европейцы традиционно платили самой черной неблагодарностью.
Находясь в сравнительном удалении от тех, на кого она обращала свою агрессию, Европа страдала только от внутренних неурядиц, но почти никогда не опасалась вторжений извне. Это сделало наших ближайших соседей на Западе центром мировой политики. Повторим – всеми прежними достижениями своей внешней политики европейцы обязаны почти исключительно тому, что им повезло строить свои государства в этой части мира. Сейчас время, когда география благоволила Европе, подходит к концу.
Первым «звонком» грядущего упадка Европы в мировых делах стало появление внутри Запада державы, которая находится в еще более комфортном геополитическом положении – США. И надо сказать, весьма умело им пользуется. В конце XX века на мировую арену вернулся Китай, а вслед за ним вся Азия, которую тянет за собой локомотив китайской экономики. Уже несколько десятилетий центр мировой торговли, а затем и политики, смещается в направлении Тихого океана.
Между Китаем и США существуют серьезные разногласия. Однако вероятность того, что стороны смогут избежать прямого столкновения намного выше, чем угроза большой войны между Пекином и Вашингтоном. В конце концов, те, кто привел к власти Дональда Трампа и его команду сделали это именно из страха погибнуть в горниле всеобщего ядерного конфликта.
А значит Китай и США продолжат оставаться очень важными друг для друга экономическими партнерами. А Россия, как самый надежный в мире партнер по сухопутной торговле, всегда в этом поучаствует. И внесет вклад, одинаково необходимый американцам и китайцам, развивая одновременно Восточную Сибирь и Приморье.
В том случае, если Китай, Россия и США окажутся между собой связаны наземным путем, Европа потеряет не только политическую и экономическую, но и географическую уместность в современном мире. Это окажется для нее последним смертельным ударом. Европа станет уже объективно никому не нужна и будет тихо усыхать в своем углу на западе Евразии. От которого, в принципе, можно несложно огородиться. Тем более что сами европейцы в непонимании своего будущего уже начали строить стены и бетонные доты, превращая себя в огромную Албанию при коммунистическом режиме.
Поэтому появление между Россией и США прямого наземного сообщения действительно повлияет на геополитику – страны и континенты останутся на своих местах, но значение их положения на карте радикально изменится. В случае реализации идеи туннеля под Беринговым проливом мы окажемся свидетелями того, как технический прогресс и политическая воля способны изменить даже самые фундаментальные параметры отношений между народами.