Всякий раз после терактов, совершенных экстремистами, я наблюдаю в сетях довольно предсказуемую реакцию – вот она, «религия мира»!
Не явился исключением и недавний теракт в Дагестане.
Убийство пожилого священника, который никому не угрожал и ни с кем не ссорился, – предельно подлый и бесчестный поступок. Он совершен людьми, которые подчеркивали, что они – мусульмане, и действуют по религиозным соображениям.
Соблазн согласиться с ними – вот люди, которых их религия сделала подлыми убийцами – конечно, возникает.
Эта реакция является почти инстинктивной – люди склонны оценивать чужую и малознакомую группу по наихудшим ее представителям.
Однако проблема с предсказуемыми реакциями в том, что они делают вас легкой жертвой манипуляции – со стороны дурных людей или кого-то, кто сильно хуже людей.
Человек наивный может задаться вопросом: неужели террористы не понимают, что портят жизнь своим единоверцам и создают своей религии самую отталкивающую репутацию? Неужели они такие идиоты? Нет, они не идиоты, и они все прекрасно понимают. Они подставляют своих единоверцев совершенно намеренно.
Им нужно, чтобы к мусульманам относились со страхом и ненавистью. Им будет гораздо легче работать с людьми, которых отвергло общество, с людьми, обиженными и растерянными, которых независимо от их реального поведения считают злодеями.
Они прекрасно понимают, что из-за их преступлений косо станут смотреть на всех мусульман – им именно это и нужно.
Терроризм – это оружие массового психологического поражения. Он на то и рассчитан, чтобы вызвать в обществе определенную предсказуемую реакцию.
И вот тут стоит попробовать действовать не так, как от нас хотят наши враги.
Борьба с экстремизмом – как и любая серьезная борьба – требует внимательного сбора информации, продуманных разведывательных мероприятий, холодного, тщательного, безэмоционального подхода. Чтобы бороться с врагом, нужно знать о нем как можно больше – и уж точно знать, где наши враги, а в ком мы еще можем найти союзников. Умножение числа союзников и неумножение числа врагов – неизбежная задача в любой борьбе, и заранее записывать во враги тех, кто ими не является, было бы крайне безрассудно.
Исламский мир – это огромная цивилизация, включающая самые разные богословские школы, государства, народы и, конечно, на индивидуальном уровне, очень разных людей. Первые враги экстремистов, которые прежде всего становятся их жертвами, это те мусульмане, которые отказываются их поддерживать. Война с террором – это, прежде всего, внутриисламская война.
Эта война ведется на разных уровнях, и один из них – богословский. Существуют очень разные интерпретации ислама, которые борются между собой.
Есть немало исламских проповедников, которые мужественно противостоят террористам, мешая захватить и использовать их религию в злых целях. Многие из полицейских, павших в борьбе с террористами, – мусульмане.
И сказать им всем, что для нас все они на одно лицо, что мы во всех мусульманах видим террористов – значит всадить им нож в спину.
Другой уровень – психологический. Это борьба за умы и сердца людей, которая ведется не только на уровне доводов, но и на уровне эмоций. То, как мы обращаемся с людьми, может привлечь их на нашу сторону – или оттолкнуть на сторону врага.
И не в последнюю очередь нам важно определиться с тем, во что верим мы сами и какая реакция на происшедшее вытекает из наших убеждений – а не из чужих провокаций.
Есть два взгляда на природу зла. Один из них восходит к французскому мыслителю XVIII века Жан-Жаку Руссо. Руссо верил в «благородного дикаря» – в то, что человек от природы вполне хорош, его только портит неправильно устроенное общество. Людей, считал Руссо, портит что-то внешнее – капитализм, религия, репрессивная мораль, и если устранить этот фактор, все сделаются добрыми и явится земной рай. Такой оптимистический взгляд на человеческую природу парадоксальным образом привел к очень большой крови – начиная с Великой французской революции. Стоял он и за советским коммунизмом, который верил в возможность вывести «нового человека», свободного от «родимых пятен капитализма».
Другой взгляд восходит к библейскому откровению. Человек отпал от Бога и глубоко поражен грехом. Зло не привносится извне – оно исходит изнутри пораженного грехом человеческого сердца. Как сказано в Евангелии, «Ибо извнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, злоба, коварство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство, – все это зло извнутрь исходит и оскверняет человека» (Мар.7:21-23).
Приведу пример. 15 марта 2019 года вооруженный террорист совершил нападение на два религиозных объекта города Крайстчерч, Австралия, убив 51 и ранив 40 прихожан.
Выглядит как типичный акт «исламского экстремизма»? На самом деле, наоборот – террориста звали Брентон Таррант, а напал он на мечети.
Таррант, и это, увы, не единственный случай, был злобным психопатом, угрюмым и нелюдимым, которого травили в школе и который хотел отомстить миру за свою несложившуюся жизнь.
Он был белым, и поэтому записался в поклонники Гитлера и «защитников белой расы». А был бы смуглым брюнетом – записался бы в поклонники Абу Бакра Аль-Багдади и «воинов Джихада». Впрочем, есть еще немало экстремистских движений – светских или религиозных, которые привлекают людей с такого рода психологическими особенностями – или, проще говоря, с душевным уродством. Не так редки случаи, когда неонацисты переходят в исламистов – эти люди живут тягой к насилию, им не так важно, под каким знаменем ее проявлять.
Это как с алкоголиком – первична болезненная тяга напиться, а торжественная дата, ради которой это следует сделать, всегда найдется.
Это не ислам делает людей опасными психопатами – наоборот, опасные психопаты приспосабливают знамя ислама под свои нужды. Не было бы его – приспособили бы еще что-нибудь.
И нам важно не помогать им и четко отделять злодеев от наших сограждан, которые являются нашими союзниками в борьбе со злодеями.